Как пояснил “Ъ” представляющий интересы потерпевших и находящийся сейчас в Лондоне адвокат Игорь Трунов, заявления представителей погибших были соответствующим образом оформлены и переданы барристеру — юристу, имеющему право отстаивать чьи-либо интересы в английских судах высшей инстанции. В какой стадии находится сейчас рассмотрение дела, господин Трунов, по его словам, не знает, поскольку барристеру, согласно местному законодательству, запрещено комментировать подготовку к судебному процессу. Однако, ориентируясь на свою международную практику, господин Трунов предположил, что в ближайшее время лондонский суд вызовет представителей всех заинтересованных сторон для так называемых предварительных консультаций. На них судья выслушает позиции спорящих и предложит им варианты досудебного урегулирования конфликта. По данным защитника, большая часть гражданских споров в Высоком суде вообще не доводится до разбирательства, а разрешается именно в рамках предварительных консультаций.

К адвокату Трунову, по его словам, обратились 78 представителей погибших под Сочи. Жертвами этой катастрофы, напомним, стали 92 человека. Из них восемь были членами экипажа разбившегося Ту-154 — на них «пассажирские» страховки не распространяются, поэтому выдвигать свои требования в иностранном суде родственникам военных летчиков не имело смысла. Близкие еще шестерых погибших пассажиров из числа кадровых офицеров Минобороны не посчитали нужным добиваться для себя дополнительных компенсаций. Все остальные, включая родных большинства погибших артистов Ансамбля песни и пляски российской армии им. Александрова, известного врача Елизаветы Глинки и нескольких журналистов, рассчитывают сейчас на поддержку Высокого суда Лондона.

Всем истцам, как рассказал “Ъ” Игорь Трунов, уже было выплачено по 2 млн руб. за каждого погибшего, а также частично компенсированы так называемые погребальные расходы. Эти цифры записаны в Воздушном кодексе РФ, однако господин Трунов и его клиенты полагают, что при расчетах с родственниками должны были применяться другие нормативы. Дело в том, что рейс Ту-154, по версии адвоката, был не внутренним, а международным, причем совершался он между двумя странами—членами Монреальской конвенции 1999 года «Об унификации правил международных воздушных перевозок». Сирия состоит членом этой конвенции уже много лет, а Россия, напомним, присоединилась к ней 3 апреля прошлого года.

В связи с этим существенно повысилась материальная ответственность российских компаний перед пассажирами, например, за потерю багажа или задержку рейса. Но самое главное, примерно в четыре раза возрос размер выплаты за нанесенный вред здоровью пассажира. Согласно Монреальской конвенции, страховка за каждого погибшего должна была выплачиваться из расчета 113,1 тыс. специальных прав заимствования (СПЗ) — условных единиц, курс которых рассчитывается ежедневно и зависит от курса восьми главных мировых валют. Учитывая, что курс СПЗ, например, на 14 июня составляет 89,64 руб., каждый из потерпевших, по мнению адвоката Трунова, мог бы претендовать на 10 млн 138 тыс. руб.

При этом защита полагает, что и эта сумма нуждается в коррекции, поскольку необходимо применить постановления №785 Европарламента и Совета Евросоюза от 21 апреля 2004 года, ужесточившее страховые требования к авиаперевозчикам, выполняющим полеты в страны Евросоюза. Согласно постановлению, страховое покрытие на каждого пассажира должно составлять не менее 250 тыс. СПЗ — 22,4 млн руб.— и именно на эту сумму компенсации, по мнению потерпевших, должен был ориентироваться страховщик.

При этом, как рассказал “Ъ” Игорь Трунов, его доводы в группе СОГАЗ, страховавшей рейс и пассажиров Ту-154, не приняли. Тогда адвокат и решил выяснить отношения с партнером СОГАЗ — страховой фирмой MS Amlin, зарегистрированной в Великобритании и являющейся участником крупнейшей в мире страховой корпорации Lloyd`s of London. Иск в Высоком суде Лондона был подан солидарно к MS Amlin и группе СОГАЗ, также имеющей представительство в Англии.

По мнению защитника Трунова, перестраховщик сначала обеспечил страховщику необходимый для сопровождения авиарейса в Сирию размер так называемой страховой емкости — €250 млн, а после падения военного самолета — расплатился с партнером по международным нормам. СОГАЗ же в своих расчетах с родственниками жертв, как полагает адвокат, ориентировалась уже на внутрироссийские стандарты.

В пресс-службе СОГАЗ “Ъ” сообщили, что компания «полностью выполнила свои обязательства перед родственниками погибших в соответствии с требованиями законодательства и условиями заключенного прямого договора обязательного страхования гражданской ответственности перевозчика». Группа СОГАЗ, по словам ее официальных представителей, «ни в коем случае не собирается препятствовать деятельности известного адвоката Трунова», однако полагает, что эта деятельность «может ввести в заблуждение родственников погибших». «Мы разделяем их боль от невосполнимой утраты близких и не хотим, чтобы к этому добавилась горечь от обманутых ожиданий»,— отметили в пресс-службе страховой компании.