На днях иракское правительство дало-таки согласие на сделку по закупке 18 американских истребителей F-16 Fighting Falcon, условия которой широко обсуждались еще ранней осенью 2010 года. Первый шаг к возрождению боевой авиации Ирака обойдется казне новой ближневосточной демократии более чем в четыре миллиарда долларов.

Подобная щедрость багдадских властей вкупе с не вполне понятным предназначением пакетов вооружения, поставляемых c «Соколами», вызывает массу вопросов, которые пока остаются без ответов. Тем временем кабинет министров Ирака уже одобряет выделение «неоглашаемых» сумм на восстановление вооруженных сил, а в проектах по приобретению военной техники в США только на первом этапе фигурируют суммы порядка 13 миллиардов долларов, которые затем могут удвоиться.

Свежие, еще пахнущие нафталином самолеты

Что же закупил Ирак? Речь идет о машинах серии F-16C/D block 50/52, в комплект оборудования и вооружения которых внесены некоторые изменения. Именно эти изменения, помноженные на цену поставки, и породили неприятные вопросы, адресованные инициаторам заключения контракта.

К бортовому радиоэлектронному комплексу претензии предъявлять трудно. Поставляемые в Ирак самолеты оснащены современным радиолокатором AN/APG-68(v9) с механическим сканированием. Данный радар, принятый на вооружение в 2002 году, входит в состав самой последней версии бортового оборудования F-16C/D – так называемого пакета «block 50/52+». На экспорт такая техника уходила, в частности, в Израиль, Польшу, Турцию, Марокко и Грецию. Это не самая последняя версия американского БРЭО для семейства «шестнадцатых»: так, машины F-16E/F block 60, полученные Объединенными Арабскими Эмиратами и предлагаемые на идущие ныне тендеры в Бразилии и Индии, оснащаются радарами AN/APG-80 с активной ФАР. Однако и предложенное радиоэлектронное оборудование достаточно эффективно.

А вот анализ пакета передаваемого вооружения заставляет развести руками. Первое, на что поневоле обращаешь внимание, – тепловые ракеты ближнего воздушного боя AIM-9 Sidewinder. Для иракских ВВС американцы предлагают версии этих систем – AIM-9L и AIM-9M. У обоих образцов весьма славная история: так, первые, будучи принятыми на вооружение еще в 1978-м, снискали почет и уважение британских летчиков во время Фолклендской войны 1982 года. Вторая версия, собственно, ровесник той самой кампании.

Ничего плохого про это оружие сказать нельзя, но современным его никак не назовешь. Для примера: буквально два месяца назад США в составе комплекта вооружения для ударных истребителей F-15 согласились передать Саудовской Аравии самую современную версию AIM-9X, имеющую новую всеракурсную головку самонаведения и усовершенствованную систему управления огнем с «сетецентричным» целеуказанием, обеспечивающим возможность применения оружия в группах самолетов.

Второй вопрос вызывает пара, которую американские специалисты по военно-техническому сотрудничеству подобрали к пожилым «Сайдвиндерам». Вместо вполне ожидаемых AIM-120 AMRAAM второе место для управляемого оружия воздушного боя неожиданно заняли... AIM-7M Sparrow, «бабушки» американских ракет с радиолокационной ГСН, самая первая версия которых в ближайшее время отпразднует переход на седьмой десяток лет.

Этот пункт вызвал наибольшее удивление среди наблюдателей своей нарочитостью. Нельзя сказать, что «Воробьи» никогда не использовались на платформе F-16. Так, ими был оснащен ряд этих машин, несущих службу в ВВС американской Национальной гвардии («домашние» перехватчики ПВО F-16 ADF). По требованию иностранных заказчиков возможность установки «Спарроу» также предусматривал ряд экспортных контрактов на F-16, в частности это касалось египетских и бельгийских истребителей этого типа.

Однако изначально F-16 не комплектовались такими ракетами: как «дешевому» по своей концепции дневному истребителю завоевания превосходства в воздухе ему полагались «Сайдвиндеры» ближнего боя, в то время как «Спарроу», соответствующие принципу BVR (Beyond Visibility Range – применение оружия за пределами видимости), шли в боекомплект более тяжелых и дорогих перехватчиков F-15. Текущие же пакеты вооружения для F-16 также не предусматривают использования AIM-7, для этих целей у Пентагона есть более современные AIM-120 AMRAAM. Совсем уж антикварными изделиями «Воробьев», конечно, представлять не следует: передаваемая иракцам версия AIM-7M-F1/H поставлена на службу в 1982 году по «железу» и в 1987-м по программному обеспечению. Однако и числить ее среди современного управляемого оружия решительно невозможно.

Следующее «усовершенствование» касается вооружения «воздух-земля». Американские F-16C/D серии «block 50/52+», оснащенные девятой версией радара AN/APG-68, имеют помимо этого еще одну важную архитектурную возможность бортовых систем: они изначально предназначены для применения так называемых «умных бомб» системы JDAM, получаемых из модернизированных свободно падающих боеприпасов путем установки навигационной аппаратуры GPS и управляемого оперения. Так, уже упоминавшийся саудовский контракт для F-15 включает в себя очень солидный пакет вооружений JDAM.

