Предложение поработать над новой машиной получили КБ Алексея Туполева, Николая Поликарпова, Иосифа Немана, Дмитрия Григоровича, Сергея Кочеригина и Сергея Ильюшина. По мнению писателя Дмитрия Хазанова, инициатором конкурса был Сталин, «Иванов» – телеграфный код генсека ЦК ВКП(б). Основные характеристики перспективного самолета руководству виделись так: максимальная скорость на высоте 4000 метров – 420–430, посадочная – 90–95 километров в час, практический потолок – 9000–10 000 метров, нормальная крейсерская дальность полета – 2000 километров. Вооружение – три – пять пулеметов и 200–400 килограммов бомб в зависимости от модификации. Советские «Ивановы» оказались очень близки немецким «Хейнкелям» He-70.
Лучшим проектом оказался двухместный АНТ-351 (по номеру заказа 351), разработанный в туполевском КБ бригадой Павла Сухого. 25 августа шеф-пилот ЦАГИ Михаил Громов поднял первую машину в небо. Кстати, этот самолет получил еще одно имя – СЗ-1 («Сталинское задание»). По отзыву пилота машина получилась простой и удобной в пилотировании, устойчивой и хорошо управляемой. Испытания СЗ-1 проходили до начала 1938 года. После того, как мотор М-62 выработал ресурс, приступили к постройке второго СЗ-2. При создании Сухой использовал новейшие материалы и технологические процессы. В каркасе применили как основные элементы прессованные дюралевые профили открытого типа и высокопрочные алюминиевые сплавы. Решения, принятые конструктором, позволяли широко использовать агрегатную сборку, то есть производство ставилось на поток. Это было большим плюсом при серийном выпуске.
Вместо М-62 на СЗ-2 установили двигатель М-87АВ, однако 3 августа 1938-го самолет разбился. Пока собирали очередной образец, программа испытаний сильно просела и в серийное производство конструкцию под официальным именем Су-2 запустили заочно.
В июне 1940-го Су-2 был принят на вооружение авиации РККА и выпускался на заводах: харьковском № 135, в начале Великой Отечественной эвакуированном в Пермь, и № 207 в Долгопрудном. До 1942 года выпущено 877 Су-2. Его активно использовали в 1941-м как легкий бомбардировщик, разведчик и штурмовик. Поскольку кабина давала очень хороший обзор, применяли и в качестве артиллерийского корректировщика.
Это был свободнонесущий низкоплан смешанной конструкции: дюралевые крылья, киль частично обшивали полотном, с фюзеляжем типа полумонокок. Крыло двухлонжеронное, трапециевидное в плане, составное, включающее центроплан и две съемные консоли. Механизация включала элероны типа «Фрайз» и щитки-закрылки Шренка. Шасси убирающееся, трехопорное, с хвостовым колесом. Для эксплуатации зимой все серийные самолеты снабжали съемным комплектом лыж.
Кабина летчика, оснащенная двойным управлением, закрывалась выпуклым обтекаемым козырьком и высоким сдвижным фонарем из оргстекла, что позволяло вести обзор на все стороны. Под приборной доской штурмана размещалась радиостанция РСБ, под ней устанавливалась фотокамера АФА-13, а часть самолетов дополнительно оснащалась радиополукомпасом РПК-2.
Су-2 вооружили четырьмя неподвижными 7,62-мм пулеметами ШКАС в консолях крыла и одним – во вращающейся экранированной турели МВ-5. Еще один можно было приладить в нижней люковой установке МВ-2. Бомбовая нагрузка размещалась в отсеке фюзеляжа под кабиной пилота и на внешней подкрыльной подвеске.
