Новые самолеты

 

В минувшем году реальные поставки боевых самолетов сдвинулись, наконец, с мертвой точки. В этом смысле в день ВВС можно говорить о "годе ВВС". Стало можно аккуратно отмечать перелом тенденции в финансировании закупок новой техники для авиаторов.

 

В первую очередь, пошли заказы по фирме "Сухого": доводится до серии переходный истребитель "поколения 4++" Су-35С – он пойдет в ВВС еще до начала массового ввода в строй истребителя пятого поколения Т-50.

 

Пока "тридцать пятых" заказано 48 штук, но, вполне возможно, их в ВВС в итоге окажется больше. Особенно учитывая традиционные для отрасли сдвиги сроков, а также памятуя о явственно проступивших проблемах с выполнением заказов военно-промышленного комплекса, раз за разом срывающих увеличение реальное увеличение гособоронзаказа.

 

Если Су-35С отработают и освоят в войсках, то при любых возможных срывах сроков по новым машинам пятого поколения, вполне возможно наращивание числа "заместителей". А равно оно возможно и без срывов: нынешнее руководство Минобороны отличается редкостным прагматизмом, и вполне способно сэкономить за счет творческого комбинирования соотношений техники четвертого и пятого поколений.

 

Бомбардировочная авиация потихоньку начинает получать свои Су-34. Машина, прошедшая боевое крещение в ходе "пятидневной войны" в 2008 году (и применявшаяся там, насколько можно судить, чуть ли не в единственном экземпляре), осенью того же года получила "добро" на серийное производство: был заключен контракт с новосибирским авиазаводом НАПО на 32 фронтовых бомбардировщика.

 

Судьба этого специфического самолета в нынешних российских ВВС и на фоне всеобщей тяги к универсальным тактическим машинам, способным одинаково успешно вести воздушный бой и наносить удары по наземным целям, не выглядит безоблачной. Однако их предшественники Су-24 уже совершенно устарели, и ВВС должны хотя бы частично обновить парк ударной авиации. Страховкой здесь послужит и программа модернизации Су-24. В какой-то мере на перспективы Су-34 намекнул главком ВВС Александр Зелин, указав, что в случае переоборудования под несение крылатых ракет, "тридцать четвертые" могут перейти под крыло Дальней авиации.

 

Параллельно с развертыванием производства Су-35С Минобороны уделяет много внимания модернизации имеющегося состава истребителей Су-27. Одновременно с медленным доведением старых самолетов до версии Су-27СМ, было закуплено несколько новых истребителей Су-27СМ3, построенных на основе машин из нереализованного китайского экспортного задела.

 

К сожалению, по-прежнему не определено будущее модернизации парка легких истребителей типа МиГ-29. Закуплено только некоторое количество самолетов МиГ-29СМТ, переоборудованных из машин несостоявшегося алжирского контракта. Вкупе с подвешенным состоянием амбициозного проекта МиГ-35 это оставляет массу вопросов о реальной востребованности этого семейства в рядах отечественной авиации.

 

Для РСК "МиГ" пока остаются экспортные контракты и потенциальный заказ на палубную версию для авиации ВМФ.

 

Экспорт помог

 

Российский авиапроизводители вообще оказались в уникальной ситуации, в подобную вряд ли попадал кто-либо из мировых технологических лидеров отрасли. На протяжении минимум пятнадцати последних лет ведущие оружейные фирмы страны развивали преимущественно экспортный товар. Некоторые из них – исключительно экспортный.

 

Отсутствие заказов на современную технику со стороны Министерства обороны, с одной стороны, и, наоборот, наличие постоянно меняющихся требований капризных внешних покупателей (порой весьма эклектичных) привело к своеобразному результату: по целому ряду образцов вооружений экспортные проекты оказались современнее и эффективнее, чем имеющиеся на вооружении ВВС РФ.

 

Складывается нормальная повседневная практика: если есть отработанный экспортный проект, который можно заказать "прямо сейчас", в понятном графике отгрузки, и который при незначительных изменениях может использоваться собственными ВВС (пусть и в качестве временной переходной машины) – то почему нет?

 

За примерами далеко ходить не нужно. Сильно "раскрученный" экспортным индийским контрактом палубный многоцелевой истребитель МиГ-29К (заброшенный после 1990 года государством) сейчас, по-видимому, будет закупаться авиацией флота – в дополнение к добротному, но двадцать лет не совершенствовавшемуся перехватчику Су-33, составляющему основу авиагруппы единственного отечественного авианосца "Адмирал Кузнецов".

