ВОЗДУШНЫЕ АРМИИ СЕБЯ ОПРАВДАЛИ

 

Первый раз в 1939 году вся авиация была роздана по округам, армиям и корпусам (в 1937-м начали создавать воздушные армии) и тем самым в грозные годы начала Великой Отечественной войны руководство ВВС было лишено возможности массированно применять боевую авиацию, сосредотачивать усилия на нужных направлениях и эффективно влиять на ход и исход боевых действий.

 

В первые месяцы войны авиация теряла около 250 самолетов в день. Конечно же, так продолжаться долго не могло. Главком ВВС А.А.Новиков убедил Сталина в том, что командовать авиацией должен хорошо подготовленный авиатор и в мае 1942 года было создано 17 воздушных армий. В результате такого мудрого решения вскоре было завоевано тактическое, а чуть позже и стратегическое господство в воздухе, что в значительной степени повлияло на ход войны и всех операций второго периода.

 

Такая организационная структура ВВС себя оправдала и просуществовала до 1978 года, пока «горячие головы» не вспомнили, что надо же командовать всем и вся и получать лишние звезды на погонах. И снова благодаря усилиям Главкома ВВС маршала авиации А.Н.Ефимова после доклада ЦК КПСС в 1986 году была восстановлена организационная структура ВВС. Кстати сказать, у наших партнеров как были воздушные армии, так и остались. Более того, в боевом уставе США записано, что при проведении самостоятельных операций авиацией категорически запрещено вмешиваться в управление сухопутным командирам.

 

Сегодня мы наступаем на те же грабли. И снова «горячие головы» ничего нового придумать не могут и вновь стройными рядами шагом марш назад в XX век. При зарождении военной авиации она являлась обеспечивающим средством боевых действий Сухопутных войск и в основном использовалась для разведки и корректировки огня артиллерии. Подчинение авиации сухопутным командирам было оправдано. Однако в конце Первой мировой войны авиация уже использовалась как эффективное средство огневого поражения противника.

 

С течением времени совершенствовались вооружение авиации и способы ее применения. За весь период Великой Отечественной войны ВВС СССР под руководством Главкома было проведено 14 самостоятельных воздушных операций по уничтожению авиационных группировок противника, его резервов и нарушению управления войсками. И надо прямо сказать, эффективность этих операций была достаточно высокой.

 

ВЫСОКАЯ МОБИЛЬНОСТЬ – ЭТО АВИАЦИЯ

 

Что касается всех организационных мероприятий, проводимых в Минобороны, то создается впечатление, что в первую очередь уничтожается преемственность даже в названиях. Зачем нужно было уничтожать название полка, который существовал в русской армии со времен Куликова поля?

 

Например, в армии США существуют бронекавалерийские полки, в которых давно нет ни коней, ни кавалеристов. Нам же было крайне необходимо перейти на «бригадный подряд», который, по мнению наших военных руководителей, настолько увеличил боевую мощь Вооруженных сил, что вряд ли в мировом сообществе есть аналоги.

 

Кроме того, армия стала высокомобильной, а за счет чего, никто не объяснил. Военно-транспортная авиация, которая могла бы обеспечить мобильность, сокращена почти вдвое. И есть большое сомнение в том, что она сможет за один раз поднять хотя бы один батальон. Может быть, наши стратеги намереваются доставлять войска железнодорожным и автомобильным транспортом – тогда какая это высокая мобильность?

 

В Военно-воздушных силах объединили авиационные полки с частями связи и тыла и назвали все это авиационными базами, хотя исторически маневры авиация осуществляла благодаря смене базы. Эти маневры назывались перебазированием. Попробуйте сейчас «оторвать» авиационную базу и передислоцировать (другого слова в настоящий момент подобрать трудно) в новый район. Это разве мобильность?

 

В США (ссылаюсь на Америку, так как сами руководители Минобороны часто это делают) тоже есть авиабазы, но что они собой представляют: это аэродром, оснащенный всей необходимой техникой, части тыла, связи и охраны. Авиационная же часть представлена авиационным крылом, которое никак не связано с авиабазой, кроме всех видов обеспечения летной деятельности.

 

Сегодня авиационный командир ВВС России поставлен в такие условия: вместо того чтобы заниматься боевой подготовкой летных подразделений, он значительную часть времени тратит на дела, не относящиеся к летной подготовке. А теперь на это будет накладываться и некомпетентное руководство.

 

Авиация – очень сложный объект управления. Чтобы ею управлять, необходимо пройти обучение (в течение многих лет), отработать на практике эти полученные знания, и только после этого можно рассчитывать на осознанное руководство. Народная мудрость гласит: сапоги должен точать сапожник, а пироги печь пирожник. В нашей жизни получается все наоборот: сапожника посылают печь пироги, а пирожника точать сапоги.

 

В 1992 году в состав Сухопутных войск была передана армейская авиация, которая и создана для авиационной поддержки войск на поле боя. Десять лет командования привели к тому, что был «выбит» ресурс вертолетов, а подготовка летчиков (экипажей) упала до самого низкого уровня. Что делает руководство Минобороны, чтобы поправить создавшееся положение? Передает армейскую авиацию обратно в состав ВВС. Но теперь снова она передана в состав Сухопутных войск, но только уже вместе с фронтовой авиацией.

 

Под благовидным предлогом совершенствования организационных структур ломается система, создававшаяся не один десяток лет, которая охватывала все стороны деятельности авиации. Это совершенствование привело к тому, что в ВВС был сокращен ряд служб, влияющих не только на функционирование, но и на безопасность полетов (инженерно-авиационная, штурманская, медицинская, метеорологическая).

 

Кроме того, сломана система подготовки кадров. Несколько лет назад было расформировано самое старейшее летное училище Качинское, которое было создано в 1910 году. Сегодня принято решение сделать объединенный учебный центр в Воронеже и готовить там авиационные кадры всех специальностей. Для этого с востока страны перевели училища (институты) в Воронеж, тем самым лишив возможности молодежь из восточных регионов России, решивших связать свою жизнь с авиацией, обучаться недалеко от дома. Почему это сделано, до сих пор не понятно. Может быть, Дальний Восток и Сибирь мы уже не считаем своей территорией?

 

Анализ войн и военных конфликтов последнего времени показывает, что в настоящее время никто уже так жестко не ставит стратегическую задачу по захвату территорий, а значит, эти задачи могут быть выполнены при применении воздушных средств нападения – одним словом, ВВС. Так зачем же привязывать авиацию к земле и делить ее по армиям? А если учесть, что боевой состав ВВС России сократился в разы, то тем более становится нелогичным такое подчинение, поскольку авиационная группировка на угрожающем направлении должна формироваться исходя из складывающейся обстановки и определить ее объем должен авиационный командир. Другого не дано – это очевидный факт.