К началу войны только один 135-й ббап РККА был вооружен Су-2. В нескольких авиаполках летчики осваивали новые ближние бомбардировщики. Однако большинство ничего не знало о том, как выглядят самолеты Сухого. И в первый день войны Александр Покрышкин сбил Су-2, возвращавшийся с задания. Будущий маршал авиации описывал это так: «Самолеты выкрашены в черно-зеленые и желтые пятна. Конструкция совершенно незнакомая. Чуть довернул к бомбардировщикам, и низкое вечернее солнце ослепило меня. Оно не дало мне рассмотреть более внимательно за эти короткие секунды сближения тип машин. Решаю, что противник сейчас будет бомбить аэродром. Бросаю свой самолет в крутой разворот. Захожу в хвост левому крайнему и метров с пятидесяти открываю огонь. Но успел дать лишь короткую очередь, как мой самолет от струи атакованного самопроизвольно делает бочку. Бомбардировщик, разворачиваясь влево, пошел вниз. «Этому достаточно», – подумал я. Развернул свой самолет на правый фланг группы. Делаю горку для атаки сверху... И тут оцепенел: на крыльях звезды... Однако все закончилось благополучно – бомбардировщик пошел на вынужденную, штурман отделался ранением».
12 сентября 1941 года старший лейтенант Екатерина Зеленко совершила на Су-2 таран. В архиве 135-го бомбардировочного полка хранятся документы о ее фронтовом пути. Участвовала в 12 воздушных боях. В июле 1941-го командовала группой бомбардировщиков, уничтожившей в районе белорусского Пропойска до 45 танков, 20 автомобилей, до роты солдат и вернувшейся без потерь. Над Ромнами два Су-2 были атакованы семью Ме-109. Зеленко приняла бой (второй бомбардировщик сразу получил серьезные повреждения) и сбила один мессер, второй таранила, но при этом погибла.
Поздней осенью 1941 года одномоторные бомбардировщики чаще других машин работали в небе Белгорода, Ельца, Ливен. В плохую погоду на задания обычно вылетали по пять – семь «сушек» под прикрытием двух-трех истребителей. Низкая облачность прижимала к земле, и штурманы часто сбрасывали бомбы не по прицелам ОПБ-1, а по нарисованным на нижнем остеклении меткам. Однако результаты бомбежки признавались вполне удовлетворительными. В этих условиях от авиаторов требовалось проявить настоящее искусство, и документы говорят, что среди экипажей Су-2 было немало высококлассных мастеров. Так, отчеты штаба 16-й авиадивизии за ноябрь 1941 года говорят, что из десяти экипажей, летавших в любых метеоусловиях, пять входили в 135-й бап. При относительно невысоких боевых потерях бомбардировочным полкам остро не хватало запчастей и новых моторов.
В 1941 году на Су-2 было совершено 5000 вылетов. Потеряны в бою и пропали без вести 222 легких бомбардировщика. То есть на одну погибшую машину приходилось 22,5 вылета. Средние потери советских бомбардировщиков в первый военный год составляли один на 14 вылетов. За весь 1942-й немецкие истребители и зенитки сбили 64 Су-2, из которых в 8-й воздушной армии при обороне Сталинграда только восемь потеряны безвозвратно. В среднем в 270-й БАД каждый Су-2 успел выполнить до списания в июле-августе 80 самолетовылетов, а Пе-2 – только 20 (221-я БАД, действовавшая в Сталинградской битве на американских «Бостонах», теряла в июне-июле 1942-го один самолет на каждые 19 вылетов). Иные «сушки» попадали в мастерские и рембазы более 20 раз. При относительно низких боевых потерях бомбардировочным полкам остро не хватало запчастей и новых моторов.
Выпуск Су-2 прекратили в 1942-м. Когда с самолетами поля боя определились окончательно – ими стали бронированные штурмовики Ил-2 и пикирующие бомбардировщики Пе-2. Однако до 1944 года в небе можно было увидеть и «сушки», корректирующие огонь артиллерии. Это был идеальный для выполнения таких задач самолет.
Подоплека
На испытаниях в апреле 1933 года своего рода сенсацию произвел самолет «Хейнкель» Не-70. Конструкторы фирмы создали машину с блестящими аэродинамическими формами, которая развивала у земли скорость 377 километров в час, притом что в моторном отсеке стоял уже устаревший двигатель BMW-VI. Французские коллеги прикинули ТТХ самолетов, которые немцы создадут на основе заявленного как почтово-пассажирский экспресс He-70. Получалось, что с 860-сильным мотором «Испано-Сюизы» двухместный легкий разведчик и бомбардировщик способен летать на скорости 430 километров в час на высоте до 4000 метров. Потолок – 9000 метров, максимальная дальность полета – 1500 километров. Французы, как в воду глядели: вслед за пассажирским появились военные варианты ближнего бомбардировщика и разведчика – Не-70F и Не-170А.
