Сбитый в Южном Судане российский вертолет стал поводом задуматься о сохранности российских специалистов, работающих в горячих точках.

 

— Мы уже порекомендовали российским авиаперевозчикам, работающим в неспокойных районах, в первую очередь это Южный Судан и Дарфур, требовать от партнеров ужесточения правил безопасности и прописывать это в контрактах, — рассказал советник российского посольства в Судане Юрий Видакас. — Необходимо, чтобы перед вылетом было точное подтверждение, что все стороны, включая по возможности местные партизанские отряды и группировки, поставлены в известность о предстоящем полете. Если же у командира воздушного судна возникли какие-то сомнения, он должен иметь право отказаться от рейса.

 

Необходимо обеспечить и безопасность пребывания российских граждан на земле, отметил Видакас. В горячих точках требуется охрана — как в поселках, где живут экипажи, так и во время передвижения, например при выездах в город и в аэропорт.

 

В южносуданской провинции Джонглей 21 декабря был сбит вертолет Ми-8 компании «Нижневартовскавиа». Погибли все четыре члена экипажа. Рейс выполнялся по контракту с миссией ООН в Южном Судане (МООНЮС). Местные военные заявили, что перепутали белый вертолет в опознавательных знаках ООН с машиной ВВС северного Судана (с которым у южан продолжается военный конфликт). Генсек ООН Пан Ги Мун потребовал разобраться в происшедшем, чтобы исключить возможность повторения такого впредь.

 

В настоящее время в Южном Судане и Дарфуре работают три российские авиакомпании: «ЮТэйр», «Нижневартовскавиа» и «Скол». Помимо них там есть и немало летчиков с российскими паспортами, нанимающихся на работу в африканские авиакомпании самостоятельно.

 

— Условий безопасности, прописанных в контрактах сейчас, явно недостаточно, — считает Юрий Видакас.

 

Даже те, кто работает в структурах ООН, периодически страдают от агрессии со стороны местных военных. Так, среди работающих в этой стране иностранцев ходят, например, рассказы о том, что месяца три назад солдаты Народной армии освобождения Судана (SPLA), а это костяк вооруженных сил страны, в течение суток насиловали в казарме пятерых белых сотрудниц МООНЮС.

 

Российские авиакомпании предпринимают собственные шаги в плане безопасности экипажей и машин. Как рассказали «Известиям» в «ЮТэйр», чьи вертолеты работают во многих странах континента, «мы направили в ООН требование вывести наши экипажи и машины из горячих точек. Вертолеты сугубо гражданские и не оборудованы для полетов под угрозой обстрела». Недели три назад требование было удовлетворено, и российские экипажи перестали выполнять рейсы в районах, где идут боевые действия.

 

Поводом для обращения компании в ООН стал обстрел в середине сентября все в том же Южном Судане вертолета Ми-26, принадлежащего «ЮТэйр». По контракту с МООНЮС он развозил продовольствие в рамках программы гуманитарной помощи. К счастью, никто из экипажа в тот раз серьезно не пострадал. В 2011 году в Южном Судане был обстрелян вертолет Российской авиационной группы, работавшей в составе миротворческих сил ООН. Весной этого года группа вернулась на родину.

 

— В Южном Судане идет, по сути, гражданская война и борьба за власть, — пояснил эксперт Института Ближнего Востока, старший преподаватель кафедры всеобщей истории РГГУ Сергей Серегичев. — Правительство, находящееся в столице, Джубе, мало что контролирует. У руководства SPLA свои амбиции, у многочисленных полевых командиров — свои. Поэтому добиться там какого-то порядка практически невозможно. Уведомление партизанских групп о пролете ооновской машины также не дает достаточной гарантии безопасности, поскольку никто не сможет поручиться, что какому-нибудь повстанцу не придет в голову пальнуть по вертолету.

 

При этом сами вертолетчики, по словам представителей авиаперевозчиков, несут ответственность лишь за техническую исправность машины и готовность экипажа, но не за маршрут и не за информирование военных. Обеспечить безопасность вдоль маршрута — дело структур ООН и правительства Южного Судана.