Все это означает, что российская космическая отрасль фактически прошла точку невозврата, после которой можно лишь вспоминать былое величие советской космонавтики, снимая фильмы вроде «Время первых» и устанавливая бюсты Гагарину. У страны фактически могут схлопнуться пилотируемая космонавтика и ракетное двигателестроение — то, в чем сегодня Россия считается лидером. Причины такой деградации обозначились не сегодня и, вероятно, обусловлены тем, что современной России гражданский и коммерческий космос не нужны.

Тяжелый случай

«Это 71 двигатель, или практически весь задел по второй и третьей ступеням. В настоящее время подписан график работ, значительная их часть будет проведена в 2017 году, но мы понимаем, что какая-то часть неминуемо перейдет на 2018 год», — сказал генеральный директор научно-производственного объединения «Энергомаш» Игорь Арбузов. Неполадки выявлены в двигателях РД-0210/0211 и РД-0213/0214, устанавливаемых на вторую и третью ступени тяжелой ракеты «Протон-М» соответственно. Вместо материалов с содержанием драгоценных металлов, которые должны применяться на данном типе двигателей, там использовались менее жаростойкие компоненты.

Двигатели РД-0210/0211 и РД-0213/0214 производит Воронежский механический завод (ВМЗ). Также с халатностью предприятия связана авария ракеты-носителя «Союз-У» в декабре 2016 года, когда из-за разрушения двигателя РД-0110 был потерян грузовой корабль «Прогресс МС-04». После разбора ситуации директор ВМЗ Иван Коптев подал заявление об отставке по собственному желанию. Предприятие, ранее подчинявшееся «Центру Хруничева», производителю «Протонов» и «Науки», предполагается включить в состав холдинга, управляемого «Энергомашем», производителем РД-180.

По словам Арбузова, поставки отремонтированных агрегатов начнутся в мае 2017 года, при этом необходимо «не сорвать график запусков по Федеральной космической программе, стартам в интересах Министерства обороны России и коммерческим пускам», а также «обеспечить необходимый задел для соблюдения графика доставки новых экипажей и грузов на Международную космическую станцию». Первый в 2017 году пуск «Протона-М» перенесен на полгода, на 29 мая. Хорошо хоть то, что проблемы ВМЗ, вероятно, коснутся программы МКС незначительно.

В «Роскосмосе» планируют создание легкой и средней версий «Протона». Не стоит забывать о легкой и тяжелой «Ангаре», также производимых «Центром Хруничева». В госкорпорации полагают, что эти носители найдут своего покупателя на мировом рынке. Между тем число заказчиков коммерческих пусковых услуг в мире практически не меняется, а успехи SpaceX на рынке коммерческих пусков объясняются тем, что компания переманила клиентов «Роскосмоса» и европейской Arianespace. В результате Россия в 2016 году скатилась на третье место в мире по общему числу пусков, уступив место США и Китаю.

Переломить ситуацию можно, снизив стоимость ракеты и повысив культуру производства. К счастью, пока еще пользуются спросом носители среднего класса «Союз», производимые самарским ракетно-космическим центром «Прогресс», однако и им, например для тех же пусков с Куру, готовится замена.

«Наука» разреза

«В топливных баках модуля вновь обнаружено загрязнение, от которого все эти годы пытались избавиться специалисты. Принято решение в течение двух недель провести оценку состояния систем модуля и после этого доложить руководству выводы для принятия решения о его запуске. По предварительной оценке, устранение загрязнений и неисправностей позволяет осуществить запуск модуля не ранее конца 2018 года — начала 2019 года. Не исключено, что запуск просто отменят», — сказал источник ТАСС о модуле «Наука».

По его словам, для устранения загрязнений — металлического порошка, образовавшегося при изготовлении модуля, необходимо разрезать топливные баки модуля, очистить их изнутри, а затем заново сварить. На эти работы может уйти год. Однако, по всей видимости, выполнять их не имеет смысла, поскольку все резиновые элементы модуля устарели и не отвечают предъявляемым к ним требованиям. «В итоге ни один принимающий орган не подпишется под документом о приемке данного модуля, не возьмет ответственности за последствия на себя», — говорит источник.

