Советский флот довел свои противоавианосные возможности до определенной степени совершенства и вполне реально мог рассчитывать на уничтожение, по крайней мере, нескольких американских авианосных ударных групп. Ключевым компонентом советских противоавианосных сил были дивизии бомбардировщиков Ту-22М2 и Ту-22М3 с крылатыми ракетами X-22.

Эти самолеты представляли собой вершину развития советской морской ракетоносной авиации. Тем не менее, с точки зрения советского планирования, операция по уничтожению одной авианосной ударной группы требовала одновременного применения как минимум одной дивизии морской ракетоносной авиации. Она насчитывала в своем составе около 90 самолетов. Это намного больше, чем общее количество бомбардировщиков H-6 во всей авиации ВМС НОАК и сравнимо с их общим количеством в китайских вооруженных силах.

СССР учитывал необходимость ведения борьбы одновременно с шестью американскими авианосными ударными группами. Однако удалось сформировать лишь четыре дивизии морских бомбардировщиков-ракетоносцев, укомплектованные самолетами Ту—22 и Ту-16. Недостающие силы должна была предоставить Дальняя авиация ВВС СССР.

Потери ожидались очень высокие, даже в случае успешного применения дивизии. Предполагалось, что будет потеряно около половины ее состава; некоторые самолеты, например, осуществлявшие окончательную разведку цели и обеспечивавшие точное целеуказание ракетам, были обречены на гибель вместе со своими экипажами еще на этапе планирования удара.

Успех удара зависел от ряда факторов, прежде всего от получения надежных данных о местонахождении цели. Эти задачи решались при помощи самолетов-разведчиков Ту-95РЦ и спутниковой системы целеуказания "Легенда". Однако самолеты-разведчики были уязвимы, а спутниковая система работала недостаточно надежно. Поэтому в мирное время за каждой американской авианосной ударной группой следовал советский надводный боевой корабль (например, эскадренный миноносец), который вел за ним визуальное наблюдение и непрерывно передавал координаты противника. В случае начала боевых действий этот корабль до своего неминуемого уничтожения должен был успеть нанести авианосцу максимальный ущерб. Впрочем, на успех никто всерьез не рассчитывал. Главная функция такого корабля после передачи точных координат авианосца считалась исполненной.

Действия морской авианосной авиации предполагалось координировать с атаками авианосца ракетными крейсерами и атомными подводными лодками с тяжелыми крылатыми ракетами. В сумме это давало довольно высокую степень уверенности в преодолении системы обороны авианосца и его уничтожении. В то же время, и ракетные крейсера, и, особенно, атомные подводные лодки, также относились к крайне дорогостоящим типам вооружения. В целом, советские ассиметричные меры по борьбе с авианосцами суммарно едва ли были существенно дешевле самих авианосцев.

В то же время, важно понимать, что создание советских авианосцев и их доведение до американского уровня боеспособности потребовало бы десятилетий накопления опыта. Советская стратегия позволяла максимально опираться на технологии и кадры, уже имевшиеся в советском флоте и ВВС.

Китайские силы, предназначенные сдерживать потенциальное американское вмешательство в возможные конфликты в Азии, несмотря на некоторое сходство стратегий, мало похожи на советские. Китай не имеет ни ракетных крейсеров, ни атомных подводных лодок - носителей тяжелых сверхзвуковых крылатых ракет. Количество дальних бомбардировщиков-ракетоносцев, имеющихся в распоряжении китайского флота, незначительно.

Ударная сила китайской морской авиации во многом состоит из тактических истребителей и бомбардировщиков, оснащенных относительно легкими противокорабельными ракетами. Задачи этих сил, вероятно, ограничиваются первой цепью островов и водами вокруг Тайваня, что позволяет не строить огромный флот тяжелых бомбардировщиков. У Китая появился новый тип оружия — противокорабельные баллистические ракеты, но их реальные возможности пока остаются загадкой. Китайский флот также активно пополняется дизель-электрическими подводными лодками.

США направляют на противодействие китайской стратегии значительные ресурсы. Одним из результатов будет рост возможностей систем ПВО американских корабельных соединений. В качестве эффективной стратегии противодействия КНР также рассматривается блокада стратегических морских коммуникаций. Доведение противоавианосных сил КНР до советских масштабов будет крайне затратно и, вероятно, не позволит развивать собственный авианосный флот. Ставка на единственную систему — противокорабельные баллистические ракеты, как на решение всех проблем, слишком опасна. Вероятно, на определенном этапе китайскому флоту придется делать стратегический выбор пути развития, чтобы не попасть в ловушку, в которую попал советский флот.