Изначально предполагалось, что следователи главного следственного управления СКР обратятся в Басманный суд с ходатайством об аресте 60-летнего водителя снегоуборочной машины Владимира Мартыненко уже в среду, но этого не произошло. Весь день во Внуково с ним проводились следственные действия, а обращение в суд было отложено до утра четверга.

 

Двое за одного

 

Total определилась с преемником своего трагически погибшего в авиакатастрофе во Внуково руководителя Кристофа де Маржери: главным исполнительным директором компании вчера был назначен глава перерабатывающего блока Патрик Пуйянне. При этом новому руководителю подобрали временного "наставника": главой совета директоров стал Тьерри Демаре, который возглавлял Total до 2007 года. Новое руководство Total пока не замечено в антироссийских настроениях, но источники "Ъ" в отрасли с осторожностью смотрят на будущую политику компании в стране.

 

Господин Мартыненко обвиняется в тяжком преступлении (вменяемая ему ч. 3 ст. 263 УК предусматривает до семи лет лишения свободы), а учитывая огромный резонанс, который вызвала катастрофа в аэропорту, сомнений в том, что подозреваемого отправят в СИЗО, практически нет.

 

"Мы обязательно будем говорить о том, что у следствия вообще не было оснований для задержания Мартыненко, о наличии у него хронического заболевания сердца и т. д. Но боюсь, что Басманный суд предсказуем",— заявил "Ъ" его адвокат Александр Карабанов.

По его словам, подзащитный находится в шоковом состоянии и пока содержится в изоляторе временного содержания. Он не признает свою вину, настаивая, что действовал исключительно по указаниям своих руководителей. В злополучный вечер перед катастрофой он прошел медосмотр и был допущен к работе на взлетном поле. По утверждению защитника, Владимир Мартыненко ехал на своей снегоуборочной машине в составе колонны, убиравшей взлетные полосы и прилегающую территорию. Впереди же вереницы машин ехала легковая спецмашина, также оснащенная спецсигналами, как и снегоуборщики. Все корректировки маршрута происходили по рации — водители всех уборочных машин находились на связи с главным инженером аэродромной службы и диспетчером.

 

"Где находился инженер — в колонне или где-то еще, неизвестно. Об этом упоминалось на допросе, но следователь не позволял нам задавать какие-то уточняющие вопросы",— пояснил господин Карабанов.

 

В какой-то момент машина Мартыненко якобы задела днищем о некое препятствие — водитель остановился, чтобы посмотреть, нет ли поломки. В этот момент он потерял другие машины из виду. Как считает адвокат, необходимо установить, какие команды после этого Владимир Мартыненко получил от главного инженера, контролировавшего ход работ, а также от диспетчера, несущего полную ответственность за все происходящее на взлетно-посадочных полосах (ВПП).

 

"Я могу лишь предполагать, что диспетчер увидел прохождение колонны через ВПП, но не заметил отставшую машину, дав экипажу Falcon разрешение на вылет",— пояснил господин Карабанов. Вместе с тем он отметил, что следствие не торопится знакомить его с материалами. На руках у защитника лишь протокол задержания Владимира Мартыненко и протокол его первого допроса в качестве подозреваемого. Никаких других документов, в том числе акта медосвидетельствования, якобы зафиксировавшего состояние алкогольного опьянения (по некоторым данным, речь шла о 0,6 промилле), юрист не видел.

 

Между тем, как стало известно "Ъ", вслед за допросами диспетчеров и изъятия всей документации из аэропорта в первые часы после трагедии в среду следователи и оперативники занялись проверкой аэродромной службы ОАО "Аэропорт Внуково" и службы авиационной безопасности. Первая из них отвечает за поддержание перрона, рулежных дорожек и ВПП в состоянии, соответствующем требованиям нормативных документов. При этом работает служба без привлечения каких-либо подрядных организаций. Возможно, именно запись переговоров по рации главного инженера аэродромной службы, диспетчеров и водителей даст ответ о том, почему снегоуборочная машина оказалась на пути идущего на взлет Falcon. Отдельный вопрос: как, помимо радиопереговоров, осуществлялся контроль за передвижением спецтехники по взлетному полю.

 

Источник "Ъ", близкий к ситуации, пояснил, что единственным "средством объективного контроля" является локатор обзора летного поля. Кроме того, как сообщал "Ъ", в прошлом году во Внуково была внедрена интегрированная система мониторинга и управления транспортными средствами. В соответствии с ней вся техника, работающая в аэропорту, должна быть оборудована датчиками GPS, а диспетчеры получать информацию о местоположении, скорости и направлении движения транспорта по территории Внуково.

 

Однако собеседник "Ъ", знакомый с ситуацией, подчеркнул, что наличие или отсутствие датчиков, показывающих местонахождение спецмашин и даже их работоспособность, не может повлиять на окончательные выводы расследования. Хотя бы потому, что установка систем позиционирования на различных средствах техники, эксплуатируемых во Внуково,— это собственное решение аэропорта, никак не регламентированное Федеральными авиационными правилами. Кстати, господин Карабанов вчера также затруднился ответить на вопрос: имелись ли какие-то датчики на машине его подзащитного.