Сделал он это 23 апреля, будучи в Минске. Но стоило ему покинуть столицу, как Лукашенко попытался дезавуировать перспективу российского авиаприсутствия. Уточнил, что речь идет не о военной базе, а всего лишь о передаче его стране новых истребителей. Показалось, что на МиГ задумался. Так и сказал: "Может быть, это прозвучало как база. Но это не так. Мне как главнокомандующему не хватает двух десятков боевых самолетов, МиГов и Су".

Многие тогда предположили, что он в своем репертуаре и по традиции просто набивает цену, когда уже все определено и обратного пути нет. Некоторые решили, что таким образом президент Белоруссии стремится несколько успокоить Запад, с которым у него вроде бы как что-то начало намечаться, и раздражитель в виде усиления России в этом регионе совсем не вписывался в политику относительного примирения.

Но накануне в Минске, обращаясь к саммиту министров обороны СНГ, Александр Лукашенко продемонстрировал совсем иной, боевой настрой. Мало того, что назвал военную интеграцию образцово-показательной, так еще и предложил поднять ее на новый уровень взаимодействия. А куда уж выше крыльев.

Есть, конечно, еще и ракетные комплексы С-300. Их Белоруссия тоже ждет из России. Но они скорее для того, чтобы были. А самолетам нужно небо. И земля для авиабазы. И Минск, судя по всему, готов предоставить и первое, и второе.

Сергей Шойгу особо подчеркнул, что разногласий нет. "Как и договаривались, уже в этом году появится авиационная комендатура, а в ближайшее время приземлятся и первые самолеты", - отметил российский министр. По его словам, этот план сотрудничества если и может претерпеть какие-либо изменения, то только в сторону расширения.

Александр Лукашенко на этот раз вдогонку ему ничего не сказал. Поэтому российские военные уже начали проводить в Белоруссии рекогносцировку.

Добавим, что Лукашенко назвал армии двух стран единым целым. Той же стилистике следовал и Сергей Шойгу. Заявил, что авиабаза скорее российско-белорусская, нежели российская.

В таких определениях, ко всему прочему, есть еще и юридическая мотивация. Это специально для местной Конституции, которая запрещает размещение иностранного контингента. Впрочем, в Белоруссии важнее всего погода в главном доме. А она, похоже, в этом вопросе летная.

Тему продолжит ответственный редактор "Независимого военного обозрения" Виктор Литовкин.

Шейнкман: Можно ли считать вопрос с размещением российской авиабазы в Белоруссии решенным, или могут появиться какие-то проблемы?

Литовкин: Я думаю, что этот вопрос решен, но в процессе его выполнения будут возникать различные проблемы. Руководство Белоруссии захочет получить дивиденды за присутствие российской военной базы.

Например, получить какое-то количество боевых самолетов для самой республики. Может быть, разделить с Россией руководство этой базой под лозунгом, что мы единое государство, обе страны находятся в ОДКБ. Так что какие-то тонкости в выполнении этой задачи будут.

Шейнкман: Пока Минск демонстрирует желание, как вы считаете, зачем необходима эта авиабаза? Ведь как-то же обходились без нее раньше.

Литовкин: Обходились, конечно. У нас были когда-то розовые мечты, что НАТО и США будут если не союзниками, то хотя бы друзьями, партнерами.

Но надо учитывать, что на территории Литвы, по соседству с Белоруссией, находится база НАТО, которая на постоянном дежурстве располагает 4 самолетами F-16, способными нести атомные бомбы.

На территории Европы и стран НАТО (в пяти государствах) находятся около 200 американских атомных бомб свободного падения B61. Они представляют для нас стратегическую угрозу - подвешенные к самолету F-16, они могут из литовского Шауляя достичь Смоленска, Минска или Москвы за считанные минуты.

Поэтому мы должны предпринять какие-то меры. Размещение на территории Белоруссии своей авиационной базы с истребителями-перехватчиками - один из способов обезопасить себя от таких "сюрпризов".