ITF — самый влиятельный транспортный профсоюз в мире, он представляет работников отрасли в МОТ (Международная организация труда при ООН), ИКАО (Международная организация гражданской авиации) и пр. Головной офис в Лондоне, есть филиал в Москве.

 

Как пишет в письме президенту России генсек ITF Стивен Коттон, диспетчеров не должны были публично идентифицировать и публично предъявлять им обвинения на ранних стадиях расследования, то есть до момента, когда сделаны формальные выводы. Более того, по мнению секретаря, содержание диспетчеров под следствием повлияет на всю отрасль: диспетчеры просто будут бояться брать на себя ответственность за свои действия, которые могут грозить им сроком.

 

«Объявление этих диспетчеров преступниками поставило в опасность установление баланса между двумя равнозначными целями: авиационная безопасность и отправление правосудия. Нарушение этого равновесия подрывает авиационную безопасность через создание атмосферы страха для авиадиспетчеров, так как они выполняют свои обязанности под дополнительным давлением: любой инцидент или происшествие могут обернуться уголовным преследованием, — указал Коттон. — Насколько известно из международных СМИ, техническая комиссия установила предварительные причины катастрофы и, как мы понимаем, ее отчет свидетельствует о том, что со стороны диспетчеров не было никаких признаков злого умысла … В любом случае промежуточные результаты доказывают, что уголовное преследование трех авиадиспетчеров не соответствует обязательствам России перед ИКАО касательно культуры правосудия».

 

Представитель ITF заключил в своем письме, что федерация будет внимательно следить за ситуацией и «требует снять все уголовные обвинения против трех диспетчеров, а если их преследование продолжится, ITF мобилизует свои аффилированные авиационные структуры для законной и эффективной солидарности с их коллегами из России». На тему истинного виновного в гибели де Маржери в ITF предпочли не спекулировать, Коттон закончил письмо просьбой ответить поскорее.

 

Действительно, в конце октября 2014 года упомянутым диспетчерам были предъявлены «предварительные обвинения». Об окончании же предварительного следствия и ознакомлении всех шести обвиняемых (также по делу проходят руководитель смены Владимир Леденев, водитель снегоуборочной машины Владимир Мартыненко, в марте привлечена диспетчер Надежда Архипова) было официально объявлено 26 марта. 

 

Напомним, в ночь на 21 октября 2014 года самолет Falcon 50 главы французской компании Total Кристофа де Маржери столкнулся со снегоуборочной машиной, которая по ошибке выехала на взлетно-посадочную полосу Внуково. В результате столкновения самолет перевернулся и загорелся, все четыре человека, находившиеся на борту (сам Маржери и три члена экипажа), скончались на месте. В этот же день кроме Архиповой — она по март проходила по делу как свидетель — были арестованы пять вышеупомянутых сотрудников аэропорта, четверо из них (кроме Мартыненко) получили обвинения по ч. 3 ст. 263 УК РФ («Нарушение безопасности движения воздушного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц, карается лишением свободы на срок до семи лет»). В марте по той же статье к делу были привлечены руководитель Московского центра автоматизированного управления воздушного движения Владимир Ужаков, а через несколько дней, как сообщали «Известия», его первый зам Александр Повалий и  начальника центра организации воздушного движения (ОрВД) аэропорта Внуково Геннадий Ярмуш — итого девять фигурантов.

 

Ответа от администрации президента РФ в IFT пока не получали, рассказал «Известиям» помощник секретаря федерации транспортников Кемаль Ультер. По его словам, если ответа на свои требования IFT не получит, организация будет настаивать на освобождении диспетчеров через европейские организации — Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) и Еврокомиссию.

 

— К примеру, мы можем подключить к делу структуры ЕСПЧ, они проведут расследование в отношении правомерности задержания диспетчеров, — говорит господин Ультер. — По нашему мнению, их задержали слишком рано, так как расследования, как правило, занимают до нескольких лет.

 

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков не ответил на запрос «Известий».

 

Максимум, на который способна Еврокомиссия (правительство ЕС), — это инициировать дело в ЕСПЧ, сообщила «Известиям» пресс-секретарь Еврокомиссии по вопросам правосудия, фундаментальных прав и равноправия Мелани Войн.

 

— Если IFT обратится к нам с просьбой о помощи в этом деле, Еврокомиссия рассмотрит дело и, возможно, направит письмо в Россию о несогласии с решением суда, — добавила также Войн.

 

Российские юристы говорят, что дело диспетчеров Внуково может добраться до ЕСПЧ не скоро.

 

— ЕСПЧ берется за дело, когда исчерпаны национальные средства правовой защиты. Поэтому, естественно, можно будет говорить о ЕСПЧ после того, как все инстанции будут пройдены в России. Более того, чтобы ЕСПЧ взялся за дело, необходим будет факт нарушения Европейской конвенции по правам человека, — говорит старший партнер адвокатского бюро «Юрлов и партнеры» Владислав Цепков. — У нас часто при расследовании уголовных дел бывают нарушения Конвенции — например, условия содержания в камере. При этом стоит понимать, что ЕСПЧ в любом случае не сможет вынести решение об освобождении диспетчеров, речь может идти только о денежной компенсации.

 

Российских следователей уже не раз просили изменить меру пресечения для арестованных диспетчеров. Так, например, коллеги арестованных, коллектив из 60 авиадиспетчеров Внуково, в ноябре направляли (izvestia.ru/news/579077) письмо председателю Совета по правам человека и развитию гражданского общества при президенте РФ Михаилу Федотову c просьбой заменить меры пресечения на подписку о невыезде. После этого обращения Федотов направил аналогичное письмо в СКР, но следователи ответили Федотову, что не видят оснований для изменения меры пресечения.

 

Первоначально вопрос меры пресечения был поставлен достаточно жестко — очевидно, обвиняемых можно было оставить под домашним арестом, говорит адвокат Мартыненко Александр Карабанов. При этом он не видит позитивных перспектив у письма ITF.

 

— У президента нет полномочий влиять на систему судопроизводства, — говорит Карабанов. — Он только может формально повлиять на дело, помиловав фигурантов дела, но уже после оглашения приговора.

 

По словам Карабанова, в отношении его подзащитного меру пресечения косвенно уже меняли — после посещения Мартыненко представителем Общественной палаты его перевели в камеру с более комфортными условиями содержания. Защита надеется рассмотреть дело в особом порядке ближе к началу мая.

 

IFT уже не первый раз протестует против решений российских судов. По словам Ультера,  IFT продолжает кампанию против приговора в декабре 2014 года к 3,6 года колонии лидера Российского профсоюза докеров Леонида Тихонова за присвоение принадлежащих ОАО «Восточный порт» денежных средств в сумме 359 тыс. рублей, перечисленных профсоюзу для покупки новогодних подарков. Добиться освобождения осужденного пока IFT не удалось. Работники порта подтверждали, что подарки получили, и также протестовали против судебного решения. В профсоюзе и СМИ связывают осуждение Тихонова с предшествовавшими суду митингами работников за повышение зарплаты.

 

IFT, впрочем, имеет позитивный опыт подключения к делам Еврокомиссии. Так, при содействии двух организаций, заявляет Ультер, IFT удалось в 2013 году привлечь внимание к незаконному, по мнению общественности, осуждению в Греции болгарского пилота Янко Стоименова за авиакатастрофу 2005 года возле Афин — на 122 года. Впоследствии, говорит Ультер, при посредничестве IFT и Еврокомиссии удалось перевести дело в арбитраж, где пилоту снизили срок до 10 лет тюрьмы.