Сам по себе жанр писем в редакции западных газет для Дмитрия Пескова не нов, но он, пожалуй, впервые прибег к нему в связи с публикацией, касающейся отдельного (пусть и весьма важного) случая из российской деловой практики. Раньше он реагировал подобным образом, когда затрагивались внешнеполитические интересы России. 

 

Так, в феврале 2009 года Песков написал в лондонскую Financial Times ответ на статью, в которой газета прокомментировала речь премьера Путина на всемирном экономическом форуме в Давосе. FT увидела в этой речи «антиамериканскую риторику», и пресс-секретарь премьера недоумевал: «Остается только гадать, слушали ли вы выступление, прежде чем его комментировать, или предпочли просто положиться на старые стереотипы». 

 

В январе 2011 года Песков отозвался на статью New York Times о российско-белорусских разногласиях вокруг поставок нефти. В этом письме пресс-секретарь вновь упрекает авторов в нежелании «внимательно следить за новостями», а также в том, что они опираются «на ложные допущения и устаревшие стереотипы».

Колонка Джо Носеры о Домодедово в The New York Times посвящена локальному эпизоду, но, оттолкнувшись от него, автор решил подняться до серьезных обобщений. «Решение владельцев аэропорта Домодедово отменить свое IPO — это отличный пример, помогающий объяснить, почему в России просто не может быть современной экономики до тех пор, пока там не будет реального верховенства закона», — пишет Носера. Когда президент Дмитрий Медведев приказал Генпрокуратуре расследовать январский террористический акт в Домодедово, «плутократы увидели в этом свой шанс», — считает автор The New York Times. В качестве аргумента он привел историю о претензиях к «непрозрачной» структуре собственности Домодедово, которые высказывали российские власти, включая высших должностных лиц страны. Носера на стал доказывать, что обвинения беспочвенны, но, по его мнению, они имеют «поверхностную правдоподобность». А это, говорит автор статьи, всегда бывает, «когда плутократы собираются что-то урвать по-быстрому».    
 

Хуже того, он упомянул Путина, связав его имя со слухами о том, что в период подготовки IPO бизнесмен Игорь Юсуфов делал владельцам Домодедово предложение выкупить все предназначенные к размещению акции, а заодно урегулировать проблемы с властями. Юсуфов — это бывший министр энергетики, работавший под началом авторитарного лидера Владимира Путина, — писал Носера.

 

Возможно, поэтому пресс-секретарь Путина счел необходимым пояснить кое что от себя. Отметив, что Домодедово не единственная компания, отложившая IPO, а также повторив, что у российского правительства есть сомнения из-за нежелания аэропорта раскрыть своих владельцев, Дмитрий Песков сделал акцент на другом. Автор New York Times в качестве отправной точки для своих рассуждений о России взял неудачный пример, намекнул пресс-секретарь. «Возможно, более подходящим представителем сегодняшней России служит «Яндекс», который недавно провел очень успешное IPO», — посоветовал Песков, имея в виду, что в России не все так плохо, как представляется американской газете. Носеру, конечно, есть основания упрекать в односторонности и использовании все тех же стереотипов.

 

Однако само по себе успешное размещение одного эмитента еще не служит доказательством прозрачности действий власти по отношению к другому, даже если он ведет себя сомнительно.