«САМЫЙ НЕГАТИВНЫЙ ПРИМЕР — ЭТО ВОЗМОЖНОСТЬ ОРГАНИЗАЦИИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА»

Не прошло и полгода, как Александр Хинштейн в результате довыборов вновь получил депутатский мандат, а в стенах Госдумы уже вызрел законопроект в интересах его бывшего шефа, Виктора Золотова, и других силовиков. Экс-советник директора Росгвардии, занявший в нижней палате парламента уже привычную должность зампреда комитета по безопасности, стал одним из авторов документа, позволяющего правоохранителям сбивать гражданские беспилотные аппараты. Об этой инициативе уже сообщали СМИ, в том числе «БИЗНЕС Online», но в «Парламентской газете» был организован специальный круглый стол, за которым собрались Хинштейн со товарищи. Что ж, пиар законопроекту в преддверии его первого чтения лишним не будет.

Как признался Александр Евсеевич, над документом работали не только депутаты, но и представители заинтересованных силовых ведомств. За новый законопроект ратовали представители «тяжелой артиллерии»: начальник управления организации использования воздушного пространства Росавиации Сергей Мартыненко, начальник отдела авиации и беспилотных летательных аппаратов ГУ МЧС по Москве Вячеслав Алешин и некто Дмитрий Громов, загадочно представленный как «эксперт силовых структур». Все они старательно убеждали журналистов, что никакие новые запреты, репрессии, ограничения, санкции или «держимордные меры» к владельцам дронов применяться не будут, как и к общеизвестным борцам с коррупцией. Что характерно, фамилия Алексея Навального, чья команда очень активно использует квадрокоптеры для расследований ФБК, не прозвучала ни разу.

Судя по статистике, которую позднее привел Мартыненко, динамика еще круче. По данным представителя Росавиации, в 2016 году было обеспечено 16 695 полетов беспилотников, в 2017-м — 32 962 полета, а в 2018-м — 52 531 полет. При этом в 2016-м зафиксировано 40 нарушений, в 2017-м — 74, в 2018-м — 120. Отталкиваясь от этих цифр, Мартыненко заявил, что Росавиация поддерживает принятие законопроекта, о котором подробно рассказал бывший журналист Хинштейн. 

«В ЧАСТИ БЕСПИЛОТНЫХ СУДОВ НИКАКИХ ПОЛНОМОЧИЙ У ФСБ НЕТ»

В качестве свежего примера Хинштейн напомнил, что территории народных гуляний — таких как наступившая Масленица — контролируют войска национальной гвардии. «Невозможно в местах скопления граждан проехать на мотоцикле, машине, велосипеде или самокате. Это все понимают, и никакого отторжения не вызывает. В то же время закон не дает полномочий сотрудникам той же Росгвардии, которая в данном случае обеспечивает безопасность на этих мероприятиях, что-либо делать с появляющимися там же беспилотными суднами. Они не могут их посадить, не могут ограничить и не могут, в конце концов, сбить», — сетовал автор законопроекта.

При этом Хинштейн многозначительно умолчал, например, про то, как та же Росгвардия будет регулировать беспилотники, скажем, на митингах протеста. Вместо этого он то и дело погружался в беспроигрышную тему возможных терактов. «То же самое касается полномочий ФСБ в зоне проведения контртеррористической операции», — продолжил депутат, добавив, что и для этих зон устанавливается конкретный регламент, ограничивающий передвижение транспорта и граждан. «Чтобы постороннее лицо, любое транспортное средство могло спокойно двигаться по зоне проведения КТО, оно должно иметь соответствующее разрешение руководителя КТО. В части беспилотных судов опять же никаких полномочий у ФСБ нет, — констатировал Хинштейн. — И возникает правовая коллизия, когда, с одной стороны, мы говорим о необходимости эффективно обеспечить безопасность проведение массовых мероприятий, обеспечить безопасность и сохранность зоны выполнения оперативных служебно-боевых задач, но в то же время конкретного инструментария в руках правоохранителей сегодня нет».

Собственно, поэтому и планируется внести изменения в четыре отраслевых закона, в которых прописаны полномочия ФСО, ФСБ, Росгвардии и МВД. Сотрудники этих структур получат право пресекать полеты квадрокоптеров в запрещенных зонах, обеспечивать их принудительную посадку, а при необходимости, как уже говорилось, сбивать. Как будут устанавливаться особые зоны, отдельно пропишут в законе.

Для пущей убедительности Хинштейн добавил, что подобная практика не является сугубо российской. Дескать, с данной проблемой сталкиваются многие страны. Например, в США после ряда инцидентов с декабря 2014 года запрещены полеты беспилотников над всей территорией Нью-Йорка. Депутат напомнил, что и над Москвой любые полеты строго регламентированы. (Хинштейн тут мягко выразился. Легально запустить над столицей частный дрон практически невозможно — настолько строгие правила здесь введены).

«Наш законопроект не направлен на создание каких-либо дополнительных новых ограничений, мы не вводим никаких новых запретов. Мы упорядочиваем то, что существует по факту, и даем нашим правоохранителям реальный инструментарий для того, чтобы выполнять поставленные перед ними задачи в рамках их полномочий. Никаких новых репрессивных, жестких санкций, шагов данный законопроект не предусматривает», — обнадежил Хинштейн. Его незамедлительно поддержал все тот же Мартыненко, добавивший, что законопроект будет касаться только незаконных полетов. Ремарка была явно лишней: согласитесь, будет странно, если силовики примутся сбивать дроны с официальным разрешением на запуск.

