Только-только отгремели залпы Второй мировой, а в кабинетах Пентагона разрабатываются планы ядерных ударов по советским городам и военно-промышленным объектам в соответствии с доктриной итальянского генерала Дж. Дуэ, предложенной еще в 1921 году, согласно которой решающая роль в войнах будущего отводилась воздушным бомбардировкам.

 

На первых порах противопоставить этим планам военно-политическое руководство Советского Союза могло немногое. Даже с учетом того, что в 1949-м под Семипалатинском уже испытана первая советская атомная бомба. У СССР отсутствовали носители, способные доставить ее на территорию США. Единственный дальний бомбардировщик советских ВВС – Ту-4 обладал дальностью полета 5000 километров. Минимальное расстояние между ближайшими точками на территории СССР и США, исключая Аляску и Чукотку, составляет 5500 километров.

 

Новейшие в то время американские бомбардировщики Б-36 и Б-47 были способны достигнуть воздушного пространства СССР даже с отечественных авиабаз. Кроме того, США имели в своем распоряжении военные аэродромы в Англии.

 

Воздушно-морские гибриды

 

Столь негативное для Кремля стратегическое положение существенным образом изменилось в 1957-м, когда разработанный ОКБ Мясищева межконтинентальный бомбардировщик М-4 смог преодолеть с помощью дозаправщика расстояние 14 500 километров. Это позволяло самолету долететь до США и вернуться обратно. Вскоре в распоряжении советских ВВС появилась машина такого же класса – Ту-95. Чуть позже на боевое дежурство встали баллистические межконтинентальные ракеты Р-7.

 

В Вашингтоне поняли: необходимо менять тональность диалога с Кремлем. Тем не менее в середине 50-х сохранялось колоссальное численное превосходство американского парка межконтинентальных бомбардировщиков над советским – полторы тысячи против двадцати двух.

 

На этом превосходство не заканчивалось. В книге «Супердержавы XX века. Стратегическое противоборство» генерал-лейтенант В. П. Стародубов пишет: «По данным Международного института по исследованию проблем мира в Стокгольме (Stokcholm International Peace Research Institute – SIPRI), в 1959 году стратегические вооружения США и СССР соотносились: по носителям ядерного оружия как 1551 к 108, по количеству ядерных зарядов на них как 2496 к 283 соответственно».

 

Командование американских ВВС сумело убедить руководство страны сделать акцент на стратегической авиации, способной нести ядерное оружие. Это вызвало недовольство адмиралов, спустя некоторое время доказавших обратное: авианосцы с размещенными на них самолетами – лучшее средство доставки атомной бомбы. В 1950 году с этим смертоносным грузом на борту поднялся бомбардировщик с палубы тяжелого авианосца «Корал Си» – впервые в истории флота.

 

В результате руководство США согласилось на создание воздушно-морских гибридов – сверхмощных ударных авианосцев с самолетами – носителями ядерного оружия.

 

Уже в начале 60-х военно-морской флот США получил атомные авианосцы, среди которых был первый в мире и самый большой в истории авианосного флота корабль «Энтерпрайз». Эти корабли вскоре вышли на боевое дежурство в Индийский океан, Средиземное море – именно там курсировал после Карибского кризиса «Энтерпрайз».

 

Задача поставлена

 

Неблагоприятная для Москвы стратегическая ситуация усугублялась размещением американских ракет средней дальности «Юпитер» на территории Турции, то есть в непосредственной близости от границ СССР. Последнее обстоятельство спровоцировало Карибский кризис, поставив мир на грань ядерного самоуничтожения.

 

В 1960-м, то есть перед Карибским кризисом, в недрах Пентагона был разработан так называемый Единый объединенный оперативный план, согласно которому комбинированным ударом всех стратегических сил США против Советского Союза должно быть применено более 3400 ядерных боезарядов. Это привело бы, по скрупулезным подсчетам американских военных, к гибели 285 миллионов человек. В тот период население СССР составляло чуть более 200 миллионов…

 

В такой крайне непростой для Советского Союза обстановке руководство страны поставило перед ведущими конструкторскими бюро задачу по созданию ракетоносца, способного поражать авианосные группировки противника, не входя в зону действий ПВО США.

