Естественно, экономика в этой статье обсуждаться не будет, рассмотрим военную составляющую азиатского лидерства.

 

Сегодня даже сильнейшие в военном отношении страны Европы утратили способность к ведению самостоятельных боевых действий, теперь они могут воевать только в составе коалиций. Европейские ВС переориентируются на ограниченные по масштабам полицейские и миротворческие операции, возможность ведения большой классической войны европейцами больше не рассматривается из-за сокращения боевого потенциала и отсутствия психологической готовности к такой войне (особенно наземной). Единственными реальными военными силами в НАТО сегодня являются лишь США и Турция, которая все больше становится отдельной от альянса силой.

 

Латинская Америка и Тропическая Африка ни по количественным, ни по качественным параметрам своих ВС не имели и никогда не будут иметь отношения к главным тенденциям военного строительства (исключение в будущем может составить только Бразилия). Их армии будут использоваться для «разборок» между собой (причем на очень примитивном уровне) и для ведения противопартизанских войн.

 

Местом же наибольшей концентрации военной мощи стала Азия, причем соответствующая тенденция лишь усиливается. И здесь есть две отличные друг от друга части, граница между ними проходит по западным рубежам Пакистана.

 

В западной части Азии и примыкающей к ней в этническом, конфессиональном и географическом плане Северной Африки есть две страны, входящие в число сильнейших в военном отношении в мире – Израиль и Турция. Кроме того, в этом регионе есть еще несколько стран с очень сильными ВС: Египет, Иран, Сирия, Саудовская Аравия, Иордания, Алжир. Но надо иметь в виду, что боевые качества военнослужащих в этих странах (кроме, разумеется, Израиля и в меньшей степени Турции) традиционно невысоки. К тому же страны Ближнего Востока и Северной Африки (кроме тех же Израиля и опять же в какой-то мере Турции) находятся в полной зависимости от стран Запада, Восточной Азии и России в плане поставок вооружения и техники, поскольку их собственный научно-технологический потенциал близок к нулевому. Армии исламских стран гораздо сильнее латиноамериканских и африканских (в смысле – Тропической Африки), но выйти на самые передовые позиции им вряд ли когда-либо удастся.

 

Совсем другая ситуация в восточной части Азии (от Пакистана до Японии). В этом регионе находятся шесть из девяти ядерных держав и большинство стран с наиболее мощными обычными ВС: США (через Аляску и зарубежные базы), КНР, РФ, Индия, Пакистан, обе Кореи, Япония, Тайвань, Вьетнам, Таиланд, Индонезия, Малайзия, Сингапур, Австралия. Большинство этих стран обладают достаточно мощными ВПК, способными в значительной либо в полной мере обеспечивать потребности своих ВС в вооружениях и технике. А личный состав ВС этих стран имеют очень хорошую боевую, техническую и морально-психологическую подготовку. В настоящее время такой концентрации мощных современных ВС нет больше нигде в мире. Именно в этих странах ведется наиболее активное военное строительство и освоение новых методов ведения боевых действий. Причем с ориентацией на классические, а не на противопартизанские войны. Тяжелая и продолжительная болезнь «борьбы с международным терроризмом» в основном миновала восточноазиатские страны, не успев изуродовать их ВС, как это случилось с европейскими армиями.

 

НОВЫЕ САМУРАИ

 

Япония является весьма достойным представителем этой группы стран. Хотя она формально не имеет ВС, а есть у нее лишь «Силы самообороны». И военные расходы ее законодательно ограничены 1% ВВП. Но этот ВВП настолько велик, что и из 1% получилась одна из сильнейших армий мира. К тому же Япония, как хорошо известно, обладает высочайшим научно-технологическим потенциалом, поэтому имеет очень сильный ВПК. Можно отметить, что Япония входит в число немногих восточноазиатских стран (наряду с Индией, Пакистаном, Малайзией и Австралией), чьи ВС комплектуются не по призыву, а по найму.

