Избалованные клиенты

 

Итак, тендер MMRCA опять продлен. Ведущие игроки на рынке авиационной техники не то выдохнули с облегчением, не то тяжело вздохнули: ведь именно на нынешний апрель было назначено официальное формирование шорт-листа из двух-трех главных претендентов на многомиллиардный контракт.

 

Всего же, напомню, таковых пока шесть. Старый Свет выдвинул на конкурс три машины: совместный евроистребитель Eurofighter Typhoon, французский Rafale компании Dassault и шведский JAS-39NG Gripen концерна SAAB. Американцы предложили два самолета: F-16IN Super Viper производства Lockheed Martin и F/A-18E/F Super Hornet – изделие Boeing. И, наконец, Россию на тендере представляет РСК «МиГ» с МиГ-35.

 

В общем, сюжет закручен, интрига не ослабевает, а нервы уже изрядно попорчены. Индийцы слишком долго изображали избалованных клиентов, пытаясь выторговать максимум возможностей при минимуме цены (в широкой трактовке слова «цена») то у одних, то у других соискателей заказа. Подобное поведение вкупе с потенциальными денежными объемами грядущей сделки (около 10 миллиардов долларов) и серьезными требованиями по офсетной локализации (50 процентов объема контракта) вызвало реакцию, которую в Дели, может быть, и не вполне прогнозировали.

 

Соперники принялись задействовать на переговорах «артиллерию» все более тяжелого калибра, кратно усилив лоббистское давление. Но Индия славится своей квазиаристократической консенсусной формой управления с широкими элементами демократии, там и близко нет единого центра, через который можно раз и навсегда «решить вопрос» – и политически, и тем более «занеся» что-нибудь интересное. Нажим нарастает, и индийцы вынуждены отчаянно маневрировать между тяжеловесами мирового авиапрома.

 

Главные доводы за и против

 

Наших самолетов в ВВС Индии очень много, можно даже сказать – подавляющее большинство. Судите сами: из семи машин тактической авиации четыре – МиГ-21, МиГ-27, МиГ-29, Су-30МКИ – российского происхождения (да еще ВМС вскоре получат МиГ-29К/КУБ). Оставшаяся тройка включает легкий истребитель Tejas собственной разработки, только-только начавший поступать в опытную эксплуатацию, и истребитель-бомбардировщик SEPECAT Jaguar, на пару с МиГ-21 предназначенный к постепенному выводу из состава военно-воздушных сил, которым взамен предстоит принять на вооружение победителя тендера MMRCA. Добавим сюда перспективный проект индийского истребителя пятого поколения FGFA, создаваемый на базе российской платформы Т-50 в рамках тесного сотрудничества с КБ Сухого.

 

Некоторые эксперты утверждают, что это повышает шансы миговской машины, поскольку индийские военные хорошо знакомы с нашей техникой, вследствие чего в ВВС и Министерстве обороны есть пророссийское лобби эксплуатантов. Не надо также сбрасывать со счетов укорененную и развивающуюся на индийской почве промышленную локализацию. Длительное инженерно-технологическое и коммерческое взаимодействие с авиастроителями России и развитые связи по линии ВТС словно бы подталкивают Индию в сторону еще одного истребителя от северного партнера. Тем более что без малого сотня «старших братьев» МиГ-35 – МиГ-29 хорошо себя зарекомендовала. Причем парк машин конца 80-х обладает неплохими перспективами на коренную модернизацию.

 

Однако, по мнению других специалистов, именно здесь и кроется слабость российской позиции. Повторяю: наших самолетов в Индии очень много, даже слишком много. Это не имело бы никакого значения, если бы индийское руководство системно ориентировалось на закупки военной техники у одного крупного поставщика.

 

Однако Дели уже давно перешагнул этот рубеж, если вообще когда-либо на нем задерживался. Даже в период самой горячей дружбы с СССР Индия, отовариваясь в Союзе, параллельно активно закупала английское и французское оружие в той степени, в которой только позволяла политическая обстановка. К примеру, даже сейчас среди индийских военных есть мощная лоббистская группа, связанная с линейкой «Миражей» (последнего самолета из семи упомянутых выше машин) и настроенная на сотрудничество с Францией. Что серьезно подкрепляет с политической точки зрения не вполне прочную эксплуатационно-технологическую позицию «Рафаля».