Однако в составе передаваемого Ираку вооружения «воздух-земля» системы JDAM не значатся. Все, что получат ВВС нового демократического правительства, это 300 управляемых бомб GBU-10, GBU-12 и GBU-24 PAVEWAY II/III с лазерным наведением да полсотни хорошо зарекомендовавших себя ракет AGM-65 Maverick, в том числе достаточно современной модификации K. Противорадиолокационные ракеты AGM-88 HARM (в отличие от того же саудовского контракта) Ираку не передаются, и это еще можно как-то понять. Но что по-настоящему удивительно, не передаются ему и свободно падающие бомбы, которые обычно в существенных количествах входят в пакеты вооружений «воздух-земля» экспортных контрактов.

Возможно, заключенная сделка подразумевает дополнительные поставки материальной части в дальнейшем, за отдельные деньги, однако проблема с этим крайне странным набором оружия и оборудования жестко обостряется вопросом уже согласованной цены. 18 машин с пакетами дополнительного оборудования и вооружением обойдутся Багдаду в 4,2 миллиарда долларов – более чем в 230 миллионов за один истребитель. Для сравнения: не так давно Сингапур начал получать от США новые F-15SG (вариант F-15E Strike Eagle), оснащенные, помимо прочего, новейшими радарами с активной ФАР. 12 истребителей первой партии встанут Сингапуру, по ряду данных, от 1,5 до 1,8 миллиарда долларов, а общий потенциальный контракт на 24 машины впишется в 3 миллиарда. Заметим, что здесь речь идет о поставках куда более широкого спектра современного оборудования, при этом удельная контрактная стоимость более тяжелой и дорогой платформы F-15 с прилагаемым оснащением и запчастями не выходит за пределы 130–150 миллионов долларов.

В случае же с иракским контрактом мы наблюдаем фактически продажу сильно урезанного многофункционального истребителя за совершенно чудовищные деньги. Трудно сказать, является ли этот контракт каким-либо политическим «взаимозачетом» между Багдадом и Вашингтоном или же речь идет о банальном «распиле» средств между американскими корпорациями и иракским руководством. Скорее всего играет свою роль и нежелание США передавать более или менее современную боевую технику в руки не самого надежного правительства – вряд ли в Белом доме всерьез не задумываются над тем, что эти самолеты при случае могут попасть и в руки Тегерана. Очевидно одно: уже довольно давно страна третьего мира не получала такой откровенно «колониальный» вариант военной техники за подобные деньги.

Возможно, история скандальнейшей англо-саудовской сделки «Аль-Ямама», ставшей образчиком самой беспринципной коррупции военных поставщиков и высокопоставленной аристократии нефтяной монархии, готова продолжиться и в Ираке. Заманчивое оглашение одиннадцатизначных сумм будущих военных закупок наверняка уже будоражит воображение многих причастных к миру оружейного бизнеса.

В очередь!

Одним американским контрактом дело «модернизации» ВВС Ирака не ограничивается. Франция предлагает иракскому правительству дополнительно купить 18 истребителей Mirage F.1. Конкретная модификация французских машин пока не озвучена, однако в прессе в связи с этим упоминается недавнее соглашение на модернизацию Mirage F.1 марокканских ВВС по программе ASTRAC, подписанное с корпорациями Thales и Sagem. Модификация, обозначенная как MF2000, получала новую авионику и модернизированную систему управления двигателем и, к слову сказать, позиционировалась как «бюджетный» аналог закупкам тех же самых американских F-16, которые Рабат вел параллельно. Вполне возможно, что близкий вариант этого пакета будет предложен и Багдаду.

По ряду сведений, Париж в своих аппетитах несколько скромнее Вашингтона и ждет от иракцев за эту технику 733 миллиона евро (около миллиарда долларов). Французы трогательно объясняют свое предложение тем, что такие «Миражи» уже хорошо знакомы иракским летчикам: саддамовские ВВС эпохи своего расцвета имели порядка 80 машин этого типа.

Возможно, здесь с характерным французским юмором укрыто тщательно завуалированное приглашение для РСК «МиГ» поучаствовать в восстановлении воздушной мощи Багдада. Благо, в те же «старые добрые времена» авиация Ирака имела в списочном составе свыше 400 микояновских машин, из них около 40 МиГ-29. Впрочем, вряд ли такие намерения российских авиастроителей, даже чисто гипотетические, будут верно поняты.

Так же, как навряд ли будет осознан возможный китайский интерес. По ряду неподтвержденных слухов, среди потенциальных предложений для ВВС Ирака фигурирует новая звезда китайского оружейного экспорта – JF-17 Thunder. В отличие от неприлично урезанного F-16 это как раз «честный» колониальный вариант: недорогой (не более 15 миллионов долларов за машину) и с неплохим оборудованием, включающим, кстати, реэкспортируемый российский двигатель РД-93. Отличный образчик легкого многоцелевого истребителя для небогатых стран вполне мог бы найти свое место в иракской боевой авиации... Но что по этому поводу скажут в Вашингтоне?

В любом случае нет никаких сомнений в том, что на Ближнем Востоке открывается новый рынок сбыта военной техники. Его денежная емкость не может не приманивать к себе основных китов оружейного бизнеса, но политические рамки «условно-самостоятельного» управления страной (по-прежнему оккупированной силами НАТО) в самом ближайшем будущем еще преподнесут нам темы для пересудов о тонких особенностях военно-технического сотрудничества в Междуречье.