 

Сухопутные войска включают пять армий: Северную, Северо-Восточную, Центральную, Западную и Южную. В их составе 1 танковая и 8 пехотных дивизий, 9 мотопехотных, 1 артиллерийская, 2 зенитно-ракетные, 5 инженерных бригад, 5 групп (3 ПВО, 2 артиллерийские). На вооружении 341 новейший танк Туре 90 и 561 старых Туре 74, 69 новых БМП Туре 89, 322 современных БТР Туре 96 и 340 старых Туре 73. Артиллерия включает 87 новейших САУ Туре 99, 90 старых американских М110, 140 также устаревших Туре 75, 480 буксируемых орудий шведского производства FH-77, более 1,1 тыс. минометов, 99 американских РСЗО MLRS. В составе войсковой ПВО 41 ЗСУ Туре 87, 57 ЗРК Туре 81, 90 Туре 93 и до 200 американских «Усовершенствованный Хок», 210 ПЗРК Туре 91 и 80 американских «Стингеров». Почти вся техника – японского производства (все образцы с названием «Туре»). Лишь армейская авиация оснащена почти исключительно американскими вертолетами, часть которых произведена в Японии по лицензии. Это, в частности, около 100 ударных вертолетов (10 АН-64 и 84 АН-1S), а также транспортные: 29 UH-60JA и 54 CH-47J. Кроме того, к сухопутным войскам приписаны 100 ПУ береговых ПКР Туре 88.

 

ВВС Японии включают пять командований: ПВО, учебное, МТО, поддержки, испытательное. Все боевые самолеты входят в состав командования ПВО, которое разделено на четыре сектора: Северный, Центральный, Западный и Юго-Западный.

 

Основу боевой мощи японских ВВС составляют 202 истребителя F-15J (из них 45 учебно-боевых F-15DJ), почти все они были произведены в самой Японии по американской лицензии. На базе американского F-16 в Японии создан истребитель-бомбардировщик F-2, на конец прошлого года таких самолетов в составе ВВС было 77, в том числе 33 учебно-боевых F-2B. Всего планируется построить как минимум 94 F-2. До сих пор остаются на вооружении устаревшие «Фантомы»: 91 истребитель-бомбардировщик F-4EJ и 26 разведчиков RF-4EJ (по другим данным у Японии осталось всего по 10 боевых и разведывательных «Фантомов»). Имеются 17 самолетов ДРЛО (13 E-2C, 4 E-767), 75 транспортных машин (15 C-130H, 25 C-1A, 13 YS-11, 32 U-125A), 270 учебных самолетов (208 T-4, 13 T-400, 49 T-7) и 47 вертолетов (15 CH-47J, 32 UH-60J). Наземная ПВО включает 24 батареи американского ЗРК «Пэтриот», несколько сотен ЗРК Туре 81, ПЗРК Туре 91 и «Стингер». Как собственно самолеты и вертолеты, так и авиационное оборудование (в первую очередь – двигатели) производится главным образом по американским лицензиям (исключение составляют учебные и часть транспортных самолетов).

 