Лучшим проектом оказался двухместный АНТ-351 (по номеру заказа 351), разработанный в туполевском КБ бригадой Павла Сухого. 25 августа шеф-пилот ЦАГИ Михаил Громов поднял первую машину в небо. Кстати, этот самолет получил еще одно имя – СЗ-1 («Сталинское задание»). По отзыву пилота машина получилась простой и удобной в пилотировании, устойчивой и хорошо управляемой. Испытания СЗ-1 проходили до начала 1938 года. После того, как мотор М-62 выработал ресурс, приступили к постройке второго СЗ-2. При создании Сухой использовал новейшие материалы и технологические процессы. В каркасе применили как основные элементы прессованные дюралевые профили открытого типа и высокопрочные алюминиевые сплавы. Решения, принятые конструктором, позволяли широко использовать агрегатную сборку, то есть производство ставилось на поток. Это было большим плюсом при серийном выпуске.
Вместо М-62 на СЗ-2 установили двигатель М-87АВ, однако 3 августа 1938-го самолет разбился. Пока собирали очередной образец, программа испытаний сильно просела и в серийное производство конструкцию под официальным именем Су-2 запустили заочно.
В июне 1940-го Су-2 был принят на вооружение авиации РККА и выпускался на заводах: харьковском № 135, в начале Великой Отечественной эвакуированном в Пермь, и № 207 в Долгопрудном. До 1942 года выпущено 877 Су-2. Его активно использовали в 1941-м как легкий бомбардировщик, разведчик и штурмовик. Поскольку кабина давала очень хороший обзор, применяли и в качестве артиллерийского корректировщика.
Это был свободнонесущий низкоплан смешанной конструкции: дюралевые крылья, киль частично обшивали полотном, с фюзеляжем типа полумонокок. Крыло двухлонжеронное, трапециевидное в плане, составное, включающее центроплан и две съемные консоли. Механизация включала элероны типа «Фрайз» и щитки-закрылки Шренка. Шасси убирающееся, трехопорное, с хвостовым колесом. Для эксплуатации зимой все серийные самолеты снабжали съемным комплектом лыж.
Кабина летчика, оснащенная двойным управлением, закрывалась выпуклым обтекаемым козырьком и высоким сдвижным фонарем из оргстекла, что позволяло вести обзор на все стороны. Под приборной доской штурмана размещалась радиостанция РСБ, под ней устанавливалась фотокамера АФА-13, а часть самолетов дополнительно оснащалась радиополукомпасом РПК-2.
Су-2 вооружили четырьмя неподвижными 7,62-мм пулеметами ШКАС в консолях крыла и одним – во вращающейся экранированной турели МВ-5. Еще один можно было приладить в нижней люковой установке МВ-2. Бомбовая нагрузка размещалась в отсеке фюзеляжа под кабиной пилота и на внешней подкрыльной подвеске.
К началу войны только один 135-й ббап РККА был вооружен Су-2. В нескольких авиаполках летчики осваивали новые ближние бомбардировщики. Однако большинство ничего не знало о том, как выглядят самолеты Сухого. И в первый день войны Александр Покрышкин сбил Су-2, возвращавшийся с задания. Будущий маршал авиации описывал это так: «Самолеты выкрашены в черно-зеленые и желтые пятна. Конструкция совершенно незнакомая. Чуть довернул к бомбардировщикам, и низкое вечернее солнце ослепило меня. Оно не дало мне рассмотреть более внимательно за эти короткие секунды сближения тип машин. Решаю, что противник сейчас будет бомбить аэродром. Бросаю свой самолет в крутой разворот. Захожу в хвост левому крайнему и метров с пятидесяти открываю огонь. Но успел дать лишь короткую очередь, как мой самолет от струи атакованного самопроизвольно делает бочку. Бомбардировщик, разворачиваясь влево, пошел вниз. «Этому достаточно», – подумал я. Развернул свой самолет на правый фланг группы. Делаю горку для атаки сверху... И тут оцепенел: на крыльях звезды... Однако все закончилось благополучно – бомбардировщик пошел на вынужденную, штурман отделался ранением».
