Важнейшей особенностью предполагаемой сделки станет не просто поставка зенитных систем, но и строительство на территории Бразилии завода по их производству с неизбежной передачей технологии.

В настоящее время страны находятся в самом начале реализации этого сложного проекта. Помимо военных и промышленников его должны поддержать и политики. Но уже очевидно: сотрудники Рособоронэкспорта добились выдающегося успеха. До настоящего времени Россия оставалась аутсайдером на этом рынке, где, как считается, доминируют французы. Русские имели здесь лишь эпизодические и не слишком крупные продажи. Небольшая партия ПЗРК «Игла» была поставлена в 1994 году. До сих пор этот контракт остается непревзойденным по скорости ведения и реализации переговорного процесса. Кроме того, в 2008 году Бразилия закупила предположительно 250 зенитных ракет для ПЗРК «Игла-С» и 12 боевых вертолетов Ми-35М.

Принимала РФ участие и в эпическом сериале по выбору бразильскими ВВС перспективного истребителя. Латиноамериканцам удалось превзойти даже индийцев – признанных рекордсменов по длительности тендеров. Всего на начальном этапе планируется закупить 36 истребителей, в дальнейшем заказ может быть увеличен до 120 машин. Первый этап мелодрамы под названием F-X продолжался пять сезонов – с 2001 по 2005 год и закончился технической победой российского истребителя Су-35УБ. Большой запас топлива и радиус действия делают эту машину самой подходящей для страны с такой огромной площадью и территориальными водами.

Однако помимо соображений военных в Бразилии на процесс принятия решений влияет мощное промышленное лобби. Сильнейший индустриальный игрок Embraer явно выступал тогда против «Сухого», запустившего конкурирующий с бразильцами проект регионального самолета. Кроме того, в капитале Embraer присутствовали в то время ведущие французские авиастроительные компании – Dassault, Thales и SNECMA, естественно, также игравшие против русских. Российский индустриальный партнер Avibras явно уступал по своим лоббистским возможностям гранду бразильской национальной авиапромышленности – Embraer. В конечном счете конкурс был просто прекращен без формального объявления победителя. В качестве промежуточного решения ВВС Бразилии закупили 12 бывших в эксплуатации истребителей Mirage 2000 из наличного состава военно-воздушных сил Франции.

В 2007 году начата процедура нового тендера FX-2. Очевидным фаворитом считался французский истребитель Rafale. Сильные позиции Rafale выглядели тем более естественно, что в 2008–2009 годах произошел резкий всплеск французских продаж в Бразилию в сегменте военно-морских вооружений. Стоимость заключенных контрактов на поставку четырех подводных лодок Scorpene и надводных кораблей составила 1,4 миллиарда евро в 2008-м и 3,9 миллиарда евро в 2009-м, причем оба раза Бразилия стала крупнейшим клиентом Франции. Сделки 2008–2009 годов дополнили более раннюю закупку списанного французского авианосца Fosh, который был получен ВМС Бразилии еще в 2000-м. Это бесценное приобретение потянуло за собой контракты и на другие ультрасовременные системы, такие, например, как 23 кувейтских палубных штурмовика A-4KU или анекдотичная закупка восьми реликтовых американских поршневых палубных самолетов C-1A Trader.

Похоже, основным сторонником покупки Rafale выступал тогдашний президент Бразилии Луис Инасиу Лула де Сильва. ВВС страны отдавали, как считается, предпочтение шведскому Gripen. В результате в период президентства Лулы решение не было принято. Новый глава государства Дилма Руссеф уже не является столь горячим сторонником Rafale. Есть основания полагать, что и военно-воздушные силы осознали бессмысленность закупки в качестве перспективного истребителя комплекса на базе платформы четвертого поколения и склоняются в пользу выбора машины пятого поколения. Такой выбор отвечал бы интересам и бразильской авиационной промышленности, которая в результате получит доступ к самым современным технологиям.

Эволюция настроений бразильской военной и политической элиты в отношении закупок истребителей в совокупности с успехом в сегменте средств ПВО открывает для России уникальный шанс на победу в истребительном тендере. История этого конкурса показывает, что для бразильцев приоритетом являются отнюдь не военные соображения, а технологическая мотивация. В стране, которая фактически не сталкивается с угрозами своей безопасности, закупка перспективных истребителей – прежде всего инструмент развития национальной авиационной промышленности. И лишь во вторую очередь – наращивание воздушной мощи страны. При таком подходе Россия – безальтернативный претендент на победу. Единственная в мире страна, обладающая и наличием технологий авиационных платформ пятого поколения, и готовностью передавать эти технологии.

Идеальным промежуточным решением до готовности истребителя пятого поколения представляется Як-130, документация на который также может быть передана бразильцам в качестве офсета. Освоение производства этой машины не должно вызывать ни малейших проблем у бразильских промышленников.

Развитие сотрудничества в области средств ПВО можно рассматривать как механизм создания традиции российско-бразильского партнерства и просто наращивания человеческих связей. В военно-техническом сотрудничестве последние играют далеко не малую, если не основную роль. В этом смысле бразильский триумф российских производителей зенитных средств открывает поле деятельности и для отечественных авиаторов.

История с продвижением в Бразилию «Панцирей» и «Игл» показывает: бесперспективных рынков не бывает. Упорная, последовательная работа и гибкий подход рано или поздно принесут результат. Так было в Венесуэле, где когда-то не имели понятия о русском оружии, а сегодня закупили его на 11 миллиардов долларов. Так, хочется надеяться, будет и в Бразилии.