Ту-134, летевший из Москвы в Петрозаводск, должен был приземлиться в аэропорту Бесовец в 00.10. Весь день накануне в Петрозаводске шел сильный дождь, вспоминают местные жители, а поздним вечером трассу Петрозаводск – Суоярви, на которую упал лайнер, затянуло туманом.

 

«Погода была весь день плохая, – рассказал «Газете.Ru» Анатолий, житель соседнего с Бесовцом поселка Челна в двух километрах от аэропорта. Вечером понедельника он был дома с девушкой Любой. – Когда я услышал грохот, я подумал, что началась гроза, но какая-то странная». Он вышел из дома и увидел за лесом зарево пожара, вернулся домой и включил компьютер, чтобы написать об этом в свой аккаунт «ВКонтакте», но связи не было – как станет известно потом, падая, самолет оборвал кабель. Мимо дома Анатолия проехали две пожарные машины из челнинской части, следом две скорые. «Я понял, что там что-то серьезное, сел в машину и погнал за ними», – рассказывает он.

 

Челна находится в двух километрах от того перекрестка, где от трассы Петрозаводск – Суоярви отходит вправо дорога на аэропорт, до него около километра. Справа от дороги на аэропорт – строящийся коттеджный поселок, слева – узкая лесополоса, за которой, левее и параллельно дороге в аэропорт, находится взлетно-посадочная полоса. Слева от трассы тоже лес, в котором Ту-134, снижаясь, прорубил просеку.

 

Судя по размеру обломков, к трассе самолет подлетел уже на очень малой высоте – порядка шести-семи метров. В падении он порвал линию электропередачи, идущую вдоль трассы, – четыре электрических кабеля и один кабель связи, при этом бетонные столбы-опоры не только не упали, но даже не наклонились.

 

Выехав на пригорок – там, где от него отходит вбок дорога на аэропорт, небольшая низина, – Анатолий с Любой увидели сильный огонь. Горело на самом перекрестке и по обе стороны от него. Жар был настолько сильный, что дальше они не поехали. «Туда уже много пожарных машин приехало и несколько «скорых», были уже пожарки с надписями «Петрозаводск» на борту, они поливали обломки водой, – вспоминает он. – И тут как раз стало что-то взрываться». Звук был похож на взрывы петард, взрывов было три или четыре, говорит Люба, первый – самый сильный. «Мы постояли минут десять, развернулись и поехали домой», – говорит Анатолий. Он вернулся на место аварии днем, когда перекресток уже был взят в оцепление солдатами внутренних войск. «ВКонтакте» увиденное так и не описал – связи в Челне нет до сих пор.

 

Оцепление было выставлено поперек трассы и по засеянным травой участкам строящегося коттеджного поселка – заходя на посадку, самолеты пролетают над ними. Ту-134 упал прямо на перекресток, самые крупные обломки – хвост, часть фюзеляжа и крыло – на единственный незастроенный пока участок у самого перекрестка.

 

Судя по расположению обломков, перед самым падением самолет немного отклонился вправо и, возможно, перевернулся вверх шасси.

 

Оперение хвоста, та его часть, где находится эмблема авиакомпании, буквально воткнулось в землю узкой стороной. Рядом с ним лежал другой фрагмент хвоста – тот, на который нанесен бортовой номер, эта часть фюзеляжа, судя по расположению цифр, лежала неперевернутой. Тут же лежал большой, сильно обгоревший и смятый фрагмент салона, дальше, прямо под указателем поворота на аэропорт, – часть перевернутого крыла с торчавшими вверх шасси. К двум часам дня группа следователей уже закончила работу на месте крушения, кран грузил обломки в грузовики.

 

Большинство домов в поселке еще не достроены, там мало жителей, рассказал «Газете.Ru» Евгений Ковалев – один из немногих обитателей поселка, кто был в своем доме в ночь на вторник. Он смотрел телевизор, когда тот внезапно выключился. Во всем доме погас свет, снаружи «ударило», говорит Ковалев: «Гараж заходил ходуном». Он побежал через участок соседа к дороге. Там на земле он увидел мужчину, тот был жив и стонал. Ковалев схватил мужчину и потащил по земле дальше от огня, потом вернулся за женщиной – ее тоже выбросило из самолета. У нее была сломана нога, но она не чувствовала боли. Она рассказала Ковалеву, что в момент аварии спала и проснулась только от удара об землю. Последним, кого Ковалев с прибежавшим соседом оттащили от огня, был мужчина в форме пилота – уже мертвый.

 

Из огня были слышны крики, говорит Ковалев, но пламя было так сильно, что он уже не мог приближаться к пожару. Он тоже слышал взрывы внутри горящего самолета, по его подсчетам, их было три. К этому времени к перекрестку уже съехались пожарные машины, пожарные стали заливать обломки – по словам Ковалева, потушили минут за двадцать.

 

Со стороны Петрозаводска приехали «скорые». Со стороны поселка собрались зеваки.

 

Ковалев вернулся домой, но заснуть уже не смог. Утром к нему пришел участковый, который обошел поселок в поисках свидетелей. К следователям, приехавшим из Петрозаводска и проведшим несколько часов на месте аварии, Ковалева не вызывали. На месте крушения работали около тридцати человек в гражданской одежде и еще столько же в полевой форме. Один из них периодически выходил за оцепление, чтобы взять новую стопку упакованных в полиэтилен комплектов из одноразовых перчаток и пластиковых черных пакетов.

 

Внутрь оцепления журналистов не пускали, исключение сделали только для камер местного МЧС и гостелевидения. Дорога была перегорожена милицейскими машинами, которые расступались только для того, чтобы пропустить внутрь кран и выпустить наружу машину, в которую грузили тела погибших. «Смотреть там практически не на что», – кивая на микроавтобус, сказал один эмчеэсовец другому. Это была уже третья машина, вывозившая тела.

 

По периметру оцепления стояло десятка два зевак. На вопросы журналистов, не местные ли они жители, зеваки отвечали, что приехали из Петрозаводска. Многие были с детьми.

 

Среди многочисленных микроавтобусов следователей, милиции и МЧС на обочине стоял коричневый джип Audi с мигалкой и московским номером серии АМР: к тому времени как следователи закончили работу, на место падения Ту-134 съехалось все руководство республики, прокурор и глава МЧС. «Саня, цветы!» – скомандовали из-за оцепления, и мужчина в жилете «Спасатель Карелии» понес внутрь букет розовых гвоздик. Милиция расступилась, пропуская его, между их спин открылся указатель «Аэропорт». К нему красно-белой лентой оцепления был привязан букет красных гвоздик.