12 сентября 1941 года старший лейтенант Екатерина Зеленко совершила на Су-2 таран. В архиве 135-го бомбардировочного полка хранятся документы о ее фронтовом пути. Участвовала в 12 воздушных боях. В июле 1941-го командовала группой бомбардировщиков, уничтожившей в районе белорусского Пропойска до 45 танков, 20 автомобилей, до роты солдат и вернувшейся без потерь. Над Ромнами два Су-2 были атакованы семью Ме-109. Зеленко приняла бой (второй бомбардировщик сразу получил серьезные повреждения) и сбила один мессер, второй таранила, но при этом погибла.
Поздней осенью 1941 года одномоторные бомбардировщики чаще других машин работали в небе Белгорода, Ельца, Ливен. В плохую погоду на задания обычно вылетали по пять – семь «сушек» под прикрытием двух-трех истребителей. Низкая облачность прижимала к земле, и штурманы часто сбрасывали бомбы не по прицелам ОПБ-1, а по нарисованным на нижнем остеклении меткам. Однако результаты бомбежки признавались вполне удовлетворительными. В этих условиях от авиаторов требовалось проявить настоящее искусство, и документы говорят, что среди экипажей Су-2 было немало высококлассных мастеров. Так, отчеты штаба 16-й авиадивизии за ноябрь 1941 года говорят, что из десяти экипажей, летавших в любых метеоусловиях, пять входили в 135-й бап. При относительно невысоких боевых потерях бомбардировочным полкам остро не хватало запчастей и новых моторов.
В 1941 году на Су-2 было совершено 5000 вылетов. Потеряны в бою и пропали без вести 222 легких бомбардировщика. То есть на одну погибшую машину приходилось 22,5 вылета. Средние потери советских бомбардировщиков в первый военный год составляли один на 14 вылетов. За весь 1942-й немецкие истребители и зенитки сбили 64 Су-2, из которых в 8-й воздушной армии при обороне Сталинграда только восемь потеряны безвозвратно. В среднем в 270-й БАД каждый Су-2 успел выполнить до списания в июле-августе 80 самолетовылетов, а Пе-2 – только 20 (221-я БАД, действовавшая в Сталинградской битве на американских «Бостонах», теряла в июне-июле 1942-го один самолет на каждые 19 вылетов). Иные «сушки» попадали в мастерские и рембазы более 20 раз. При относительно низких боевых потерях бомбардировочным полкам остро не хватало запчастей и новых моторов.
Выпуск Су-2 прекратили в 1942-м. Когда с самолетами поля боя определились окончательно – ими стали бронированные штурмовики Ил-2 и пикирующие бомбардировщики Пе-2. Однако до 1944 года в небе можно было увидеть и «сушки», корректирующие огонь артиллерии. Это был идеальный для выполнения таких задач самолет.
Подоплека
На испытаниях в апреле 1933 года своего рода сенсацию произвел самолет «Хейнкель» Не-70. Конструкторы фирмы создали машину с блестящими аэродинамическими формами, которая развивала у земли скорость 377 километров в час, притом что в моторном отсеке стоял уже устаревший двигатель BMW-VI. Французские коллеги прикинули ТТХ самолетов, которые немцы создадут на основе заявленного как почтово-пассажирский экспресс He-70. Получалось, что с 860-сильным мотором «Испано-Сюизы» двухместный легкий разведчик и бомбардировщик способен летать на скорости 430 километров в час на высоте до 4000 метров. Потолок – 9000 метров, максимальная дальность полета – 1500 километров. Французы, как в воду глядели: вслед за пассажирским появились военные варианты ближнего бомбардировщика и разведчика – Не-70F и Не-170А.
комментарии (0):
ЭКСПОРТ НОВОСТЕЙ/RSS