Расшифровкой данных бортовых самописцев разбившегося 5 марта в Белгородской области Ан-148 совместно занимаются специалисты украинского авиационного научно-технического комплекса имени Антонова, а также Российского летно-исследовательского института имени Громова.

 

Источник, знакомый с ходом расследования, сообщил "Ъ", что вчера были получены результаты расшифровки одного из самописцев — параметрического. Как выяснилось, при снижении с 9 тыс. до 5 тыс. м у самолета вышел из строя указатель скорости. Прибор, по словам источника, начал показывать сильно заниженную скорость. Не подозревавший об этом пилот стал ее увеличивать, и в итоге нагрузка на системы самолета, прежде всего двигатели, достигла критической отметки. Двигатели загорелись, а самолет начал буквально разваливаться в воздухе. Именно о таком развитии событий говорили и находившиеся на земле очевидцы трагедии, а отдельные части корпуса разбившегося Ан-148 спасатели находили на расстоянии до 1,5 км от места, где были обнаружены погибшие члены экипажа.

 

Впрочем, официального подтверждения этой информации пока не последовало, хотя в следственном комитете и указывают, что наиболее вероятной причиной крушения стала именно техническая неисправность машины. Об этом заявил официальный представитель ведомства Владимир Маркин. Не исключено, кстати, что версия будет уточнена после расшифровки речевого самописца.

 

В самом же Воронежском акционерном самолетостроительном обществе (ВАСО) изначально наиболее вероятной причиной катастрофы считали "комбинацию факторов": к критической перегрузке оборудования, по мнению специалистов, могли привести ошибки, допущенные летчиком из Мьянмы, который, по некоторым данным, находился за штурвалом. Как пояснила "Ъ" помощник гендиректора ВАСО по связям с общественностью Маргарита Глотова, "конкретика может появиться после получения информации, зафиксированной всеми самописцами". Она добавила, что работу экспертов кроме российских специалистов контролирует военный атташе посольства Мьянмы в России.

Между тем в ВАСО уже через несколько часов после аварии практически исключали возможность технической неисправности машины, ссылаясь на то, что разбившийся Ан-148 проходил летные и технические испытания, которые не выявили никаких поломок. Однако вчера представители завода были гораздо менее категоричны. "Скорее всего, речь идет о комбинации факторов. Видимо, что-то случилось либо с оперением машины, либо с электропроводкой. Однако до критической нагрузки техника дошла, очевидно, не без участия летчика из Мьянмы, находившего за штурвалом",— рассказал "Ъ" на условиях анонимности топ-менеджер предприятия. По его словам, технические проблемы с Ан-148 появлялись и раньше, "но не носили критического характера — речь шла о производственных недочетах на отдельных агрегатах". Причем "воронежской" части строительства Ан-148 это никак не касалось — со сборкой проблем не возникало.

 

Напомним, транспортный Ан-148, принадлежавший воронежскому авиазаводу, разбился 5 марта в деревне Гарбузово Алексеевского района Белгородской области во время тренировочного полета, который он совершал в паре с другим Ан-148. Обе машины готовились к передаче ВВС Мьянмы по контракту между правительством этого государства и российской Объединенной авиастроительной корпорацией. Машина была модифицирована для военно-транспортных целей. В результате катастрофы погибли все шесть человек, находившиеся на борту: летчики-испытатели ВАСО Юрий Зубрицкий и Владимир Ясько, инженеры Александр Королев и Анатолий Самошкин, а также два пилота ВВС Мьянмы — Тейн Лин Аунг (Htein Lin Aung) и Зау Хтун Аунг (Zaw Htun Aung).

 

В ВАСО "Ъ" рассказали, что тела погибших уже опознаны в Воронеже. "Предприятие выделит не менее чем по 1 млн руб. на семью погибшего и оплатит все расходы на похороны. Погибших летчиков из Мьянмы опознали пилоты из второй машины",— отметили на заводе.