Ганцев заявил, что ко всему персоналу, имеющему доступ к взлетной полосе, должны быть «жесткие требования».

 

— Все должны проверяться и не допускаться к работе, если человек пьян или с бодуна. А что могло бы случиться, если бы пьяным был заправщик? — возмущается Ганцев.

 

Кроме того, по его мнению, необходимо проверять и общее состояние здоровья сотрудников.

 

— Человеку элементарно может стать плохо, и он может потерять сознание, — замечает Ганцев.

 

Согласно федеральным авиационным правилам «Медицинское обеспечение полетов в гражданской авиации», предполетный медицинский осмотр включает опрос пилота, оценку его внешнего вида и поведения, исследование частоты пульса и его ритмичности, а также измерение артериального давления. По правилам к полету допускаются пилоты «при частоте пульса не более 90 ударов в 1 минуту и не менее 60 ударов в 1 минуту» и «артериальном давлении не более 140/90 мм рт. ст. и не менее 100/60 мм рт. ст.». Кроме того, пилот не должен быть болен (при признаках даже простуды он уже не допускается к полету), а в его крови не должно быть алкоголя.

 

В аэропорту Внуково сообщили, что сотрудники проходят медосмотр, но не уточнили, по каким стандартам.

 

Пресс-секретарь Росавиации Сергей Извольский заявил «Известиям», что ведомство не планирует комментировать ни ситуацию в аэропорту Внуково, ни инициативу Общественной палаты. Тем не менее Извольский заметил, что водитель снегоуборочной техники должен был пройти медосмотр перед выходом на рейс в соответствии федеральным законом «О безопасности дорожного движения» и письмом Минздрава от 21 августа 2003 года «О предрейсовых медицинских осмотрах водителей транспортных средств». 

 

Председатель общественного совета при Ространснадзоре Владимир Белозеров заметил, что никто не может находиться на работе в состоянии опьянения согласно Трудовому кодексу, это распространяется и на сотрудников аэропорта.

 

— Другое дело, что контроль за этим возлагается на работодателя, в данном случае — на администрацию аэропорта. И каким образом будет осуществляться этот контроль, они определяют сами, — сообщил Белозеров.

 

По его мнению, производить медосмотр для всех сотрудников, имеющих доступ к взлетно-посадочной полосе, аналогичный осмотру пилотов, — мера излишняя.

 

— Водители тех же снегоуборочных машин должны проверяться на алкотестере перед началом смены. И этого вполне достаточно. Понятно, что никакого осмотра не должны проходить, например, носильщики или грузчики, — говорит Белозеров. — Тестировать их так же, как пилотов, слишком дорогое удовольствие, которое в итоге скажется на повышении стоимости билетов для авиапассажиров.

 

Председатель общественной организации «Гражданская безопасность» Сергей Гринин считает, что утверждение единой процедуры осмотра необходимо, но требования к «наземным» работникам должны быть существенно ниже, чем к пилотам.

 

— Если у снегоуборщика повышенное давление, он вполне сможет водить машину, а вот для пилота это причина для снятия с рейса, — пояснил Гринин. — Предрейсовый контроль за водителями техники должен быть и сейчас, но он ослаблен до безобразия — в документах иногда ставят галочки без освидетельствования.

 

Гринин подытожил, что предложение «полезное, если не доводить до абсурда».

 

Напомним, в ночь на вторник в аэропорту Внуково-3 при взлете четырехместный самолет Falcon, следовавший рейсом Москва–Париж, задел автомобиль спецтехники, загорелся и рухнул на взлетно-посадочную полосу. В результате крушения три члена экипажа и пассажир — президент французской компании Total Кристоф де Маржери — погибли. Водитель снегоуборочной машины Владимир Мартыненко уже задержан на 48 часов, и в ближайшее время следствие намерено ходатайствовать перед судом о его аресте. Также отрабатываются и иные версии, в том числе и ошибка авиадиспетчеров.