 

Американцы называют авианосцы становым хребтом своего флота. Дорогостоящие корабли, в начале 60-х они считались неуязвимыми и очень опасными для СССР носителями ядерного оружия. Очевидно, что реальная перспектива потерь авианосцев не только была важным шагом к паритету в военной области между Советским Союзом и США, но и существенным образом снижала агрессивные настроения Вашингтона по отношению к Кремлю.

 

Первоначально казалось, что конкурс выиграет ОКБ Туполева. В те годы бытовало мнение, что только здесь способны проектировать и строить лучшие бомбардировщики. В распоряжении А. Н. Туполева находился Казанский завод № 22.

 

Однако представленный на заседании НТС проект самолета Ту-135 не соответствовал заданным ВВС параметрам: его взлетная масса составила 160–200 тонн вместо необходимых 100 тонн при скорости 2650 километров в час вместо требуемых 3000.

 

Проект отклонили, возможно, не в последнюю очередь из-за того, что основным конструкционным материалом для самолета предполагалась жаропрочная сталь, что было экономически невыгодно.

 

Конкурс выиграло ОКБ Сухого с проектом ракетоносца Т-4 (или «сотки» – так его называли из-за заданной массы).

 

Главным конструктором «сотки» назначен разработчик первой в мире сверхзвуковой двухступенчатой межконтинентальной ракеты «Буря» Наум Семенович Черняков. В процессе создания самолета было зафиксировано и запатентовано 600 изобретений, применялись сверхновые технологии, в частности непосредственно для Т-4 созданы специальные жаропрочные сплавы, неметаллические материалы, особая резина, пластики.

 

Среди предлагаемых идей были и весьма оригинальные: конструктора предлагали полностью закрыть лобовое стекло во время крейсерского полета при сверхзвуковых скоростях. Для обеспечения обзора на взлете и посадке носовая часть фюзеляжа отклонялась вниз. По-своему это было оправданным решением, тем более что на высоте 20–24 тысячи метров полная темнота. Однако данный вариант совершенно не устраивал летчиков.

 

Настоящий интерес

 

В декабре 1965 года был утвержден окончательный – 33-й по счету вариант самолета. Тогда же появилось постановление правительства о постройке машины. Для этого отводился пятилетний срок. Однако настоящий интерес к Т-4 командование ВВС проявило только после убедительной победы израильских военно-воздушных сил во время шестидневной войны 1967 года.

 

Противостоявшие Израилю ВВС арабских стран располагали современными самолетами, произведенными в СССР, включая многоцелевой Ту-16 и первый советский реактивный бомбардировщик Ил-28. Однако боевая авиация арабов была фактически уничтожена уже в первый день войны.

 

Израильтяне атаковали египетские аэродромы со стороны Средиземного моря, чего не ожидали арабы. Позже А. Насер обвинил в этом сокрушительном для египтян авиаударе самолеты шестого флота США. Данный факт заставил командование советских ВВС с большим вниманием отнестись к созданию ракетоносца, способного уничтожать авианосцы противника.

 

Министр обороны маршал А. А. Гречко поставил перед ОКБ Сухого задачу ускорить работу над Т-4, первый полет которого планировался на начало лета 1972 года, чему, увы, помешали лесные пожары, вызванные крайне жарким летом: дым окутал половину Московской области. Первый полет «сотки» состоялся только 22 августа 1972-го. По словам О. С. Самойловича, выдающегося авиаконструктора, создателя знаменитого штурмовика Су-25 и одного из ближайших соратников Павла Осиповича Сухого, в тот день «в воздух поднялась новая эпоха в авиации».

