Это телеграмма врио главкома ВВС Виктора Бондарева от 03.06.2011, направленная в войска, “по принятию мер антикоррупционной направленности при реализации дополнительных выплат офицерам в 2011 г.”. Документ не является секретным, поэтому приведем из него цитаты, которые демонстрируют те методы, которые приказано внедрить, чтобы окончательно победить коррупцию.

 

Так, например, в пункте 1 предлагается для “регистрации устных обращений” организовать “в основных структурных подразделениях и воинских частях телефоны “горячей линии”.

 

Вообще-то телефонное обращение типа “кто-то кому-то настучал” — не может считаться юридическим основанием для разбирательства. Причем было бы еще понятно, если бы эта линия замыкалась на военную прокуратуру или “особый отдел” главкома ВВС. Так ведь нет! Ее установят “в подразделениях и воинских частях”. А это значит, офицер, у которого командир вымогает деньги, должен звонить ему же, доказывая, что он занимается коррупцией.

Если кто-то сомневается в эффективности такой меры, то может поступить в соответствии с пунктом 2. Там говорится: “Расценивать обращения военнослужащих и членов их семей по вопросам коррупционных проявлений непосредственно в комиссию ВВС, минуя соответствующие инстанции объединений и воинских частей, как недоверие граждан к компетентности непосредственного руководства с соответствующими выводами и санкциями к нему”.

 

Выходит, если офицер пожалуется на своего командира вышестоящему начальству, то априори следует расценивать это как “недоверие к компетентности”. Может, компетенция командира теперь заключается в том, чтобы отобрать их у подчиненных аккуратно, без шума? Не сумел — на тебе “соответствующие выводы и санкции”. Но вот вопрос: кто дал право некой комиссии ВВС переквалифицировать уголовное преступление в дисциплинарный проступок и затем самостоятельно решать, как за него наказывать?

А если командир денег не брал и его оклеветали? Все равно “недоверие к компетентности”? Или генералы забросят боевую подготовку, учения, полеты и начнут выяснять, кто прав, кто виноват?

 

Так, может, просто следует напомнить офицеру, что у него есть законное право обратиться в прокуратуру? Тем более что жаловаться выше он вряд ли решит, если тот, кто вымогает у него деньги, заявляет, что они “пойдут наверх”.

Но о прокуратуре врио главкома ВВС почему-то не вспоминает. Пункт 2 словно говорит обратное: не ходи к прокурору, если что — жалуйся нам, не выноси сор из избы, а мы уж сами в своей вотчине разберемся.

 

И все же главным шедевром чиновничьих перлов и приемов антикоррупционной борьбы является пункт 3 этой телеграммы. Цитирую: “рассматривать вопрос о прекращении дополнительных выплат офицерам основных структурных подразделений и воинских частей в полном составе в случае получения и подтверждения в установленном порядке достоверной информации… о коррупционных проявлениях в той или иной воинской части”.
 
Перевожу с чиновничьего на русский: если кто-то один пошел в прокуратуру с жалобой на вымогательство командира и оно подтвердилось, то часть полностью лишается премии по четырехсотому приказу. По-другому это еще называют круговой порукой.

 

Далее комментировать считаю излишним. Полностью прочитав на сайте “МК” этот “антикоррупционный документ”, каждый и сам придет к выводу: реально бороться с коррупцией в армии никто всерьез не собирается. Наоборот, коррупцию в войсках офицерам фактически приказали скрывать.