 

Ныне же с ростом влияния в мире региональная сверхдержава Южной Азии ведет себя на рынке все более и более «равноудаленно» – пропорционально размеру выстроившейся очереди жаждущих продавцов. Слишком высоко ценя себя, национальную экономику, свое геополитическое положение и вопросы развития собственного научно-технологического комплекса, Дели не кладет все яйца в одну корзину. Чем больше источников инновационного трансфера доступно, тем лучше, резонно полагают индийцы.

 

Какой из этих подходов перевесит? Если второй, то шансы РСК на успех в тендере на фоне конкурентов могло бы повысить лишь одно – передача технологий.

 

Знаешь как – делись

 

Вопросы технологического трансфера на тендере остаются если и не совсем без ответа, то во всяком случае чуть «приоткрытыми». С одной стороны, Индия – это отнюдь не безответный режим третьего мира, которому можно «впарить» невесть что – в колониальном исполнении и на кабальных условиях применения. С другой стороны, именно это и настораживает: переданные технологии могут оказаться ключиком к нарушению военно-политического баланса в таком сложном регионе, как Южная Азия, и в том числе порушить планы потенциального продавца.

 

Например, Россия вполне готова поделиться с Индией секретами изготовления отдельных узлов и систем своего истребителя. История российско-индийского военно-технического сотрудничества не дает в этом сомневаться – достаточно изучить вопрос организации лицензионного выпуска танков Т-90 и реактивных двигателей РД-33 серии 3 для самолетов МиГ-29, крупноблочной сборки истребителей Су-30МКИ. Россия в целом готова идти на организацию сборочного производства комплектующих в Индии. Так было и раньше – с советскими истребителями МиГ-21, истребителями-бомбардировщиками МиГ-27, танками Т-72М1 и боевыми машинами пехоты БМП-2.

 

В том, что касается инноваций в авиастроении, достаточно вспомнить совместную программу истребителя пятого поколения FGFA, в рамках отработки которой Дели скорее всего получит весьма соблазнительный пакет технологий, имеющих прямое отношение к российской платформе Т-50 КБ Сухого. А ведь эта программа потянет за собой еще и огромный офсет, фактически означающий существенную локализацию производства «эксклюзивной» экспортной версии нашего ПАК ФА на индийской территории.

 

Тех же щей, да пожиже влей

 

В случае с американцами все куда как менее благостно. Индийские военные неоднократно заявляли, что с янки работать крайне сложно: они настроены драться за каждую пядь технологической документации. (В качестве антитезы к такому поведению, кстати, индийцы любят приводить в пример именно русских.) И если корпоративное руководство компаний-поставщиков иной раз готово обещать заказчику птичье молоко, златые горы и все секреты в придачу – лишь бы превратить его из потенциального клиента в реального покупателя, то военные и политики США придерживаются кардинально иного мнения.

 

В Пентагоне уверены, что давать нужно как можно меньше. При этом в методах особо не стесняются, доходит чуть ли не до резкого дезавуирования обещаний, данных в кулуарах представителями ОПК Соединенных Штатов. Например, есть немалые сомнения в том, что Индия в случае выбора американского самолета на тендере получит от его бортового радара хоть что-то, кроме собственно самой РЛС как «черного ящика», снабженного инструкцией по эксплуатации. Вопросы же передачи американской технологической документации и алгоритмического обеспечения БРЭО (напомним, на это со скрипом готовы идти даже европейцы) крайне проблематичны.

 

Политики играют в свои игры, отталкиваясь от одних им понятных соображений баланса сил и интересов в регионе, заодно нередко увязывая состав и объем технологических пакетов ВТС с отметками о поведении страны-заказчика на международной арене.

 

Европейцы, как отмечалось ранее, не прочь идти в технологическом трансфере несколько дальше американцев. То ли от общей экспортной безнадеги (трудно назвать их машины совместной разработки последнего поколения, которые пользовались бы пусть даже не ажиотажным, а хотя бы устойчивым спросом, как российские или американские). То ли от попытки хоть как-то обосновать исключительно высокие цены на свою продукцию. Так, «Рафаль» стоит едва ли не дороже «Супер Хорнета», но породистый «рысак» Eurofighter Typhoon обходит в этом плане и первого, и второго – свыше 100 миллионов долларов за машину. Однако ирония судьбы в том и состоит, что речь частенько идет об обещаниях продать шкуру неубитого еще медведя, как в случае с не до конца отработанными БРЛС с АФАР для «Рафаля» и «Тайфуна», которые клятвенно обещаны индийцам в лучшем виде. Правда, как только будут готовы.

