С 1954 года для разведывательных полетов над СССР стали применять беспилотные дрейфующие аэростаты («АДА»). За 20 лет советскими войсками ПВО были зафиксированы более 4 тыс. полетов «АДА», к сожалению, сбить удалось только 473.

 

С 1956 года в небе лидировал американский самолет-разведчик U-2. До 1960 года десятки U-2 совершили 50 безнаказанных вторжений в воздушное пространство СССР. Дело в том, что они действовали на недосягаемой для советских самолетов высоте – 20 тыс. м. Они летали даже над Москвой, Киевом и другими крупными городами СССР. Наконец, первый U-2 был сбит 1 мая 1960 года под Свердловском.

 

В середине 60-х годов США открыли «второй фронт»: если раньше их самолеты-разведчики летали с европейской части материка, то теперь они начали летать над Дальним Востоком.

 

Неспокойно было и в Закавказье. 28 ноября 1973 года нашу воздушную границу нарушил иранский самолет «Т-33». На его перехват вылетел МиГ-21СМ. За штурвалом сидел Геннадий Елисеев, который, истратив боезапас, пошел на таран нарушителя. Это был первый воздушный таран на реактивном самолете. Летчик посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза.

 

20 апреля 1978 года произошло первое знакомство советских военных летчиков с южнокорейскими пассажирскими самолетами-нарушителями воздушной границы СССР. Госграницу в районе Кольского полуострова пересек пассажирский «Боинг-707» авиакомпании KAL, выполнявший рейс Париж–Анкоридж–Сеул. Полет лайнера был пресечен над Карелией двумя ракетами «воздух-воздух», выпущенными с борта Су-15ТМ. Авиалайнер, несмотря на разрушенное крыло, сумел совершить посадку на лед озера Корпиярви.

 

В конце 70-х и начале 80-х советской ПВО стали досаждать легкомоторные самолеты. Осенью 1978 года в Приморье была принудительно посажена китайская машина; летом 1986 года – два иранских самолета в Азербайджане.

 

Но, пожалуй, наибольший ущерб не только системе безопасности но и престижу страны нанесла история с проникновением в советское воздушное пространство корейского «пассажирского» лайнера.

 

ЭТАПЫ МНОГОХОДОВОЙ ПРОВОКАЦИИ

 

31 августа 1983 года 269 пассажиров рейса 1490 «Боинга-747» бортовой номер 55719 южнокорейской авиакомпании Korean Airlines явно нервничали: еще бы, на целых 40 минут откладывался рейс. Дикторы аэропорта постоянно успокаивали: вылет рейса Анкоридж–Сеул задерживается по метеоусловиям.

 

Но, наконец, объявлена посадка. Со вздохом облегчения пассажиры заняли свои места в самолете. Взлет!

 

Точно в то же время с военного аэродрома Анкориджа, что на Аляске, стартовал такой же «Боинг-747» с таким же бортовым номером: 55719. О том, что он принадлежит Korean Air Lines, указывали аршинные голубые надписи по обоим бортам. В отличие от настоящего южнокорейского самолета в салоне его двойника не было ни одного пассажира, а только 18 членов экипажа (без стюардов) и 10 таинственных американцев.

 

Впрочем, «таинственные» – слишком сильно сказано, ибо корейский экипаж во главе с командиром корабля, опытнейшим пилотом – полковником резерва ВВС Южной Кореи Чан Бен Ином и вторым пилотом, подполковником ВВС Южной Кореи Сон Дон Вином (оба были связаны со спецслужбами США) знали, что американцы-молчуны – из разведорганов США, поскольку обе палубы самолета (оба этажа), как бабушкин комод тряпьем, были под завязку набиты электроникой.

 

По прошествии времени от нашей закордонной агентуры были получены данные, что стартовавший с военного аэродрома Анкориджа «Боинг-747» с бортовым номером 55719 был не чем иным, как американским cамолетом-разведчиком, закамуфлированным под пассажирский авиалайнер Korean Air Lines.

 

Почему задержка пассажирского корабля произошла на 40 минут позже обычного графика? Объясняется это просто: такая задержка нужна была для того, чтобы строго синхронизировать по времени подход самолета-разведчика к берегам Камчатки и Сахалина с полетом американского спутника-шпиона «Феррет-Д».

 

Этот спутник предназначен для ведения радиотехнической разведки в широком диапазоне частот, на которых работала радиоэлектронная аппаратура Советского Союза. «Феррет-Д» был способен выявлять эту аппаратуру в полосе местности шириной около 3 тыс. км. Период его обращения вокруг Земли составлял 96 минут.

 

...В ночь на 1 сентября «Феррет-Д» возник над Чукоткой в 18 часов 45 минут московского времени, и в течение 12 минут в режиме боевого дежурства летел восточнее Камчатки и Курильских островов, обеспечив этим первый успешный этап полета самолета-шпиона.