 

Месяц назад президент корпорации "Иркут" Алексей Федоров сообщил во время встречи с прессой на Иркутском авиазаводе, что рассматривается вопрос о закупке в интересах Минобороны 40 истребителей Су-30СМ. Здесь тоже не обошлось без живительного влияния экспортных работ: "Иркут" с середины 90-х плотно занят поставками в Индию истребителей Су-30МКИ. Су-30СМ – это, в сущности, локализованная и доработанная по требованиям отечественных авиаторов версия "индийца". Кстати, 12 машин из этого числа, по-видимому, пойдут в морскую авиацию, на замену устаревшим бомбардировщикам Су-24 с крымской авиабазы "Гвардейский". Точно также еще осенью 2010 года другой авиапроизводитель – КнААПО – поставил ВВС России четыре самолета Су-30М2 (версию экспортного Су-30МК2).

 

Прорыв вертолетчиков

 

Но что действительно впечатляет, так это успехи, демонстрируемые производителями российской вертолетной техники.

 

Вертолетостроители, чуть ли не единственные в отрасли, в последние 2-3 года смогли создать совершенно устойчивую схему портфеля заказов, поровну разделив его между военными и гражданскими темами, а каждую из них – между внешними и внутренними покупателями. При этом общий объем поставок нарастает по всем направлениям.

 

С 2009 года в войска пошли первые заметные партии боевых вертолетов Ми-28Н. В прошлом году общий объем законтрактованных "Ночных Охотников" практически достиг 100 единиц. Параллельно в 2010 году возобновлено серийное производство основных конкурентов Ми-28 – Ка-52. Их морскую версию предполагается, в частности, разместить на будущих российских вертолетоносцах типа "Мистраль", заказанных во Франции. Не забыты и привычные многоцелевые трудяги Ми-8: их последние пару лет тоже закупают десятками.

 

К концу этого года общий годовой объем поставок новых вертолетов для нужд Минобороны при удачном развитии событий может превысить 100 машин. А до 2020 года планируется закупить около 1000 вертолетов. Темп набран приличный, и, по крайней мере, за эту часть авиационного хозяйства в ближайшей перспективе, по-видимому, можно быть спокойным.

 

Туманное будущее военных транспортников

 

Не так гладко выглядят перспективы обновления военно-транспортной авиации. Перенос в Ульяновск производства транспортного семейства Ил-76 (будет производиться новая версия – Ил-476) завершен, однако до постановки крайне нужной машины на поток пока еще дело не дошло. Хотя у нее уже появилась модификация: главком Зелин анонсировал с 2016 года начало производства на базе Ил-476 нового самолета дальнего радиолокационного обнаружения и управления А-100 – отечественного "АВАКСа" последнего поколения.

Нет ясности в том, какими самолетами заменять стремительно ветшающий транспортный парк. Отдельные инициативы на сей счет сверкают, но до их практического воплощения пока далеко. То Минобороны собирается восстанавливать производство тяжелых Ан-124 "Руслан", то закупает на Украине Ан-70, то ищет в России площадки под развертывание новых производств.

 

Впрочем, по ряду частных сообщений, резко вырос объем модернизации и капитального ремонта транспортных машин ВВС. В условиях, когда нет понимания того, на какие машины будет переходить военно-транспортная авиация, это решение позволит сохранить ее в игре.

ВВС в новом виде

 

Перемены в авиации сверху донизу: ВВС завершает переход на новую организационно-штатную структуру в рамках общей реформы вооруженных сил. Теперь на смену профильным соединениям и объединениям (авиадивизиям и воздушным армиям) пришли территориальные смешанные формирования (авиабазы), которым решением командования могут передаваться различные силы и средства.

 

Однако не обходят ВВС стороной и скандалы, связанные с пресловутым "приказом 400" о материальном поощрении. Приказ этот в войсках расценивается неоднозначно. С одной стороны, его роль в росте благосостояния военнослужащих переоценить невозможно, с другой – процедуры, в рамках которых этот приказ применяется в каждом конкретном случае, иногда вызывают к жизни коррупционные схемы и становятся дополнительным рычагом давления на личный состав.

 

В ближайшие годы мы увидим в ВВС немало болезненных симптомов, как сугубо авиационных, внутренних, так и связанных с общим фоном непростых трансформаций вооруженных сил страны. Пусть это и болезни, но – болезни роста.