Если сухопутные войска и ВВС Японии по азиатским меркам не очень велики, то ВМС страны входит в пятерку сильнейших в мире. Подводный флот насчитывает 19 единиц: 3 ПЛ типа «Сорю», 11 типа «Оясио», 5 типа «Харусио» (в том числе 2 учебные). Почти все надводные корабли классифицируются как эсминцы, хотя применительно к некоторым наиболее крупным и современным кораблям это представляется прямо-таки фарсом. Так, 2 новейших «эсминца» типа «Хьюга» имеют водоизмещение более 13 тыс. т и сплошную полетную палубу, то есть являются классическими легкими авианосцами. Правда, на них нет палубных самолетов, а только вертолеты. 6 «эсминцев» (4 типа «Конго» и 2 усовершенствованных типа «Асаго»), оснащенных системой «Иджис», гораздо правильнее было бы считать крейсерами. Наиболее современными из настоящих эсминцев являются 9 кораблей типа «Мурасамэ» и 5 усовершенствованных кораблей (типа «Таканами»). Строятся 4 еще более усовершенствованных корабля той же серии (типа «Акидзуки»). Кроме того, имеются 21 более старый эсминец (2 типа «Хатакадзэ», 8 типа «Асагири», 11 типа «Хацуюки») и 4 эсминца-вертолетоносца (2 типа «Сиранэ», 2 типа «Харуна»), 6 фрегатов типа «Абукума», 6 ракетных катеров на подводных крыльях, около 30 тральщиков. Введенные недавно в строй 3 ДВКД типа «Осуми» заметно повысили десантные возможности японского флота (каждый несет по 4 транспортных вертолета СН-47, 10 танков Туре 90, 330 десантников). Имеются также 2 малых десантных корабля типа «Юра». При этом морской пехоты у Японии нет.

 

Все ПЛ, корабли и катера построены на японских верфях, но оснащены главным образом американским оружием.

 

Основу морской авиации составляют около 100 американских противолодочных самолетов Р-3 «Орион» и 150 вертолетов SH/UH-60 разных модификаций.

 

В годы холодной войны ВС Японии, разумеется, в качестве основного потенциального противника рассматривали СССР, поэтому основные силы сухопутных войск были сосредоточены на Хоккайдо, в составе Северной армии. Недавно в связи с жестокой словесной перепалкой между Москвой и Токио по поводу курильской проблемы возможность российско-японской войны стала обсуждаться вновь. Включая совершенно безумную идею высадки японских войск на материке.

 

Разумеется, благодаря географической близости Курил к Хоккайдо, слабости дислоцированной на Курилах 18-й пулеметно-артиллерийской дивизии (это своеобразный музей военного антиквариата) при отсутствии там, а также на Сахалине сил ВВС и ПВО РФ и подавляющему превосходству ВМС Японии над российским ТОФ (особенно в надводных кораблях), японцы без особых проблем могли бы захватить спорные острова и удерживать их. С другой стороны, об их высадке на материке не может быть и речи, для этого у Японии слишком ограниченные десантные возможности (как на море, так и в воздухе) да и общий потенциал сухопутных войск. В «лучшем» для японцев случае такая авантюра закончилась бы полным разгромом уже в районе Владивостока, даже до Хабаровска добраться шансов у них бы не было. Впрочем, и удержание Курил было бы довольно бессмысленной идеей, поскольку Россия начала бы перебрасывать силы с запада, постепенно «перемалывая» японские авиацию и флот. Не говоря уж о том, что у нас есть ядерное оружие, атомный подводный флот и стратегическая авиация, а у Японии ничего этого нет. Более 90% российской территории находятся вне зоны воздействия ВС Японии, зато российские ВС потенциально способны достать до любой точки японской территории.

 

Поэтому нет сомнений, что вся агрессивная риторика японских руководителей (как, кстати, и поездки наших высших должностных лиц на Курилы) носили чисто внутриполитический характер. Кроме того, Вашингтон, ритуально заявив, что он признает право Токио на южные Курилы (такова позиция Штатов с 50-х годов), подчеркнул, что японо-американский Договор о безопасности на эти острова не распространяется, поскольку Япония не осуществляет над ними реальный контроль. В Белом доме догадываются, что конфронтация с Японией толкнет Москву в объятия Пекина, что в американские планы никак не входит, поэтому там сразу охладили излишний пыл Токио.

 

ПРОТИВ КОГО?

 

Настоящими же угрозами в Японии сегодня считают ракетно-ядерную программу КНДР и растущую мощь Китая.

