Второй этап Панджшерской операции Афганской кампании 1979-1989 годов начался 15 июля 1982 года. Целью операции в провинции Каписа был разгром противника в Панджшерском ущелье при поддержке авиации и артиллерии. При этом особая роль в предстоящих боях отводилась пилотам армейской авиации под командованием Виталия Павлова.

Район ущелья Пандшер являлся в ходе Афганской войны центром снабжения мятежных сил северных и центральных провинций страны вооружением и боеприпасами. Через него проходили основные караванные пути из Пакистана в провинции Бадахшан, Баглан, Каписа, Парван.
Для участия в операции было привлечено 20 советских и афганских батальонов общей численностью свыше 10 тыс. человек. Руководство операцией осуществлял начальник штаба 40-й армии генерал-майор Норат Тергригорьянц.

Основные показатели операции: общая глубина — 200–250 км, ширина полосы с учетом действия авиации и артиллерии — 60–80 км, продолжительность главного этапа операции — 20 суток. Главными особенностями операции являлось массированное применение тактического воздушного десанта общей численностью свыше 4,5 тыс. человек на всю глубину операции; горный рельеф местности позволял мятежникам создать широкую сеть оборонительных сооружений с взаимно перекрываемыми секторами огня; наличие у противника большого количества зенитных средств сковывало применение авиации, особенно вертолетов огневой поддержки.

В этом стратегически важном ущелье на северо-востоке Афганистана (провинции Каписа и Парван) безраздельно господствовали вооруженные формирования под командованием уже знаменитого в те времена Ахмад Шаха Масуда. Этому афганскому полевому командиру, известному под прозвищем Панджшерский лев, в то время было всего 29 лет. Группировка мятежников в Пандшере насчитывала более 30 бандформирований общей численностью свыше 5 тыс. человек.

Первая Панджшерская операция, в которой наряду с частями и соединениями 40-й армии принимали участие афганские правительственные войска, проводилась в период с 17 мая по 10 июня 1982 года. Тогда ценой больших потерь наших войск были захвачены основные опорные пункты душманов. Правда, удерживать их в течение долгого периода времени подразделениям и частям 40-й армии не представлялось возможным. В Панджшерской операции для создания необходимого перевеса в живой силе над противником была оголена охрана и оборона важных административных и политических центров Афганистана. Долго держать их без прикрытия командование 40-й армии не считало возможным. Поэтому соединения и части по завершению операции были выведены из Панджшерского ущелья. Образовавшиеся пустоты были тут же заполнены формированиями вооруженной афганской оппозиции.

Для проведения второй Панджшерской операции была создана достаточно мощная группировка ВВС. Она насчитывала более ста вертолетов и около пятидесяти самолетов.

Часть из них привлекалась с аэродромов постоянного базирования, находящихся на территории Советского Союза. Возглавлять авиационную группировку было поручено Виталию Павлову, в то время полковнику, командиру 50-го отдельного смешанного авиационного полка, базирующегося в Кабуле. Полковник Павлов к тому времени был уже легендарной личностью, широко известной не только в Вооруженных силах СССР, но и в рядах противника.

За успешное проведение первой Панджшерской операции он был представлен к высокому званию Героя Советского Союза, а сам Ахмад Шах причислил его к стану своих личных врагов.
Панджшерское ущелье стараниями Ахмад Шаха было превращено в твердыню вооруженных формирований афганской оппозиции на северо-востоке страны со своей, причем весьма искусной, системой обороны. Для блокирования продвижения наших подразделений в глубину ущелья мятежники организовали систему обороны по господствующим высотам. Более ста опорных пунктов, занимаемых ими, тщательно готовились в инженерном отношении с целью противостоять ударам авиации и артиллерии. Промежутки между ними простреливались огнем из стрелкового оружия и минометов. Была организована объединенная система ПВО, управляемая по радио из единого центра. В ущелье имелись склады с вооружением, боеприпасами и медикаментами, госпитали, тюрьмы, базы отдыха.

Через перевал, замыкающий ущелье на северо-востоке, из Пакистана рекой шло оружие, растекавшееся потом по всему Афганистану. Имелась у душманов и хорошо отлаженная система сбора разведданных. Начиная от наблюдателей из числа местных жителей и кончая ответственными должностными лицами из ЦК партии, министерства обороны и правительства. Поэтому утверждение Ахмад Шаха, что «ни одна нога шурави не ступит на подконтрольную ему территорию», не было лишено оснований.

Виталий Павлов, используя данные нашей разведки, понял, где в системе обороны противника находится самое уязвимое место. Это был небольшой аэродром Эвим (Шахран), находящийся за перевалом в каменной котловине, рядом с пакистанской границей.

Туда на вертолетах, тайно, из Пакистана перевозилось оружие, которым снабжалась повстанческая армия Масуда. Сложность заключалась в том, что для захвата и последующего уничтожения аэродрома Эвим необходимо было преодолеть перевал высотой около пяти тысяч метров. Вертолеты Ми-8 с десантом с большим трудом еще могли это сделать. А вот ударным вертолетам Ми-24, используемых в таких случаях для прикрытия десантно-транспортных Ми-8, это было уже не под силу. Тогда Павлов принял решение использовать результаты ударов истребителей-бомбардировщиков по выявленным целям на маршруте и в районе вражеского аэродрома и под их прикрытием организовать проход вертолетов через перевал и высадку десанта.