 

Готовый самолет имел следующие габариты: длина – 44,5 метра, высота – 11,2 метра, размах крыла – 22,7 метра, площадь крыла – 295,7 квадратного метра, взлетная масса – 135 тонн, масса пустого самолета – 55,6 тонны. Вооружение Т-4 должно было состоять из двух гиперзвуковых противокорабельных крылатых ракет Х-45 с дальностью пуска 1500 километров, разработанных в КБ Александра Яковлевича Березняка. Однако эта ракета в том виде, в каком ее хотели видеть военные, к сожалению, так и осталась проектом на листе бумаги.

 

После нескольких полетов испытания прекратились. Одна из причин – производственные мощности находившегося в распоряжении ОКБ Сухого Тушинского завода не позволяли построить требуемые 10–12 машин. Постановлением партии и правительства П. О. Сухому был передан Казанский авиационный завод № 22.

 

Это не соответствовало интересам А. Н. Туполева. Он вышел с проектом создания на базе Ту-22 – именно эти машины в тот период делали в Казани – самолета Ту-22М. И спустя некоторое время решение было принято в пользу ОКБ Туполева. Примечательно, что Ту-22М, равно как Ту-22М2 и Ту-22МЗ, оказались не модификацией их предшественника, а совершенно новыми машинами.

 

Музейные ценности

 

Нам бы не хотелось тиражировать представления о том, что отказ от серийного выпуска Т-4 стал следствием интриг Туполева. Он, как и его коллега-конкурент и ученик П. О. Сухой, был подлинным патриотом страны, делавшим для укрепления ее обороноспособности все от него зависящее в условиях не прекращавшейся угрозы ядерного удара со стороны США.

 

Нужно также принимать во внимание, что к 1975 году радиус действий перехватчиков уже не позволял «сотке» приблизиться к американским авианосцам. Кроме того, на исходе 60-х Советский Союз добился паритета в вооружении с США, о чем прямо сказал президент Р. Никсон.

 

В чем выражался паритет? В 1967 году в СССР поступил на вооружение ракетный комплекс Р-36 с дальностью стрельбы до 12 тысяч километров. В следующем году на вооружение был принят ракетный комплекс с ракетой Р-36 орб. Он не имел ограничений на дальность полета, что позволяло поражать заданную цель в любой точке земного шара. Производство же ракет обходилось стране дешевле, нежели стратегических ракетоносцев.

 

Кроме того, уже в начале 60-х годов авианосцы перестали быть одним из решающих факторов силового воздействия на СССР. Так, министр обороны США Р. Макнамара в 1962 году заявил: «Учитывая изменения нашего стратегического флота в связи с появлением подводных лодок, вооруженных ракетами «Поларис», значение авианосцев в глобальной войне уменьшается, главная роль ударных авианосцев в течение ближайших нескольких лет будет определяться участием их в ограниченных войнах».

 

Поводом для этого высказывания стало заступление в ноябре 1960 года на боевое дежурство американской подводной лодки «Джордж Вашингтон», вооруженной баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. И с этого момента в роли главной ударной силы американского флота стали выступать подводные ракетоносцы.

 

В этих условиях огромные финансовые затраты на самолет, уже неспособный выполнить изначально поставленные перед ним задачи, не казались оправданными. Разработка «сотки» и так обошлась стране в 1 миллиард 300 миллионов рублей.

 

Единственный экземпляр Т-4 – самолет «101» в 1975 году был отправлен на стоянку в музей ВВС в Монине, где и пребывает доныне.

 

На исходе 70-х проект с самолетом Т-4 пытались реанимировать. Американцы создали крылатые стратегические ракеты ALKM воздушного базирования с размещением их на стратегических бомбардировщиках Б-52 и Б-1. «Сотку» решили использовать в качестве дальнего перехватчика. Возможности самолета в принципе позволяли решить эту задачу: боевой радиус Т-4 составлял 3000 километров, он нес на борту ракеты «воздух-воздух». Проект не реализован вследствие большой загруженности ОКБ Сухого работой над Су-24М, Су24МР, Су-24МП, Су-25 и Су-27.

 

Пришедший на смену «сотке» Ту-160 был другой машиной, с иными задачами и назначением.