 

КНДР, как известно, еще в конце 90-х в ходе ракетных испытаний «перестреливала» через Японские острова, вызывая в стране панику. Поэтому Токио начал создавать совместную с США региональную ПРО. Наземным ее элементом является ЗРС «Пэтриот», морским – корабли типа «Конго»/«Асано» с системой «Иджис». Причем Япония принимает активное участие в разработке американских корабельных ЗУР «Стандарт» различных модификаций, способных поражать БРСД и ОТР. Больше никому привилегии технологического участия в создании своей системы ПРО Вашингтон не предоставил. То есть наиболее боеспособный на сегодняшний день компонент американской ПРО – морской – является на самом деле американо-японским. И точно такие же ЗУР «Стандарт» с возможностями ПРО стоят на японских «эсминцах».

 

Если КНДР может достать Японию только с помощью своих баллистических ракет, то угроза со стороны КНР гораздо более многопланова. В отличие от первой половины ХХ века японский десант в Китае совершенно невозможен. Правда, хотя десантные возможности НОАК как минимум на порядок выше, чем у ВС Японии, китайский десант в Японии пока тоже невозможен. Китайские ВВС пока еще не способны полностью подавить японскую ПВО на территории самой Японии, а ВМС Японии и Китая, по крайней мере по крупным надводным кораблям, примерно равны. Кроме того, китайцам просто нечего делать на японских островах, там нет территорий и ресурсов. Борьба (пока – политическая) между Пекином и Токио идет за разграничение акваторий, в частности – за принадлежность островов, известных в Японии как Сёнкаку, а в Китае – как Дяойюдао. Сами по себе эти острова не нужны никому, нужен шельф вокруг них, где, возможно, есть нефть, нужны воды вокруг островов – как район рыболовства и прохождения коммуникаций, по которым в КНР и Японии доставляется сырье и вывозятся экспортные товары. У Китая и Японии очень схожая структура экономики и размер ВВП (в 2010 году Китай обошел Японию по этому параметру), обе страны очень зависят от привозного сырья. Обе претендуют на влияние в Азии (а Китай уже и в мире в целом). И, наконец, нельзя не учитывать вековую взаимную ненависть этих двух народов.

 

Естественно, потенциальный японо-китайский конфликт будет воздушно-морским. Поэтому Япония весьма встревожена быстрым ростом подводного флота Китая, который превзошел японский почти в четыре раза. В связи с этим Токио принял решение увеличить число ПЛ в составе своих ВМС с обычных 14–16 до 22. Новейшие ПЛ «Сорю» будут продолжать строиться, а вот вывод относительно старых, но в общем еще вполне боеспособных ПЛ типа «Харусио» будет остановлен.

 

Очень болезненно реагирует Япония на складывающееся превосходство Китая в воздухе. ВВС НОАК уже имеют около 300 самолетов типов Су-27/Су-30 (J-11/J-12), при этом производство безлицензионного J-11В еще только разворачивается. Еще более встревожила японцев недавняя демонстрация Китаем J-20. Разумеется, этот самолет пока не является полноценным истребителем 5-го поколения, но понятно, что рано или поздно китайцы самолет «доведут».

 

На «истребительной почве» у Токио возник серьезный конфликт с Вашингтоном. Япония потребовала у США продать ей F-22, который был создан для замены того самого F-15, что составляет основу ВВС Японии. Однако американцы продавать «Рэптор» пока не готовы никому. Они предложили японцам F-35, который, однако, тем не нужен. Даже если абстрагироваться от нынешних проблем данной машины (сроки ее запуска в серию все откладываются, а цена все растет), ее ТТХ не обеспечат эффективного отражения угрозы со стороны тяжелых китайских истребителей даже 4-го поколения. Против ВВС Китая нужен именно F-22. Поскольку США продавать его отказываются, в Токио всерьез стали обсуждать возможность создания собственного истребителя 5-го поколения. Высокий научно-технологический уровень японского ВПК вроде бы позволяет решить данную задачу. При этом, правда, нельзя не отметить, что Япония после Второй мировой войны ни одного собственного боевого самолета не разработала.

