Международные следователи не спешат опубликовать данные, полученные в результате расшифровки самописцев с малазийского Boeing. Эксперты из Нидерландов сегодня в очередной раз не смогли попасть на место катастрофы. Киев утверждает, что специалистов не пускают ополченцы, в самопровозглашенной Донецкой народной республике заявляют, что работе комиссий мешает Киев.

 

Что касается работы с «черными ящиками», то самописцы, «могут быть использованы для проведения расследования», — заявили в Совете по безопасности Нидерландов. Однако «данные, полученные в результате расшифровки, будут публиковаться в увязке с другой информацией, касающейся изучения причин трагедии», — подчеркнули в организации.

 

Главный редактор портала Avia.ru Роман Гусаров не видит в заявлении серьезных противоречий.

 

Роман Гусаров: Не всегда по одной информации и по результатам расшифровки «черных ящиков» можно точно и достоверно определить причину катастрофы самолета. Для этого надо изучать и другие данные, в первую очередь изучать обломки самолета на месте его падения; дальше попытаться реконструировать этот самолет, то есть собрать, проанализировать каждый элемент; изучить, в том числе и переговоры пилотов с диспетчерами. Пока мы не знаем, где эта запись. Была последняя информация, что она находится в СБУ Украины, и, к сожалению, что до сих пор экспертам она не доступна. И только сложив все эти факторы вместе, можно будет выдать какое-то более-менее взвешенное заключение.

 

Учитывая, что ящики сохранились очень даже хорошо, не слишком ли много времени прошло? Почему не публикуют результаты исследования?

 

Роман Гусаров: Несколько дней, как заявлялось, нужно только на то, чтобы списать все эти параметры с бортовых самописцев. А дальше идет достаточно длительный процесс их расшифровки, наложения этих параметров и воссоздания заключительного этапа полета воздушного судна. Не стоит ждать быстрого ответа. Если только на речевом самописце не сохранилось каких-то явных признаков причины катастрофы, например, слово, голос пилота говорит: «Ракета». Если этого на записи нет, то быстрого ответа на все вопросы ждать не стоит.

 

Украина до сих пор не познакомила нас с диспетчером, не дала его показания по поводу того, что происходило. Почему, как вам кажется?

 

Роман Гусаров: Это самое неприятное и подозрительное, потому что, в том числе и беседа с диспетчером, и прослушивание его переговоров с экипажем, это необходимая составная часть всего расследования. Без этого расследование будет не полным. То, что Украина его прячет, это совершенно неправильно. И мировому сообществу надо жестко потребовать, чтобы эксперты получили доступ к этой информации и к диспетчеру.

 

Насколько я понимаю, никто не требовал.

 

Роман Гусаров: Непонятно, почему это до сих пор не потребовали, потому что действительно это могло бы очень помочь в расследовании, в прояснении ситуации. Во всяком случае, на фоне утверждения Генштаба Россия, что самолет по какой-то причине отклонился от маршрута и вышел за пределы воздушного коридора.

 

Бортовые самописцы были переданы Великобритании 23 июля. Даже если выводы делать рано, и данные с самописцев нужно сопоставлять с другими материалами расследования, что мешает эти данные просто опубликовать, чтобы доступ к неискаженной информации имели все заинтересованные стороны? Независимый эксперт, генерал-майор авиации Николай Безбородов прокомментировал ситуацию.

 

Николай Безбородов: Безусловно, «черные ящики», которые сохранились, данные этих ящиков по истечении двух суток должны стать достоянием всех, кто интересуется этой катастрофой, независимо, вне увязки с остальными аргументами, которые появляются в ходе расследований.

 

Если такие нормы есть, то где они прописаны? Может ли кто-то интересующийся (Нидерланды или Малайзия) предъявить претензии и спросить: почему не выполняются эти нормы?

 

Николай Безбородов: Я так считаю, что пострадавшая сторона, и Малайзия, и другие страны, пассажиры которых летели на данном самолете, обязаны такие вопросы задавать международной авиационной комиссии по расследованию: на каком основании сегодня нет данных, не опубликованы данные, время все истекло, какая есть информация? Если ящики находятся в сравнительно идеальном состоянии, а в данном случае они действительно были не повреждены, через двое суток данные должны быть опубликованы.

 

Где прописаны эти нормы, в каком документе?

 

Николай Безбородов: В соответствующих международных соглашениях.

 

Что касается показаний авиадиспетчера, мы пока не слышали показаний украинского авиадиспетчера, который вел борт над Украиной. Как это можно объяснить, есть ли здесь какие-то международные нормы относительно того, как скоро должны быть опубликованы его показания?

 

Николай Безбородов: Все нормы сегодня упираются в единственное — нормы приняты для нормальной политики, для нормальных людей, для нормальных руководителей. Но когда все сегодня упирается в цинизм, прежде всего со стороны руководства Украины, а за ними стоят США, то с цинизмом тяжело бороться, потому что против цинизма нет соответствующих соглашений.

 

Премьер Нидерландов потребовал от Киева прекратить боевые действия рядом с местом крушения малайзийского Boeing. Украинские власти пообещали предпринять меры для обеспечения доступа экспертов к месту катастрофы.