 

Американцы здесь тоже не без пушинки в носовом обтекателе. Ряд наблюдателей после выставки Aero India 2011 в Бангалоре вернулись с большими сомнениями относительно показанной там последней версии «Супер Хорнета» – F/A-18 International Roadmap Platform, также получившей в прессе имя Silent Hornet. Нет, никаких мистификаций: трудно спорить с тем, что представленный пакет модернизации с интеграцией конформных топливных баков над крыльями и подвесного отсека для УРО с радиолокационной малозаметностью, а также комплексов оптико-электронного предупреждения вполне по силам разработчику «Хорнета» – корпорации «Боинг». Однако на данный момент, судя по всему, мы имеем дело в лучшем случае с массогабаритными пластиковыми макетами внешней аэродинамики и как обстоит дело собственно с разработкой оборудования – вопрос вопросов. Пригодного к полноценной эксплуатации летающего борта F/A-18 с внедренным «сайлент»-пакетом, видимо, сейчас нет. Это, повторюсь, не отменяет того факта, что именно данная версия и будет активно продаваться в Индию.

 

Судьба F-16 под большим сомнением: эта платформа уже поставляется Пакистану и ее шансы занять место в индийских ВВС ничтожно малы. Как знать, впрочем, не использует ли «Локхид» индийский конкурс, чтобы на этой мощной волне попробовать выгодно «толкнуть» пакет усовершенствований Super Viper Исламабаду – в порядке углубления военно-технического сотрудничества по F-16?

 

Разрешите применить?

 

Передача технологий – это еще полбеды. Настоящее бедствие может крыться в подборе пакетов вооружения для поставляемой техники и режимов их использования.

 

Индия – страна проблемная в военно-политическом плане. Один из ее непосредственных региональных оппонентов – Пакистан – традиционно близкий союзник Вашингтона, в том числе и в сфере военно-технического сотрудничества. Каков будет состав вооружения, передаваемого Дели вместе с истребителями, какими окажутся условия его производства и закупок? Наложат ли ограничения на режимы применения или, быть может, даже хранения?

 

Здесь, конечно, не Персидский залив и диктовать индийцам, где держать и как использовать купленные на их же живые деньги ракеты и бомбы, будет крайне непросто, но, немного зная американцев, можно предположить, что такие попытки они предпримут – с подвешенным переговорным пряником в виде чего-нибудь современного в случае согласия.

 

Эта политическая завязка усложняет все дело. Допустим, уйдет Обама, настроенный благожелательно к сотрудничеству с Индией, придут более жесткие изоляционисты-республиканцы – и как тогда действовать Дели? Ведь конгресс США фактически в любой момент под тем или иным предлогом способен внести поправки в благостную картинку военно-технического сотрудничества.

 

Европейское предложение в этом смысле выглядит и перспективнее, и проблемнее. Ибо многосторонний состав участников консорциума по евроистребителю кратно усложняет постановку единых политических рамок на использование поставленной техники, а это в свою очередь облегчает достижение договоренностей. Но вместе с тем амбиции на тему таких рамок (особенно на фоне головокружения от ливийских «успехов») тоже могут возникнуть и тогда их бесконечное пересогласовывание превратится в сущий ад.

 

К шансам российского предложения по МиГ-35 можно относиться по-разному, но уж с этой стороны проблем при случае ожидать Индии не приходится.

 

А страсти на тендере продолжают накаляться. Буквально только что французский концерн «Дассо» вляпался в неприятную историю о взятке индийскому военному за «выгодное» размещение экспозиции компании на бангалорском авиасалоне. Индийцы уже, похоже, и сами не рады тому размаху, который принимает тендер, еще несколько лет назад названный в американской прессе «авиационной сделкой двадцатилетия». (Есть сомнения в правильности такого эпитета, если учесть отечественные поставки линейки истребителей Су-30МКИ/МКК в ту же Индию и Китай, но уж будем снисходительны.)

 

Четвертое поколение истребителей уходит в историю на волне плотной конкуренции авиагигантов за место под солнцем будущего дня. И тендер MMRCA станет одним из тех завершающих боев, что определят картину мирового рынка боевой авиации на ближайшие десятилетия. Дело осталось за малым – принять наконец решение.