Командующий ВВС 40-й армии генерал Владимир Шканакин это решение утвердил и рано утром 16 июля колонна из 46 десантно-транспортных вертолетов Ми-8 во главе с 28-летним майором Анатолием Сурцуковым пошла на Эвим. Действиями авиации с самолета ретранслятора Ан-26РТ руководил полковник Павлов.

Экипажам Ми-8 приходилось очень нелегко. Они осуществляли длительный перелет через горный хребет на большой высоте, в условиях крайне разреженного воздуха, в бронежилетах, которые в те времена весили около 16 кг, на пределе возможностей машины, загруженной десантом, с постоянным риском быть обстрелянными с земли. Это требовало от летного состава больших затрат физических и моральных сил.

В соответствии с замыслом операции требовалось за короткое время высадить десант численностью более двух тысяч человек. В день на каждый экипаж приходилось по три-четыре вылета продолжительностью около двух часов, причем в экстремальных условиях. Но авиаторы выдержали эти, без всякого преувеличения, сверхнагрузки.

Успех боевых действий был обеспечен хорошей физической и морально-психологической подготовкой, проводимой с летным составом в то время. Каждый вылет осложнялся еще и тем, что в районе высадки, в горном образовании, представлявшем собой каменную кастрюлю шириной около километра, носились на нескольких эшелонах высот десятки штурмовиков, истребителей прикрытия, вертолетов десантной группы. И это в условиях сильной запыленности от взрывов бомб, ракет, снарядов авиапушек, от которых видимость, как говорят пилоты, подсаживалась до минимума.

Только тщательно продуманный Виталием Павловым план и точное выполнение его пунктов экипажами позволило избежать столкновений в воздухе.

Заход на аэродром Эвим был возможен только с одного направления, причем из ущелья. Как, впрочем, и выход из него. Поэтому колонна десанта на вертолетах напоминала конвейер, или эскалатор в метро, когда по кольцу движутся машины, в горловине ущелья двигаясь навстречу друг другу.

Как потом оказалось, именно в этом самом узком месте, которое абсолютно было невозможно обойти, располагалась уцелевшая зенитная установка, которая обстреливала вертолеты группы. Повезло нашим вертолетчикам и десантникам потому, что из всего расчета установки в живых, после расчистки штурмовиками места высадки, остался только один зенитчик. Потом его взяли в плен, и он оказался ценным источником информации.

Впервые в этой операции применялся предложенный Павловым такой оригинальный способ разминирования аэродрома, как применение с ударных самолетов объемно-детонирующих бомб ОДАБ-500. Это позволило эффективно и быстро разминировать буквально нашпигованный противопехотными минами большой участок местности, без чего применение десанта было бы невозможным.

Высадка десанта, захват аэродрома Эвим (Шахран) позволили лишить противника притока резервов и необходимых средств ведения боевых действий, способствовали в целом успеху проводимой операции. В дальнейшем авиационная группировка, руководимая Виталием Павловым, успешно выполнила все поставленные перед нею задачи, внеся существенный вклад в дело завоевания стратегически важного района, что предопределило успех всей кампании 1982 года в Афганистане.

На завершающем этапе операции один из вертолетов группировки потерпел аварию в районе кишлака Анава, находящемся на входе в Панджшерское ущелье. Вертолет Ми-8, попавший в левое вращение из-за потери пространственного положения экипажем, получил такие повреждения, которые на месте исправить было нельзя.

Потребовалась эвакуация боевой машины. Тогда Виталий Павлов, на однотипном Ми-8 взял упавший вертолет на внешнюю подвеску, и с огромным трудом, невероятным напряжением сил машины и своих, как летчика, возможностей, вывез аварийный вертолет на аэродром Баграм. Душманы, наблюдавшие за этой картиной со склонов ущелья через прицелы своих крупнокалиберных пулеметов ДШК, даже не стали стрелять по нему, хотя вертолет Павлова проплывал на минимальной скорости буквально перед их носом. Видимо,
мятежникам самим захотелось понять, сможет ли эта шайтан-арба, как они называли вертолет, вытащить буквально за волосы другую такую же машину.

А если вертолет не упадет, то значит, Аллах ему помог, не иначе. А идти против воли Аллаха правоверному мусульманину никак нельзя.

В результате второй Панджшерской операции было уничтожено более 5 тыс. мятежников. Однако части и подразделения 40-й армии понесли существенные потери – было убито 92 бойца и командира, ранено – 340.

В дальнейшем Виталий Павлов совершит еще в Афганистане более 300 боевых вылетов, налетав 500 с лишним часов, а еще – повоюет в Чечне, Таджикистане, Приднестровье, и других горячих точках. Станет Героем Советского Союза, первым и единственным командующим армейской авиации страны. Его стараниями армейская авиация достигнет наивысшего уровня своего развития.