— Минобороны России запросило информацию у турецкого военного ведомства о планах проведения воздушной кампании в небе Сирии, чтобы избежать воздушных инцидентов, так как впервые турецкие военные самолеты будут интенсивно наносить удары по целям в Сирии и могут встретиться в воздухе с российскими боевыми самолетами, — рассказал источник «Известий».

По данным западных СМИ, в ходе операции «Щит Евфрата» турецкие самолеты бомбили игиловские цели на значительной территории — от турецко-сирийской границы и вплоть до Алеппо. Турецкое агентство «Анадолу» сообщило, что только 24 августа в интересах сил, наступающих на Джараблус, было нанесено по меньшей мере 12 авиаударов.

Примечательно также, что турки начали наземную операцию в Сирии как член созданной под эгидой США «западной» антиигиловской коалиции и, по заявлению Пентагона, американские самолеты и БЛА тоже наносили удары для поддержки операции турецких войск.

Столь высокая интенсивность боевой работы ВВС различных государств на достаточно ограниченном пространстве чревата инцидентами. Так что инициатива российского военного ведомства вполне объяснима.

Турецкая сторона еще в начале месяца давала понять, что хотела бы наладить обмен информацией. Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил 11 августа, что Анкара заинтересована в «координации» с Россией операций против ИГИЛ, но подчеркнул, что это не означает проведения совместных операций.

Александр Васильев, научный сотрудник Института востоковедения РАН, один из авторов книги «Турецкая военная машина: сила и слабость», считает, что у турецкой стороны есть ярко выраженное стремление свести к минимуму риск столкновений.

— Сам факт того, что Турция заранее уведомила РФ об операции в Джараблусе, свидетельствует о том, что Анкара сделала выводы из ситуации, сложившейся после гибели российского Су-24, — говорит эксперт.

Относительно возможной координации действий турецких военных и российских ВКС эксперт отметил, что стратегические задачи Москвы и Анкары различаются.

— Для турок основная цель — борьба с курдами, но ИГИЛ в последнее время тоже стала серьезной угрозой, — поясняет Васильев. — Турецкие власти долго смотрели сквозь пальцы на активность ИГИЛ в приграничных районах, потому что эта группировка воевала с курдами. Однако потом в Турции стала формироваться прослойка тех, кто симпатизирует ИГИЛ, и власти осознали всю опасность ситуации.

Директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов считает, что Турция и Россия будут и в дальнейшем решать в Сирии разные задачи.

— Мы с сирийцами и иранцами будем действовать в рамках своей повестки дня, а турки будут решать свои задачи, при этом они постараются не разрушить то хрупкое взаимопонимание, которое сложилось после встречи президентов в Петербурге, — говорит Пухов. — В принципе уже есть протоколы об обмене данными между нашими военными и американцами. Может быть достигнуто более детальное взаимопонимание по отдельным острым вопросам. Например, о закрытии на время тех или иных зон.