«Тревожных звоночков много, — анализирует ситуацию главный редактор портала Avia.ru, эксперт комитета по транспорту Госдумы Роман Гусаров. — Из Шереметьево „Трансаэро“ перевозила приличную часть своего пассажиропотока — около миллиона пассажиров в год».

 

Специалисты также обращают внимание на информацию о масштабном сокращении маршрутов авиакомпании. В частности, «Трансаэро» отказалось от выполнения рейсов из Москвы в Гетеборг, Кишинев, Тяньцзинь и Рейкьявик. Также закрываются маршруты из Санкт-Петербурга в Пекин, Цюрих и Овду, отменяются и некоторые другие рейсы из ряда российских городов. Активно обсуждалось и возможное повышение цен на билеты: ТАСС со ссылкой на внутренние документы «Трансаэро» на прошлой неделе сообщило о том, что перевозчик планирует уже под Новый год поднять все свои тарифы на 10-15%.

 

«Бурный рост обошелся компании недешево, — считает аналитик „Инвесткафе“ Роман Гринченко. — „Трансаэро“ активно привлекала дополнительное финансирование для своих проектов, что привело к усилению долговой нагрузки. На мой взгляд, это является ахиллесовой пятой перевозчика». Анализируя финансовое положение компании по итогам 2013 года, эксперт RMG Ксения Арутюнова отметила, что соотношение долга к EBITDA (5,9) у «Трансаэро» вдвое превышает комфортный уровень для любого бизнеса. Близкие показатели оказались у «ЮТэйр» и Air France — 5, но в то же время у «Аэрофлота» соотношение долг/EBITDA не превышает 3, а у Delta, Lufthansa и Ryanair — менее 2. Причем характерно, что показатель был достигнут «Трансаэро» задолго до начала украинских событий. Как сообщает Lenta.ru, покрыть долги «Трансаэро» попыталась за счет бюджетных денег, обратившись к государству с просьбой о фингарантиях на 10 млрд рублей. В письме, адресованном первому зампреду правительства Игорю Шувалову, генеральный директор авиаперевозчика Ольга Плешакова прямо предупреждает о том, что в случае отказа в господдержке компания может прекратить операционную деятельность.

 

«На мой взгляд, просьба „Трансаэро“ выглядит не то чтобы неправомерно, а даже нагло, — заявил президент исследовательского центра „Политическая аналитика“ Михаил Тульский. — „Трансаэро“ изначально позиционировала себя как частная компания, не имела никакого отношения к государству. Это — частный бизнес: вы не смогли просчитать свою финансово-хозяйственную деятельность и терпите убытки, а теперь, по сути, перекладываете свои промахи на плечи налогоплательщиков — тех, кто и пользуется вашими услугами. То есть „Трансаэро“ просит у нас денег, потому что непрофессионально управляет своим бизнесом. Почему другие не просят помощи — S7, „Уральские авиалинии“, ведь все сейчас в равных условиях?».

 

«Непоследовательная политика компании приводит к наблюдаемым плачевным результатам. Странно видеть подобные „рыскания“ в важнейших стратегических вопросах, имеющих непосредственное отношение ко всем сторонам деятельности „Трансаэро“, — считает гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин. — Тем более настораживает такое поведение со стороны компании, которой ежедневно тысячи пассажиров доверяют свои жизни».

 

«У нас есть авиакомпании, находящиеся в сложном экономическом положении, аккумулировав большой долг, — соглашается директор компании „Инфомост“ Борис Рыбак. — Такая ситуация возникла в результате того, что разные субъекты воздушного транспорта исповедуют разные бизнес-модели. В эти сложные времена бизнес-модель, которая предусматривает агрессивный рост, агрессивное повышение доли рынка, оказалась чревата почти неконтролируемым наращиванием внешнего долга. Есть авиакомпании, в том числе и крупные, которые исповедуют другие бизнес-модели — у них все нормально, и взрывного роста долгов не происходит».

 

«Сейчас стало модно выставлять себя пострадавшим от западных санкций и обращаться к государству за компенсацией, — резюмировал Тульский. — На мой взгляд, государство должно решительно разбираться с такими любителями списывать свои финансовые проблемы на внешнеполитический кризис».