 

На следующем витке «Феррет-Д» в 20 часов 24 минуты появился над Советским Союзом и в 20 часов 30 минут московского времени 31 августа, то есть точно в момент вторжения лжекорейского нарушителя в советское воздушное пространство, находился над районом Камчатки, когда начался второй этап разведывательного полета над советскими стратегическими объектами в южной части Камчатского полуострова. На этом витке спутник имел возможность прослушивать советские радиоэлектронные средства на Чукотке и Камчатке, работавшие в обычном режиме боевого дежурства, уточнять их местоположение и уровень активности – обеспечив таким образом успешный полет самолета-шпиона.

 

Разумеется, что нарушение воздушной границы вынудило примерно вдвое увеличить интенсивность работы наших радио- и радиотехнических средств, на что и рассчитывали в своем замысле организаторы провокационного полета.

 

Все это фиксировал «Феррет-Д» и передавал на землю в соответствующие разведслужбы США. Важно отметить, что в это же время он контролировал также работу советских радиотехнических средств ПВО на острове Сахалин и Курильской гряды в их обычном повседневном режиме.

 

Кроме того, полет лжекорейского гражданского самолета на всем его протяжении осуществлялся не только в зоне радиотехнических служб управления воздушным движением, но и в рабочей области американской радионавигационной системы «Лоран-С», позволяющей с высокой точностью и в любой момент определить истинные координаты самолета.

 

Впоследствии это обстоятельство тщательно скрывалось американской стороной. Администрация США доказывала, что будто бы все дело в случайном вводе в бортовой компьютер самолета ошибочных данных координат полета. Но при этом они упорно умалчивали, что столь устойчивое отклонение от курса в течение двух с половиной часов могло произойти лишь при условии, если бы ошибка была допущена не по одной, а, по меньшей мере, семи контрольным точкам на трассе.

 

Советским контрразведчикам стало ясно, что эта «ошибка» введена вполне сознательно и преднамеренно теми, кто готовил и организовывал этот разведывательно-провокационный полет.

 

Такой вывод вытекает и из исследования, проведенного независимыми специалистами национального управления гражданской авиации Великобритании, результаты которого были объявлены по английскому телевидению 14 сентября 1983 года. В том сообщении указывалось, что, используя ЭВМ и тренажер самолета «Боинг-747», было проведено моделирование всего полета и рассмотрено 27 вариантов условий его выполнения. В итоге выявилась абсолютная невозможность такого большого отклонения самолета от заданного маршрута как в случае неисправностей в навигационной системе, так и в случае неправильного ввода в компьютер самолета полетного задания. Все действия самолета-разведчика подтверждали, что он четко управлялся. Только этим можно объяснить его маневрирование по курсу, скорости и высоте. Более того, экипаж видел предупредительные подходы советских истребителей – средств ПВО, и пытался уклониться от них, хотя и понимал, что это грозит огнем на поражение.

 

Такие действия убедительно свидетельствовали о том, что самолет выполнял приказ с земли. Имея на борту специальное разведывательное оборудование, он, разумеется, категорически отказывался от посадки на советские аэродромы, так как был бы полностью разоблачен.

 

...Кроме упоминавшегося спутника «Феррет-Д» накануне и в период нарушения лжекорейским самолетом воздушного пространства СССР в районе его действий находились еще два разведывательных самолета PG-135, барражировавшие вдоль Курильской гряды: разведсамолет Оrion находился над Охотским морем севернее Сахалина, а второй самолет такого же типа – над Японским морем.

 

Помимо указанных разведсредств США в зоне, где произошло нарушение советского воздушного пространства, действовал самолет Е-3А («АВАКС»), контролировавший полеты как самолета-нарушителя, так и наших истребителей.

 

Короче говоря, с 31 августа по 1 сентября в районе советского Дальнего Востока был развернут и функционировал целый разведывательный комплекс, в который вошли: лжекорейский самолет «Боинг-747», оснащенный разведывательными радиотехническими средствами; несколько специальных разведывательных самолетов; ряд кораблей ВМС США; наземные станции слежения на Алеутских островах, Гавайях, в Японии, Южной Корее и, наконец, спутник радиотехнической разведки «Феррет-Д». Вся эта армада сил и средств была нацелена на получение максимально полных данных о советской системе ПВО на Дальнем Востоке, особенно в зонах важных стратегических объектов, расположенных на Камчатке и Сахалине.

 

...По согласованию с Москвой советский истребитель Су-15ТМ, пилотируемый заместителем командира летного полка майором Осиповичем, поднялся с аэродрома «Сокол» и 1 сентября 1983 года в 00 часов 43 минуты московского времени выпустил по лжекорейскому «Боингу-747» две ракеты. Одной из них было разрушено левое крыло, второй – хвостовое оперение самолета...

 

ЗАЛОЖНИКИ АМЕРИКАНСКОЙ ПРОВОКАЦИИ

 

По прошествии нескольких часов полета пассажирам рейса 1490 южнокорейской авиакомпании Korea Airlines по внутреннему радио было объявлено, что из-за технических причин самолет делает вынужденную посадку на острове Окинава, в расположении американской военной базы.

 

Недоумение пассажиров, 90% которых являлись японскими туристами, вызвал приказ командира корабля сдать стюардам всю имеющуюся радиоаппаратуру и радиотелефоны.