 

ЧТО ТЕПЕРЬ?

 

Разумеется, случившаяся в Японии природно-техногенная катастрофа повлияет на развитие ее ВС. Непосредственно они от землетрясения и цунами пострадали не очень сильно. Ничего не слышно о каких-то потерях Северо-Восточной армии сухопутных войск (стихия ударила по ее зоне ответственности) и о каком-то ущербе для ВМС. Пострадали лишь ВВС, но тоже довольно ограниченно. Под удар цунами попала ВВБ Мацусима, на которой, однако, боевых самолетов нет. Здесь дислоцированы спасательное крыло Командования поддержки с вертолетами UH-60J и самолетами U-125, а также 4-е авиакрыло Учебного авиационного командования. Оно включает 11-ю эскадрилью (оснащена учебными самолетами Т-4 и «по совместительству» является пилотажной группой ВВС Японии «Голубой импульс») и 21-ю эскадрилью (учебно-боевые F-2B). Волной повреждены как минимум 18 F-2B и неизвестное количество Т-4. Правда, судя по кадрам ТВ с Мацусимы, повреждения эти не фатальны, машины подлежат восстановлению.

 

Косвенные потери могут оказаться гораздо больше. По той естественной причине, что ликвидация последствий катастрофы потребует гигантских затрат (речь заведомо идет о сотнях миллиардов, если не о триллионах долларов). Соответственно чем-то придется жертвовать. Деньги будут вкладываться в развитие гражданской инфраструктуры и жилищное строительство, а вот военные расходы, видимо, придется урезать.

 

В связи с этим, по-видимому, на обозримую перспективу закроются две проблемы: курильская и японско-американского Договора о безопасности.

 

Если анонсированное российским руководством перевооружение группировки на Курилах будет выполнено и там на самом деле появятся ПКРК «Бастион» с ПКР «Яхонт», танки Т-80, ЗРК «Бук» и «Тор», вертолеты Ми-28, потенциал российских ВС здесь возрастет даже не в разы, а на порядки. Только своими силами Курильская группировка сможет нанести силам вторжения очень серьезные потери. В свете японской катастрофы курильский вопрос в его военном аспекте можно будет считать закрытым как минимум очень надолго.

Кроме того, Токио вынужден будет забыть свою антиамериканскую фронду, которую так активно пытался демонстрировать нынешний японский кабинет, сформированный Демократической партией, после своего прихода к власти. Собственно, предыдущий премьер-министр Японии Юкио Хатояма ушел в отставку в июне прошлого года из-за того, что не выполнил своих предвыборных обещаний и не добился вывода американских военных баз с Окинавы. Нынешний премьер Наото Кан ведет себя в этом плане уже гораздо умереннее. А уж теперь не только разрывать, но даже как-то модифицировать союз с США было бы для Токио чистым безумием.

 

Теперь Япония может оказаться гораздо более сговорчивой в «истребительном вопросе», поскольку создание собственного истребителя 5-го поколения будет крайне затруднительно. С другой стороны, тратить ненамного меньшие деньги на ненужный F-35 тоже как-то глупо. Возможно, планы перевооружения ВВС просто будут отложены на несколько лет. Можно предположить, что в наименьшей степени сокращение военных расходов затронет программы развития ВМС. Как было сказано выше, именно флот является самой мощной составной частью «Сил самообороны» и именно он, на самом деле, эту самооборону и обеспечивает. Поэтому жертвовать им будут в последнюю очередь.

 

Естественно, теперь снизится возможность Токио влиять на ситуацию в Корее, хотя и до катастрофы она была не слишком большой (пожалуй, в корейской «шестерке» Япония была самым маловлиятельным членом). В общем, все, включая союзников Японии, будут в душе очень довольны ее бедой. Увы, мир очень циничен.