Президенты Дмитрий Медведев и Эмомали Рахмон на недавней встрече в Сочи вернули отношения России и Таджикистана «в русло конструктивизма» по политическим, экономическим и международным вопросам. Эксперты таджикского агентства «Авеста» напоминают, что в последние годы сложилась практика такого рода: при достижении каких-то российско-таджикских договоренностей в Душанбе появляется американский посланник; если о чем-то удалось договориться Душанбе и Вашингтону, то в Таджикистан командируется представитель Москвы. Вот и на сей раз после сочинской встречи Медведева и Рахмона и объявленной корректировки отношений в Таджикистане возник Роберт Блейк. И это не удивительно – в Сочи решался вопрос о возможной передислокации российских военных самолетов с киргизской авиабазы «Кант» на таджикский аэродром «Айни».

Принять российскую авиацию в «Айни» Душанбе обещал Москве еще в 2004 году. Но сценарий был выполнен... в «обратном направлении»: пять российских штурмовиков Су-25 из душанбинского международного аэропорта были переброшены в киргизский «Кант». В 2008 году президенты Медведев и Рахмон подписали соглашение об использовании «Айни» Россией. Но и оно не вступило в силу, так как Кремль желал безвозмездного получения этого объекта, а Душанбе настаивал на арендной плате. Однако сегодня, когда рейтинг Рахмона снижается, фактическое создание в Таджикистане второй российской военной базы равносильно получению поддержки от Москвы для укрепления позиций.

Вопрос был бы исчерпан, если в «Айни» не были бы заинтересованы США, желающие использовать объект для переброски грузов коалиции в Афганистан. По мнению таджикского эксперта по политическим вопросам Абдугани Мамадазимова, США в настоящее время беспокоит безопасность северного маршрута снабжения войск в Афганистане, который пролегает через территории Таджикистана и Узбекистана. «Ранее США высказали намерение вывести постепенно войска из Афганистана. Если это серьезное намерение, то Белый дом будет прощупывать почву для налаживания более тесных контактов в Центральной Азии, в том числе с Таджикистаном, для базирования своих войск, выводимых из Афганистана», – считает политолог.

В связи с этим американцы обсуждают с Душанбе планы создания пунктов временного базирования и учебных центров. По официальным сообщениям, центры будут предназначены для подготовки кадров для ВС Таджикистана. Первый центр, который, вероятно, будет иметь статус базы, скоро появится в Турсундзаде, в 45 км от столицы. Известно также о разработке Пентагоном планов по размещению элитных частей американского спецназа, имеющих опыт войны в Афганистане.

«Одновременное сотрудничество Таджикистана с Россией и США не стоит расценивать как попытку Душанбе играть на противоречиях этих держав. Он хочет равнозначных отношений и с Вашингтоном, и с Москвой», – сказал «НГ» лидер Партии исламского возрождения Таджикистана Мухиддин Кабири. Кстати, Блейк 1 сентября встретится и с ним. Кабири считает, что Таджикистан, как и любое независимое государство, должно исходить из своих интересов. «Но эти интересы должны быть прозрачны для всех, как для собственного населения, так и для партнеров. Только так мы сможем восстановить доверие между народами и государствами... Властям не следует забывать о том, что у каждой страны есть свои интересы и стратегия в регионе», – сказал «НГ» Кабири.

«Айни» нужен не только России и США

Аэродром «Айни» расположен близ города Гиссара – в 25 км западнее Душанбе. До распада СССР здесь находился завод по ремонту вертолетов со взлетно-посадочной полосой. В 2002 году Индия подписала с Таджикистаном договор о сотрудничестве в военной сфере и в рамках этого договора частично реконструировала «Айни», истратив несколько миллионов долларов. Договоренностей о превращении аэродрома в индийскую базу не было, но все шло к тому, что Индия получит «Айни», например, под предлогом борьбы с экстремизмом в рамках помощи международной операции в Афганистане. Реализовать этот сценарий помешала Москва, пересмотревшая свое отношение к присутствию чужих на постсоветском пространстве. Помимо этого «Айни» имеет для России важное стратегическое значение. Не последнюю роль играют обязательства по защите членов ОДКБ от любых военных угроз, взятые российской стороной.