 

Беспокойство, граничащее с паникой, возникло у пассажиров, когда им объявили, что устранение технических неполадок самолета займет не менее трех-четырех суток, во время которых им категорически запрещается покидать приготовленную для них гостиницу. Питание и развлекательные программы по телевидению гарантировала страховая компания.

 

Сразу же после приземления у входа в самолет появились вооруженные американские морские пехотинцы и японские полицейские, которые беспардонно проводили личный досмотр всех пассажиров на предмет выявления транзисторов и радиотелефонов.

 

Экипаж борта № 55719 разместили в пристройке к штабу командующего американской военной базы.

 

Ничего себе, слетали на экскурсию в Сеул!

 

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

 

Второй этап тщательно спланированной американцами провокации начался утром 1 сентября 1983 года, когда все ведущие средства массовой информации США, как по команде, разразились бранью в адрес СССР по поводу сбитого советским военным самолетом гражданского авиалайнера Korean Airlines, в результате чего погибли около 300 пассажиров.

 

Поспешность, с которой была оглашена антисоветская информация (с момента инцидента прошло не более четырех часов), свидетельствует о том, что ЦРУ заранее подготовило и в последующем передало провокационные материалы в редакции ведущих американских СМИ.

 

В полдень того же дня радио и телевидение обрушили на американского обывателя шквал гноеточивых комментариев президента США Рейгана, министра обороны Уайнбергера, главы Госдепа Шульца и других высокопоставленных чиновников американской администрации. Опять прозвучали ставшие уже шаблонными обвинения в адрес СССР как об «империи зла».

 

...А что же заложники американского разведывательно-провокационного фарса – японцы и граждане Южной Кореи?

 

По данным нашей разведки, всем японским туристам (а их, напомню, было более 90% от всех пассажиров) возместили стоимость путевок плюс выплатили компенсацию как за упущенную выгоду. У всех пассажиров отобрали подписки о неразглашении истинного маршрута полета, и через неделю они растворились на Японских островах.

 

Южнокорейских граждан с военной базы на родину доставили американские военные корабли, которые якобы и спасли их после падения авиалайнера в Японское море. Им также были выплачены щедрые отступные и отобраны соответствующие подписки.

 

...Майора Осиповича перевели служить в Майкоп, в 18 км от которого, в станице Ханской, расположен военный аэродром стратегического назначения.

 

Ему досрочно присвоили звание полковника и наградили орденом «Красная Звезда».

 

...Советские водолазы, спускавшиеся в место падения «Боинга-747», обнаружили затонувший самолет, на борту которого находились, как и ожидалось, горы пришедшей в негодность электронной аппаратуры и... 28 трупов.

 

Ознакомившись с вышеизложенным материалом, командующий войсками Дальневосточного военного округа в 1983 году генерал армии Иван Моисеевич Третьяк сказал: «...Всех беспокоил вопрос: сколько же было обнаружено тел на борту «Боинга» и можно ли вообще говорить о 269 погибших пассажирах? Сегодня я категорично заявляю: «Нет!» На самом деле их было идентифицировано только 28. Наличие обнаруженной на месте падения лайнера огромного количества радиоэлектронной аппаратуры объясняет увеличение численности экипажа «Боинга» с 18 лиц до 28. По нашему твердому убеждению, остальные 10 человек – это группа американских электронщиков... А других пассажиров в салоне «Боинга» не было...

 

Мое заявление подтверждают все опрошенные мною специалисты: характер поднятых на поверхность вещей позволяет с полной уверенностью говорить о присутствии на борту лишь 28 человек. Что же касается багажа 269 человек, поднятого со дна моря, то весь он был нанизан на стальной трос и скреплен по кругу. Вы видели такое когда-нибудь на обычном самолете? Это наверняка потребовалось организаторам провокации, чтобы вещи не были унесены течением. С учетом сказанного можно считать, что таким образом и была сфабрикована улика о гибели якобы 269 человек...»

 

А вот что говорят водолазы Григорий Матвеенко и Вадим Кондратьев, которые в течение месяца по шесть–восемь часов работали под водой, осматривая обломки самолета:

 

«...Самое главное не в том, что мы там увидели, а чего не видели. А не видели 200 с лишним трупов... Их было только 28. Когда спустились в первый раз, ожидали увидеть целое кладбище, но нет, его не было! Вещи, да, были: изодранные кожаные куртки, башмаки, зонты в чехлах и... горы электронной аппаратуры...»

 

РЕЗЮМЕ АВТОРА:

 

Легко понять состояние летчика Геннадия Осиповича, сбившего пассажирский самолет. Он долго казнил себя, что якобы загубил жизни почти 300 человек. Но водолазы? Они ведь единственные очевидцы, в буквальном смысле этого слова, того, что трагедии с пассажирами «Боинга» попросту не было! Поэтому возьму на себя смелость еще раз заявить, что история с самолетом Korean Airlines – не что иное, как чудовищная мистификация и фальсификация провокаторов из ЦРУ!