— Думаю, что то количество пусков, которое необходимо нам в этом году, будет исполнено, — пояснил «Известиям» генеральный директор Центра Хруничева Александр Селиверстов. — Мы строили планы, исходя из количества заключенных контрактов, и, полагаю, все эти контракты будут выполнены. Есть определенные официальные документы, согласованные с казахстанской стороной, и в принципе ничто не противоречит тому, чтобы мы запускали то количество «Протонов», которое на сегодняшний день необходимо.

По словам Селиверстова, в ближайшее время «Хруничев» рассчитывает в плотном графике осуществить семь коммерческих запусков «Протонами».

— 15 марта мы предполагаем осуществить первый коммерческий запуск. Дальнейшая насыщенность такова, что нам придется проводить до трех запусков в два месяца, — рассказал генеральный директор «Хруничева». — Наша задача — осуществить в этом режиме семь коммерческих запусков. График запусков на этот год расписан так, что старты по федеральным программам запланированы в основном на вторую половину года.

28 декабря прошлого года правительством Казахстана был утвержден план запусков с Байконура на 2013 год, возмутивший российскую сторону. Количество согласованных Казахстаном стартов ракеты-носителя «Протон» было снижено до 12, в то время как на 2012 год было согласовано 14 запусков. В качестве ответных мер Россия пригрозила Казахстану прекращением сотрудничества по всем совместным проектам в области космоса.

«В сложившейся ситуации Россия будет вынуждена пересмотреть свою позицию о целесообразности продолжения двустороннего сотрудничества по совместным проектам, в том числе по программе «Днепр», совместному проекту «Байтерек» с учетом планов по его переводу на ракету-носитель «Зенит» и ряду других», — говорилось в тексте ноты, направленной российским МИДом коллегам из Казахстана в январе этого года. Впрочем, спустя несколько дней после отправки ноты, заявления дискутирующих сторон заметно смягчились, прозвучали заявления о том, что разногласия по Байконуру носят рабочий характер и компромисс найти удастся.

— Уверен, что вопросы с запусками «Протонов» будут урегулированы, — говорит Селиверстов. — Мы, конечно, имеем в виду, что плавное сокращение производства ракет-носителей «Протон-М» планируется до 2020 года. Но с учетом стабильного производства, которое есть, и с учетом заказов, которые будут, возможно использование «Протонов» до 2025 года.

По словам главы Центра Хруничева, сейчас с потенциальными заказчиками запусков «Протонами» обсуждаются контракты на 2015 и 2016 годы.

— Мы обсуждали эти планы с новой командой ILS (американская компания, осуществляющая маркетинг пусковых услуг носителями «Хруничева» за границей), портфель заказов на 2013 и 2014 годы сформирован.

Научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев считает, что «Протон» еще долго будет оставаться основным российским носителем тяжелого класса и его использование вплоть до 2025 года — реальная перспектива.

— Договор по аренде Байконура рассчитан до 2050 года, и, строго говоря, «Протоны» можно запускать все это время. Или до тех пор, пока на смену им не придет «Ангара». Но прежде чем эта замена случится, пройдет много времени — для начала коммерческого использования тяжелой «Ангары» нужно осуществить 3–4 запуска. А до тех пор «Протон» останется гарантом российских позиций на глобальном рынке пусковых услуг.