Росавиация опубликовала проект рабочего документа о правовом статусе внедрения ICAO системы компенсации и сокращения выбросов углерода (CORSIA) в авиации. Вопрос будет обсуждаться на юридическом комитете 37-й сессии организации в Монреале в начале сентября. Российская сторона указывает на наличие возможных процессуальных нарушений в процессе принятия CORSIA советом ICAO, что ставит под вопрос обязательное исполнение решения странами-членами ICAO.

В конце июня совет ICAO одобрил стандарты и этапы внедрения CORSIA. Предполагается, что авиакомпании должны будут «компенсировать» выбросы СО2 (подробнее о компенсациях см. справку). 2019–2020 годы — базовый период мониторинга выбросов с предоставлением странами в ICAO отчетности. С 2021–2023 годов — пилотное добровольное внедрение системы, а в 2024–2026 годах — первая фаза, также добровольная. С 2027 года членов ICAO обяжут участвовать в CORSIA.

Россия не присоединяется к CORSIA c 2016 года, когда был согласован предварительный вариант системы, считая необходимость покупки квот дополнительной финансовой нагрузкой на сектор. В июне отказался от участия в первом добровольном этапе CORSIA и Китай. По подсчетам Air Transport Action Group (ATAG), глобальные затраты на CORSIA составят $1,5–6 млрд в 2025 году, в зависимости от стоимости углерода.

Сейчас Москва замечает, что в соответствии с Чикагской конвенцией ICAO стандарты, принимаемые советом организации, обязательны, что может нарушать интересы отдельных членов. Страна может уведомить ICAO о различиях собственной и международной практик, если придерживаться стандартов «практически затруднительно». Устав организации включает проведение консультаций с членами ICAO до передачи документов на рассмотрение совета. По CORSIA консультаций не было, говорится в документе Росавиации, но совет ICAO принял систему. В итоге Москва не понимает, «на каком правовом основании принятые документы могут быть обязательными для государств-членов ICAO», неясны и последствия для членов ICAO, если те не будут соблюдать или частично отклонятся от требований.

Партнер «НАФКО-Консультанты» Ирина Мостовая говорит, что «процедура рассмотрения юридическим комитетом поднятых РФ вопросов может существенно затормозить имплементацию новых норм». Международные организации типа ICAO известны бюрократической медлительностью, говорит она, это может позволить выиграть не менее чем год-полтора.

По данным “Ъ”, документ CORSIA не обсуждался ни с Минэкономики, ни с Минприроды, хотя ведомства в ответ на запрос Минтранса в начале года поддержали перенос сроков запуска системы отчетности и верификации выбросов (должна начаться с января 2019 года, подробнее см. “Ъ” от 13 февраля). В Минтрансе на запрос “Ъ” не ответили.

Пока в РФ нет системы обязательной углеродной отчетности, законопроект о ней «завис» с января. Проект концепции закона о выбросах парниковых газов (там основной формой регулирования предлагаются проекты по сокращению выбросов, программ энергоэффективности), разработанный Минэкономики, также пока с марта не продвинулся. По данным “Ъ”, альтернативную версию законопроекта разрабатывает РСПП.

«Россия просто не готова к запуску CORSIA, у нас нет систем отчетности о выбросах, аккредитации верификаторов, нет уполномоченного органа, который может предоставлять отчетность о выбросах в ICAO,— говорит гендиректор Центра экологических инвестиций и глава рабочей группы по изменению климата экологического комитета РСПП Михаил Юлкин.— Поэтому мы пытаемся доказать, что есть спорные и нерешенные вопросы в международном законодательстве, которые надо обсуждать». По его словам, в неформальных беседах представители российских авиакомпаний выражают обеспокоенность новой системой и пытаются понять правила новой отчетности, но топ-менеджмент большинства перевозчиков не считает это важной темой и затягивает процесс. В «Аэрофлоте» сообщили “Ъ”, что ICAO взаимодействует по этому вопросу только с госорганами, а авиакомпания лишь отвечает на запросы Минтранса и участвует в рабочих совещаниях. На вопрос “Ъ” о готовности платить за выбросы в «Аэрофлоте» сообщили, что «решение должно быть принято на уровне государства».