Модуль «Наука» строят с 1995 года, запустить его планировалось в 2007 году. Фактически это дублер «Зари» — первого функционально-грузового блока МКС, построенного на деньги США. Производитель «Науки», как и «Зари», — печально известное предприятие «Центр Хруничева». Модуль после того, как в 2024 году закроется программа МКС, должен был послужить основой национальной российской станции. «Центр Хруничева» уже пересобирал элементы «Науки» в 2013 году, и также из-за загрязнения металлическим порошком.

Получается, что к 2024 году у России может не быть собственной орбитальной станции. А если так, то будущее пилотируемой космонавтики страны окажется под вопросом. На самом деле этот вопрос актуален уже сейчас — в течение ближайших двух лет в США должны быть запущены три пилотируемых корабля — околоземные Dragon V2 и Starliner и лунно-марсианский Orion, и ракетно-космическая корпорация «Энергия», производитель кораблей «Союз», лишится главного источника своих доходов.

В 2021 году «Энергия» должна приступить к летным испытаниям корабля «Федерация», замены «Союзов». Вызывает большие сомнения, что новый корабль построят в срок, и даже если когда-нибудь он будет готов, непонятно, куда он полетит. К американской лунной станции или китайской околоземной?

«Будет нормально»

«Ни для кого не секрет, что в США поставлена задача заместить наши двигатели, может быть, менее надежными и более дорогими, но своими, американскими. На это направлены сейчас усилия. Надо понимать, что когда-нибудь они это сделают», — прокомментировал в марте 2017 года руководитель «Роскосмоса» Игорь Комаров новость о создании в США агрегата BE-4 — замены российских РД-180. Он также рассказал о будущем «Энергомаша», по заказу США производящего РД-180, в случае отказа американцев от российских силовых агрегатов. Комаров считает, что «все будет нормально», предприятие «будет производить двигатели для других российских проектов, или для других стран, или под другие носители в этих странах».

Научно-производственное объединение «Энергомаш» имеет в своем портфеле два крупных контракта с американскими партнерами. По первому предприятие поставляет в США двигатели РД-180 для тяжелой ракеты Atlas V, по второму — РД-181 для среднего носителя Antares. Стоимость первого контракта превышает миллиард долларов, второго — 220 миллионов. Именно первый контракт позволил «Энергомашу» относительно безбедно существовать в последние 20 лет.

Что произойдет с компанией, считающейся мировым флагманом в области ракетного двигателестроения, если от ее продукции откажутся в США? К изделиям «Энергомаша» проявляют интерес китайцы, скопировавшие российские технологии создания пилотируемых кораблей и модулей орбитальных станций. Если «Энергомаш» начнет продавать юго-восточному соседу свои двигатели, не исключено, что там скопируют и эти технологии и тоже откажутся от заказов. Если не сотрудничать с Китаем, упадут доходы, что неизбежно скажется на качестве продукции. И останется рассчитывать только на внутренний рынок или страны третьего мира.

Комическая отрасль

Фактически последние двадцать лет российская космическая отрасль поддерживалась иностранными партнерами, которые, по всей видимости, за это время извлекли максимум полезного для себя из когда-то успешной советской индустрии. Но и отрасль держалась на плаву.

Куда сегодня «Роскосмос» (или одна из его реинкарнаций) запускал бы «Прогрессы» и «Союзы», если бы Boeing в 1994 году не заказал у «Центра Хруничева» принадлежащий НАСА первый модуль российского сегмента МКС, запущенный в 1998-м? Что было бы с «Энергомашем», если бы США не заказали у России РД-180? Когда была бы запущена ракета «Ангара», если бы не контракт «Центра Хруничева» с Южной Кореей на создание легкого носителя KSLV (Korea Space Launch Vehicle), первая ступень которого такая же, как у нового российского носителя?

Ответы на эти вопросы неутешительны для «Роскосмоса». Популярный образ США как врага российской космонавтики не выдерживает никакой критики. В такой ситуации о создании Россией сверхтяжелой ракеты или многоразового носителя, полетах на Луну или Марс, миссиях начиненных радиационно устойчивой электроникой станций к газовым гигантам и речи быть не может. Что ждет космическую отрасль страны, если никаких качественных изменений в ней не произойдет (а их за 20 с лишним лет реформ и реорганизаций не произошло)? Это вполне понятно уже сегодня: достаточно посмотреть, например, на степень соответствия мировым стандартам современной российской автомобильной или авиационной промышленности.