«СЕРЬЕЗНО НАТАСКАННАЯ ПТИЦА МОЖЕТ СБИВАТЬ ДРОН»

Между тем «силовик» Громов затронул нюансы, связанные с  дискуссией, которая развернулась вокруг законопроекта в «разных пабликах». «Любая запретительная мера вызывает протестную реакцию. Зачастую неосмысленную. За этим сразу же видятся нашумевшие расследования. Дескать, таким образом силовикам позволяют запрещать расследования в отношении коррупционеров и прочее. Не буду сейчас называть, все и так понимают, о чем я говорю. Пишут о том, что будут вводиться дополнительные держимордовские меры», — коснулся скользкой темы Громов. После этого он перешел на личности. «Возмущаются те, кто дрон в глаза не видел и в руках не держал. А в число жертв, среди которых они могут оказаться в результате террористического акта, себя почему-то не ставят», — рассудил Громов и без всякого перехода рассказал о том, что сегодня в мире существует четыре способа сбить гражданский дрон.

Первый способ — через подавление радиосигнала, второй — с помощью сети, которую выстреливают с земли, третий — с помощью «собрата», боевого беспилотника, и четвертый — самый неожиданный. «Есть метод с использования птиц, орлов. Серьезно натасканная птица, которая может сбивать дрон и приземляться с ним», — удивил журналистов эксперт. При этом он заметил, что спецслужбам будет трудно сбивать беспилотники, так как отслеживание и «отлов» дронов — весьма специфический навык. А у нас сегодня недостаточно специалистов, способных грамотно «высокопилотажно» управлять беспилотным аппаратом, констатировал Громов, сославшись на свой спецназовский опыт.

Представитель МЧС по долгу службы обратил внимание на ситуации, связанные с несанкционированным применением дронов СМИ. «Когда в Москве случается любое резонансное происшествие, чрезвычайное происшествие, либо крупный пожар, либо обрушение, не дай Бог зданий, к сожалению, уже через 10–15 минут на месте появляется неопознанный беспилотник и начинает снимать „жареные кадры“», — констатировал Алешин. В качестве примера он вспомнил пожар торгового центра «Персей» в апреле 2018 года, при ликвидации которого пострадали сотрудники МЧС. Их нужно было срочно доставить на вертолетах в больницу. Но на той же территории работал беспилотник, и хорошо, что пилоты вертолета вовремя его заметили, избежав столкновения. 

«ЧТО ТАКОЕ 3 КИЛОГРАММА ТРОТИЛА? ПО ФАКТУ ЭТО СЛОЖЕННОЕ ЗДАНИЕ СРЕДНЕГО РАЗМЕРА»

Затем слово вновь взял Хинштейн, который напомнил, что, согласно Воздушному кодексу, беспилотники весом от 250 г до 30 кг подлежат государственному учету. Тот же кодекс устанавливает ограничения над пролетами в запретных зонах. Они могут устанавливаться над национальными парками, государственными заповедниками, памятниками архитектуры, ключевыми промышленными комплексами, на полигонах и проч. «Правила есть, а запрета нет», — вновь переживал Хинштейн, ссылаясь на то, что над закрытыми городами типа Сарова или Снежинска запрещено летать даже гражданским самолетам. Но обычный дрон росгвардейцы принудительно посадить не могут.

«Стоит в том же самом Сарове воинская часть… На территорию Сарова даже мышь не проскочит. А беспилотник пролетит. Что делать бойцам, которые стоят на охране этого закрытого объекта? Применять оружие? А кто будет нести ответственность за последствия? Завтра собственник беспилотника подаст в суд и потребует заплатить ему моральный и материальный ущерб на сумму в 10 миллионов рублей. Кто будет выплачивать? Наш законопроект решает и эту задачу. Если нарушитель будет сбит, уничтожен, то ответственность будет точно такая же, как во всех остальных подобных случаях», — проинформировал Хинштейн. То есть если спецназ при задержании преступника взламывает дверь в квартире, то платить за сломанную дверь бойцам не придется.

И уже в который раз Хинштейн вспомнил о том, что дроны могут использоваться для диверсионных и террористических актов. По его словам, нет никаких гарантий, что завтра наполненный взрывчаткой 3-килограммовый дрон не будет направлен на марширующих людей, пришедших на парад. «Я никого сейчас, упаси Господь, не пугаю, страшных картин не рисую. Но я говорю о той реальности, которая теоретически может произойти. Как действовать в рамках этой реальности сотрудникам полиции, Росгвардии, военнослужащим? Какие полномочия у них есть? С точки зрения действующего законодательства никаких. Получается абсурд. Получается, что… у государства нет возможности реализовать права для того, чтобы защитить свою безопасность и безопасность своих граждан», — резюмировал Хинштейн.

«Что такое 3 килограмма тротила? По факту, это „сложенное“ здание среднего размера», — вторил ему Громов. Еще он добавил, что с помощью дронов все чаще закидывают наркотики в «зоны»: число преступлений, связанных с доставкой запрещенных веществ на территории исправительных учреждений, выросло за последнее время в 12,5 раза. Правда, эксперт не уточнил, сколько лет вошло в это «последнее время».

В контртеррористический угар вновь вклинился Алешин, разумно заметивший, что беспилотник способен причинить как минимальный, так и весьма существенный ущерб. Например, дрон может упасть на дорогой автомобиль ценой 5 млн рублей и выше. «А если, не дай Бог, упадет на человека? Помимо Административного кодекса, есть и уголовная статья 171», — сообщил представитель МЧС. Он напомнил, что в случае, если использование беспилотника привело, даже по неосторожности, к тяжкому вреду здоровью или к смерти человека, то для владельца дрона предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет. Но это уже совсем другая история.