«Наверное, пришло время автоматически перестать вешать Золотую Звезду на грудь каждому слетавшему космонавту, – сказал ветеран двух космических полетов Павел Виноградов, получивший звание Героя России за участие в восстановлении станции «Мир» после столкновения с грузовым кораблем «Прогрессом» в 1997 году. – К тому же программу полета Максим хоть и выполнил, но с рядом довольно существенных замечаний».

Не ошибается тот, кто ничего не делает, – наблюдение, относящееся к любому человеку, в том числе и к Сураеву. Действительно, пора покончить с практикой, когда космонавт просто за факт полета получал высшую государственную награду. Это было оправданно на заре космической эры, когда почти каждая миссия представляла собой качественно новый и весьма рискованный шаг в области освоения космоса (уже в наше время математики оценили шансы полета Гагарина на успех где-то в районе 45%).

Однако уже тогда помощник главкома ВВС по космосу генерал-полковник Николай Каманин написал в своем дневнике: «Космонавты слишком переоценивают значение своих подвигов и принимают за чистую монету все, что пишется, говорится и показывается по поводу каждого пилотируемого космического полета в наших средствах массовой информации. Все это делается с целью ознакомления нашего народа и народов зарубежных стран с достижениями в космосе советской науки и техники, но делается, по установившейся традиции, в основном так, что все эти достижения представляются заслугой одних лишь космонавтов. Такая традиция очень вредна…»

Кстати, астронавты NASA, рисковавшие не меньше советских космонавтов, лишь с 1969 года стали получать высшую государственную награду США – «Медаль чести», вручаемую от имени американского Конгресса. Она была названа «Космическая медаль чести» и давалась только «за исключительно выдающиеся усилия и вклад в благосостояние нации и человечества». К настоящему времени ею были удостоены лишь 28 из почти 400 летавших астронавтов NASA (17 из 28 были награждены посмертно). Причем первый человек на Луне Нил Армстронг получил ее только через девять лет после того, как ступил на поверхность Селены, а Джим Ловелл – командир экипажа «Аполлона-13», выживший после взрыва на корабле лишь благодаря мужеству и хладнокровию, – через 25 лет после окончания этого аварийного полета.

Почти за полвека, прошедшего с полета Гагарина, миссии в космос на околоземную орбиту стали обычной, хоть и сопряженной с повышенным риском работой. Продолжать «автоматом» давать за них Героя – по меньшей мере делать антирекламу отечественной космонавтике. Американцы, европейцы, японцы и канадцы совершают такие же экспедиции на МКС (а многие – такие же полеты туда и обратно на «Союзах»), как и российские космонавты, но не удостаиваются за это высших государственных наград. Добавим к этому восемь миссий космических туристов, осуществленных на «Союзах» на борт станции с 2001 по 2009 год. Получается, то, что для иностранца обычная работа или развлечение, для российского космонавта – подвиг.

История космонавтики знает случаи, когда космонавты, даже по независящим от них обстоятельствам не выполнившие программу полета или же выполнившие слишком краткосрочный по современным меркам полет, не удостаивались высшей государственной награды. Не получил Героя за полет в 1983 году Владимир Титов, когда экипаж корабля, которым он командовал, не смог по техническим причинам состыковаться со станцией «Салют-7». Правда, он все равно был удостоен ордена Ленина, а после своего второго, годичного полета на «Мире» в 1988 году получил Золотую Звезду. Стал Героем России также только после своего второго полета Юрий Батурин (в обоих случаях он посещал МКС лишь с краткосрочными визитами продолжительностью около 10 суток).

В решениях – давать или не давать высшую государственную награду – очень много субъективизма. Пример – космонавты Валерий Токарев и Борис Моруков. Оба летали на шаттлах, однако военный летчик Токарев получил Героя России за свой полет, а врач Моруков – нет, что похоже на явную дискриминацию в отношении гражданского космонавта.

Чтобы такого не происходило в дальнейшем, нужно выработать четкие критерии действий и поступков в космосе, совершение которых достойно присвоения звания Героя России, и законодательно закрепить данные критерии в виде постановления или приказа. Говоря о причинах, по которым следует отменить автоматическую раздачу Золотых Звезд космонавтам, Виноградов указал и такую: «Мне неприятно видеть, как многие из моих еще не летавших коллег рвутся в космос лишь за званием Героя и за какими-то связанными с этим благами. Нужно, чтобы у космонавтов на первом месте стояла высокая цель освоения космоса».

Однако трудно обвинять космонавтов в отсутствии «высоких» целей, когда этих целей нет в официальной космической политике России. Культивируемый Роскосмосом застой в отечественной космонавтике низвел освоение внеземного пространства к рутинным миссиям на МКС, в ходе которых космонавты тратят основное время не на научные исследования, а на техническое обслуживание комплекса. Лишь начало расширения космической деятельности за пределы околоземной орбиты способно позвать в космонавтику настоящих ученых и первооткрывателей, для которых раздвижение границ познания и среды обитания человека будет важнее любых государственных наград.