«Подпиши и получи»

Об успешной попытке индонезийской авиакомпании «оптимизировать» возможные выплаты после катастрофы, произошедшей в октябре 2018 года, сообщила американская The New York Times. По данным газеты, родственников погибших — на борту рейса, направлявшегося из Джакарты в Панклпинанг, находилось 189 человек, при крушении через 13 минут после взлета не выжил никто — пригласили на встречу и предложили подписать соглашение, по условиям которого им полагалась выплата в размере 1,3 млрд индонезийских рупий ($91,6 тыс.). «Однако эта сумма, хоть она и не может считаться недостаточной для бедных семей, которым надо оплачивать счета и отправлять детей в школу, примерно соответствовала минимуму, который в таких случаях гарантирован индонезийским законодательством», — отмечается в статье.

Помимо того что перевозчик рассчитывал обойтись малой кровью в удовлетворении финансовых претензий родственников погибших на борту Boeing 737 MAX 8, в условиях договора была еще одна крайне существенная уловка. Подписавшие форму отказывались от каких-либо дальнейших правовых претензий к Lion Air, ее страхователям и производителю.

В общей сложности список компаний, которые получали иммунитет от потенциальных исков, насчитывал несколько сот пунктов и был отпечатан на восьми страницах. Судя по копии документа, оказавшегося в распоряжении NYT, им также запрещалось разглашать условия самого соглашения об отступных.

Попытка «не переплатить» родственникам жертв авиакатастрофы была предпринята даже несмотря на то, что в индонезийском законе от 2011 года говорится, что при получении компенсаций, сумма которых определена правительством, семьи погибших не лишаются права на судебные иски против перевозчика или других организаций, которые могли быть причастны к аварии. «У наследников жертв также нет обязательств подписывать какие-либо требования, в том числе соглашения об освобождении от исполненных обязательств, — приводит газета слова Ахмада Судиро, декана юридического факультета в Университете Таруманагара в Джакарте. — Возможно, компания просто хитрит».

Родственники пассажиров и членов экипажа упавшего в Яванское море Boeing также рассказали, что на встречу с представителями авиакомпании им запретили приходить с адвокатом (даже несмотря на то, что соглашение такую возможность предусматривало) и, кроме того, запретили забирать документ с собой. Кто-то сообщил, что согласился подписать бумаги в том числе из-за не прекращавшегося давления со стороны авиакомпании.

Реакцию властей Индонезии на ситуацию можно назвать сдержанной: минтранс пока лишь направил Lion Air письмо с напоминанием, что перевозчик обязан следовать авиационным правилам. В ответ представители лоукостера уведомили профильное ведомство о своей готовности следовать законодательным нормам.

«Мы тоже жертвы»

Убедить отказаться от законных прав и претензий удалось не всех. Родственники более чем 20 погибших подали в США судебные иски к корпорации Boeing. Среди истцов — семья второго пилота лайнера Харвино. В направленном в суд ходатайстве они утверждают, что самолет «был неисправен и находился в состоянии, которое делало его неоправданно опасным для целевого использования».

Сестра погибшего летчика Винни Вуландари говорит, что семья подала иски к Boeing, а Lion Air отказалась выплатить его пенсию и нарушила устное соглашение оплатить учебу пилота. Кроме того, в авиакомпании отказываются от дальнейших контактов с родственниками Харвино, говорит она. «Они (топ-менеджеры перевозчика) заблокировали мой номер, — утверждает женщина. — Компания относится к нам просто ужасно. Мы тоже жертвы».

Многие истцы считают, что виновность авиапроизводителя несомненна. «Нет никаких вопросов в том, что Boeing несет ответственность за эти аварии, и единственное, что надо определить — это меру ее вины», — приводит The Los Angeles Times слова адвоката Стива Маркса из юридической фирмы Podhurst Orseck, которая представляет интересы семей 20 жертв катастрофы рейса Lion Air.

Иски к Boeing явно будут подаваться в Соединенных Штатах чаще, чем в Африке или Индонезии. Дело в том, что в США, исходя из прецедентов, выплата на каждого погибшего может составлять от $2 млн до $3 млн при том, что в Эфиопии компенсация может составить лишь порядка $200 тыс., отметил нью-йоркский адвокат Джастин Грин в беседе с Reuters.

