Что нового мы узнали?

 

Строго говоря, ничего сенсационно нового доклад «алмазовцев» не содержит. Это именно тот доклад, выводы из которого (включая графические материалы) месяц назад были опубликованы в «Новой газете».

 

Характер разрушений на обломках самолета однозначно показал экспертам «Алмаз-Антея», что нанесены они взрывом ракеты 9М38М1, выпущенной комплексом войсковой ПВО «Бук-М1».

 

Зная картину движения поражающих элементов при подрыве и анализируя следы на обломках (в частности, сильно повреждены кабина слева сверху, левая полуплоскость и двигатель под ней), эксперты сделали вывод о том, что ракета вышла в точку подрыва справа налево перед самолетом под горизонтальным углом 72-78 градусов и под вертикальным углом 20-22 градуса, с некоторым возвышением. Исходя из этого, определена вероятная точка запуска — окрестности села Зарощенское, к юго-западу от окраин Тореза.

 

Концерн не утверждает, что самолет был сбит именно этими ракетами, но делает оговорку: в том случае, если катастрофа все-таки стала следствием атаки с земли, это могли быть только ракеты 9М38М1 комплекса «Бук-М1». Представители концерна заметили, что на Украине немало таких ракет: на 2005 год их было в наличии 991 единица.

 

Далее следует достаточно оригинальный пассаж, согласно которому ракеты этого типа сняты с производства в 1999 году, а концерн был создан только в 2002 году, потому головная структура никому и никогда эти ракеты не поставляла, а значит и отвечать за произошедшее не может. Это заявление сделано по вполне понятной логике юридического оспаривания санкций, под которые попал «Алмаз-Антей». Сработает или нет, судить рано. Скорее нет, но попытка не лишена изящества.

 

Новизны, повторимся, доклад не внес. Важнее здесь, скорее, уровень, на котором сделано заявление. С начала мая в прессе и в сети обсуждался анонимный материал, на который многие поспешили наклеить ярлык «вброса» и даже провести глубочайший анализ закулисных причин публикации его в «Новой газете», традиционно критически настроенной к Кремлю.

 

Теперь нам представили те же выводы, но оформленные уже в официальную позицию, куда серьезная организация (12-е место в первой сотне крупнейших оборонных концернов мира по версии издания Defense News) вложила ни много ни мало, а собственную репутацию. Уже только одно это заставляет рассмотреть выводы экспертов «Алмаза» пристально.

 

Надо сказать, что изложенное экспертами концерна стремительно сужает поле для дальнейших домыслов. Из концептуального фантазирования (как было, скажем, с неоднократно педалировавшейся версией атаки с самолета, до сих пор не получившей никакого приличного подтверждения фактами) анализ версий катастрофы переходит в жесткий эндшпиль. Официальная роспись руководства концерна под выводами только усиливает возможный эффект, каким бы он ни оказался.

 

Внимание на точку

 

По сути, для людей не осведомленных об инженерных тонкостях (а это подавляющее большинство потребителей «алмазовского» доклада), проблема верификации доклада свелась к заскорузлому техническому вопросу.

 

Соответствует ли реальности схема конечного захода на цель ракеты 9М38М1 и алгоритм ее подрыва в этих условиях применения, положенные концерном в основу моделирования? Потому что если все именно так, как сообщили на пресс-конференции Новиков и Малышевский, то опровергать их выводы будет крайне сложно, если вообще возможно.

 

Действительно ли требовалось пересечение курса летательного аппарата (в нашем случае справа налево) с подрывом спереди-сверху? Нет ли другого сценария, при котором ракета могла оказаться в этом же положении в момент подрыва, но была запущена из совершенно иной точки? Или, быть может, ракета в любом случае должна была заходить на самолет по-другому?

 

Проблема в том, что это крайне специфический вопрос, о котором не всегда в полной мере осведомлены даже эксплуатанты ЗРК в войсках. Дело даже не в грифе секретности. Есть три категории экспертов, знающих точный ответ. Это офицеры-специалисты по боевому применению из Генштаба или управления начальника войсковой ПВО. Это сотрудники полигонов, неоднократно проводившие испытания именно этих ракет по мишеням и наблюдавшие результаты поражения. И, наконец, это разработчики самой ракеты, прекрасно знающие, какую логику заложили в нее.

 

Хорошая новость состоит в том, что утаить шило в мешке (если оно там, конечно, есть) долго не удастся. Если даже предположить тотальный заговор молчания со стороны компетентных специалистов в России, то следует иметь в виду, что «Бук-М1» экспортировался. В том числе в такую далеко не пророссийскую по нынешним меркам страну, как Финляндия. Упоминать про то, что при разделе советского имущества эти комплексы достались Украине, а потом попали в Грузию, уже смысла не имеет.

 

Выход где-то там

 

В результате мы получаем очень интересную картину. Если «Алмаз-Антей» вдруг по неведомой причине решил прибегнуть к «случаю так называемого вранья» (у нас нет оснований для такого вывода, но рассматривать и этот гипотетический сценарий приходится), то вывод на чистую воду состоится очень быстро. Причем с неотразимым фактическим подкреплением и совершенно разрушительными последствиями как для репутации концерна, так и для всей российской оборонки, которая тем самым подтвердит, что позволяет втягивать себя в дурно пахнущее политическое манипулирование.

 

Если же аргументированного опровержения не последует, это будет означать очень неприятную для Киева ситуацию. В воздухе повиснет документированное и очень солидное обвинение украинских военных в неспровоцированном уничтожении гражданского самолета с тремя сотнями пассажиров. Концерн отдельно оговорился, что не станет называть сторону, применившую «Бук», и таким образом ушел от лобовых обвинений украинских официальных властей.

 

Но изложенная фактура никуда не денется и будет настоятельно требовать ответа. Например, придется опровергать наличие украинских ЗРК (или вообще войск) в тот день в окрестностях Зарощенского.

 

Так или иначе, история выяснения причин уничтожения «Боинга» в небе над Донбассом потихоньку собирается закончиться. А то, что самолет был именно уничтожен, сомневаться не приходится: об этом прямо говорят предварительные выводы нидерландского расследования, отметившего на обломках следы воздействия «высокоскоростного потока объектов» (проще говоря, поражающих элементов разорвавшегося боеприпаса).

 

На текущий момент версия «алмазовцев» из числа опубликованных выглядит, возможно, небесспорным и неполным, но, пожалуй, самым подробным и весомым рассуждением о возможных причинах катастрофы малайзийского «Боинга». Точки над i сможет расставить только итоговый доклад нидерландской комиссии, обещанный к октябрю 2015 года.