Как сообщили в компании "ЮТэйр", Ми-8 был захвачен утром 26 июля в суданской провинции Дарфур, где уже много лет идет гражданская война. В момент инцидента на борту вертолета находились четыре члена экипажа — все граждане РФ и пять пассажиров-суданцев. Воздушное судно выполняло полет по маршруту Эль-Фашер (Судан)—Абеша (Чад) по заданию ООН. Как и почему Ми-8 оказался в Дарфуре, до сих пор непонятно.

По словам временного поверенного в делах РФ в Судане Юрия Видакаса, экипаж мог отклониться от маршрута из-за ошибки в навигации. Французские СМИ предположили, что посадка была вынужденной из-за плохих погодных условий. В свою очередь, председатель комитета Совета федерации по международным делам, спецпредставитель президента РФ по Судану Михаил Маргелов сообщил "Ъ", что в провинции Дарфур экипаж должен был забрать на борт одного из местных полевых командиров, который согласился на переговоры с официальными властями Хартума.

Как бы там ни было, продолжить полет после промежуточной посадки Ми-8 сразу не смог: вертолет и находившихся в нем людей захватили вооруженные джанджавиды — местные ополченцы, поддерживающие власти Судана. Как следует из сообщения миссии ООН, летчики и пассажиры были избиты. Господин Маргелов, в свою очередь, добавил, что у российских пилотов отобрали деньги и личные вещи. Только вечером 27 июля Ми-8, как сообщили в авиакомпании "ЮТэйр", вернулся на аэродром постоянного базирования в город Нияла. Правда, управлял вертолетом уже второй пилот Ярослав Степанюк, поскольку командир экипажа — житель Тюмени Евгений Мостовщиков — остался у джанджавидов.

По словам господина Маргелова, который уже провел переговоры с послом Судана в России и представителями миссии ООН, жизни захваченного пилота ничего не угрожает. "К нему сейчас не применяются меры физического или морального воздействия,— отметил господин Маргелов.— Он содержится в относительно нормальных условиях, но, естественно, страдает от жары и влажности".

Захватчики, как отметил спецпредставитель президента, не выдвигают каких-либо политических требований и не просят выкуп за пленника: "Джанджавиды, по моим данным, хотят лишь, чтобы правительство Судана погасило им долги по зарплате". Дело в том, что основу ополчения, поддержавшего официальный Хартум, составляет арабская интеллигенция — врачи, учителя, служащие. Взяв в руки оружие, они оставили свою работу, правительство Судана, в свою очередь, обещало поддерживать их материально.

По словам господина Маргелова, конкретная сумма еще не обсуждалась, было выдвинуто лишь принципиальное требование о погашении долгов, но в любом случае разговор может идти не о миллионах, а о нескольких десятках тысяч долларов, которые для правительства Судана являются вполне подъемной суммой.

Захват в заложники иностранцев, работающих в Судане, в последние годы стал обычным явлением. В плену у различных вооруженных группировок побывали представители десятка стран, в том числе французы, американцы и даже норвежцы. Вертолетчик Мостовщиков стал первым российским пленником.

"Сейчас ведутся активные переговоры с джанджавидами, к которым подключилось не только правительство Судана, но и авторитеты из местных племен. Я уверен, что в ближайшее время пленник будет освобожден",— добавил господин Маргелов.