Проблем всё больше

Говорить о выплате дополнительных компенсаций — от Boeing, индонезийской авиакомпании или других ответственных сторон — в любом случае можно будет более предметно лишь после того, как будут установлены причины катастрофы. Необходимость получить ответы на вопросы о том, что же пошло не так, стала еще более насущной после того, как в марте разбился еще один Boeing 737 MAX 8 — лайнер Ethiopian Airlines упал 10 марта вскоре после вылета из Аддис-Абебы. В этой трагедии погибли все 157 человек, находившихся на борту, среди них было трое россиян.

Понятно, что расследование авиационных катастроф — дело непростое и не быстрое. Однако уже сейчас в двух авариях просматриваются одинаковые обстоятельства. В частности, речь может идти о том, что при разработке программного обеспечения, которое используется в системе управления, были допущены просчеты, из-за которых самолет может перейти в пике. При этом в Boeing, как утверждают некоторые истцы, знали или по меньшей мере догадывались о существовании этого дефекта, однако не уведомили авиакомпании и не занялись решением проблемы.

Базирующийся в Чикаго авиагигант уже ведет активную работу по устранению возможных недостатков — и спасению собственной репутации, по которой две трагедии с самолетом одной и той же модели нанесли мощный удар. В частности, Boeing, по информации The Wall Street Journal, получила предварительное одобрение властей США на внесение обновления в ПО для модели 737 MAX, призванное устранить проблемы с управлением.

Разбираться авиастроителю предстоит и с еще одной неприятной ситуацией — хотя и не такого масштаба, как гибель двух лайнеров меньше чем за полгода. Газета The Washington Post выяснила, что за счет лоббистских кампаний и налаживания связей в Белом доме и на Капитолийском холме Boeing смогла провести через конгресс законы и подзаконные акты, которые значительно ограничивали регулирующие органы, в частности, Федеральное авиационное управление, в техническом контроле над ее самолетами. Только в 2018 году авиастроители потратили на лоббирование своих интересов в конгрессе, ФАУ и других федеральных службах не менее $15 млн, отмечает WP. На фоне двух катастроф подобные действия компании, даже если они осуществляются в рамках закона, вряд ли будут спокойно восприняты обществом и юристами.

Жесткая посадка

После второй катастрофы 737 MAX практически все страны мира запретили полеты самолетов этой модели, от их использования, во всяком случае, на время отказались ведущие и региональные перевозчики. Для авиакомпаний подобные меры необходимы для обеспечения безопасности перевозок, однако связанные с этим расходы выливаются в кругленькую сумму.

О том, чтобы переложить затраты из-за простоя на предполагаемого виновника, задумалась, в частности, Norwegian Air. На прошлой неделе авиакомпания объявила о том, что выставит Boeing счет за невыполненные рейсы — всего у нее 18 лайнеров 737 MAX при том, что общий флот насчитывает 160 машин. Boeing, впрочем, может избежать хотя бы этих расходов — авиационные страховки покрывают подобные случаи, рассказал в беседе с LAT Марк Домброфф, адвокат юрфирмы LeClairRyan, которая часто защищает интересы авиакомпаний.

Окно возможностей

На фоне этих отказов глава российского Минпромторга Денис Мантуров заявил о том, что Москва ведет с Джакартой переговоры — пока предварительные — о поставках в Индонезию среднемагистральных МС-21. По словам министра, сейчас главные усилия сосредоточены на сертификации МС-21-300. «Сертификация по российским и европейским нормам и начало эксплуатации позволит уже, в свою очередь, активизировать продвижение самолета в Юго-Восточную Азию и другие регионы», — отметил Мантуров.

У нового российского среднемагистрального самолета наверняка будет непростой путь в небо, тем более — в зарубежное. Но эта конкуренция с европейскими и американскими аналогами выглядит борьбой. Как и любая коммерческая операция, эта борьба направлена на извлечение прибыли — за счет точности экономических расчетов и оригинальности конструкторских решений, исследований маркетологов и усилий дипломатов.

Контраст с хитрыми приемчиками перевозчиков и других причастных к трагедии сторон, которые стремятся явно неэтичными методами минимизировать свои расходы на компенсацию человеческой беды, получается разительный.