Немного истории

В 1958 году вскоре после запуска первого советского спутника «ПС-1» юристы и политики разных стран начали обсуждение вопросов правового регулирования космического пространства и космической деятельности. Было очевидно, что правовой вакуум в отношении вакуума космического может привести к опасным международным конфликтам, в перспективе угрожающим самому существованию цивилизации на Земле.

К счастью, до такого не дошло, и в 1967 году началось подписание договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела. До настоящего времени этот договор является правоустанавливающим документом в решении возникающих космических вопросов. Его подписали и ратифицировали 109 стран, среди которых все основные космические державы. Еще полтора десятка стран в процессе ратификации — в основном это государства, у которых нет космической программы, а потому они и не торопятся.

Именно этот документ стал правовой основой демилитаризации космоса, запретив размещение ядерного оружия или любого другого оружия массового уничтожения на орбите Земли, установки его на Луне или любом другом небесном теле, или на станции в космическом пространстве. То, что в настоящее время на орбите не находятся десятки ракет с ядерными боеголовками, тоже во многом заслуга этого договора.

Отдельно в договоре оговаривается, что ни одно государство не может предъявлять претензию на владение небесным телом или его частью. То есть юрисдикция и контроль распространяются только на рукотворные объекты. Можно владеть космическим аппаратом или даже построить лунную базу, как орбитальную, так и на поверхности, и она будет принадлежать вам. Но присвоить себе Луну, забрать в пользование отдельный кратер или астероид по этому договору нельзя.

А как же тогда компании, продающие участки на Луне или других небесных телах? Как этот бизнес согласуется с договором о космосе? На самом деле все «документы» о приобретении участков лунной поверхности или звезд, или астероидов — лишь красивые кусочки бумаги, юридической ценности они не имеют никакой, что бы ни говорили владельцы этого бизнеса.

Проблемы лунной добычи

Однако возникает вопрос — а как быть с результатами хозяйственной деятельности? Например, вы добываете из лунного льда кислород и водород, чтобы использовать как топливо? Принадлежит ли оно вам и можете ли вы его продавать или по договору о космосе это невозможно? По идее, регулировать эти проблемы должно соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах, созданное ООН в декабре 1979 года. Но, увы, к этому договору не присоединилась ни одна из стран с серьезной космической программой.

Зато в апреле 2020 года президент США Дональд Трамп подписал исполнительный указ о коммерческой добыче полезных ископаемых на Луне и других небесных телах. В нем сказано, что американская администрация будет противодействовать любым попыткам со стороны любого другого государства или международной организации трактовать соглашение о Луне как отражающее или каким-либо иным образом выражающее обычное международное право.

Президент США Дональд Трамп:
У американцев должно быть право вести коммерческое исследование, добычу и использование ресурсов в космическом пространстве в соответствии с применимым законодательством. Космическое пространство является с юридической и физической точки зрения уникальным полем для деятельности человека, и Соединенные Штаты не рассматривают его в качестве всеобщего достояния. Таким образом, политика США должна заключаться в том, чтобы стимулировать международную поддержку добычи и использования ресурсов в космосе со стороны государственных и частных действующих лиц.

Зачем это нужно США? Почему они решили пойти наперекор мировому сообществу и начать создавать собственные принципы правового регулирования? Всё дело в американской лунной программе «Артемида». Она стартовала в июле 2019 года и финалом ее первой части должен стать пилотируемый полет к Луне в 2024 году с высадкой на поверхность в районе южного полюса. Но как высадка на Луну противоречит соглашению о Луне?

Никак, но это только первая часть проекта «Артемида». Второй должна стать постройка сначала орбитальной, а после 2028 года и постоянной обитаемой лунной базы. Даже огромный американский бюджет не сможет потянуть такую миссию, а значит, нужно объединяться с другими странами и другими государственными космическими агентствами. Например, к США уже присоединилось Европейское космическое агентство (ESA), рассчитывающее вложить в программу «Артемида» около $3 млрд уже на первом этапе. Итальянское подразделение агентства Thales Alenia Space займется постройкой международного жилого модуля I-Hab для окололунной орбитальной станции Deep Space Gateway. А французы из TAS будут работать над разработкой и изготовлением многофунционального модуля ESPRIT.

Впрочем, для того чтобы к миссии «Артемида» присоединились не только государственные агентства, но и частные инвесторы, их требуется заинтересовать. Как раз на это и нацелены разработанный совместно с NASA комплект специальных соглашений, устанавливающих основные принципы освоения Луны, — Artemis Accords.

Чтобы инвесторы пришли в проект, требуются четкие, выгодные для коммерческих компаний правила с возможностью в перспективе получить прибыль от космических миссий и разработку недр Луны и других небесных тел. Пока же, по духу соглашения о космосе, нельзя перевезти на земную орбиту дорогостоящий астероид, состоящий из редких металлов, и начать бизнес, продавая его по частям и доставляя на Землю. Хотя такие проекты существуют.

«Соглашения Артемиды» могут стать новой, максимально коммерческой страницей мирового освоения космоса, когда на Луну и к другим небесным телам устремятся частные корабли и космические аппараты, главной задачей которых станет возможность извлечения прибыли из любого встретившегося на пути космического объекта. И однозначно ответить, хорошо это или плохо, пока не представляется возможным.

Время на раздумье

Что на «соглашения Артемиды» ответят Россия и Китай? Если России, по крайней мере на словах, предлагают присоединиться, то китайскую сторону США, как обычно, вообще не принимают в расчет. И как реагировать, если, с одной стороны, США указывают на постоянную приверженность договору 1967 года, а с другой — трактуют его максимально расширенно, наиболее удобным для себя образом?

Просто выразить протест и успокоиться не получится, уже сейчас понятно, что вопрос хозяйственного освоения Луны и других небесных тел встал очень остро. Можно ли использовать для этого частные компании, как быть с добычей полезных ископаемых и другими коммерческими проектами? Нужно четко договориться о том, как будет действовать в этих случаях мировое космическое право. Какими документами будут руководствоваться уже сейчас создающиеся компании по добыче астероидов? И главное, как будет действовать российская космонавтика в этой ситуации?

Как говорит Иван Косенков, член Международного института космического права: «Соглашения Артемиды» представляют собой яркую иллюстрацию эрозии международного права. Конечно, понятно желание США в обход комитета ООН по космосу принять многостороннее соглашение «узким составом»: по факту с 1970-х комитет ООН по космосу был не в состоянии принять какой-либо обязывающий документ.

Но, по идее, столь значимые вещи, как добыча и присвоение внеземных ресурсов, должны обсуждаться на уровне ООН, а не регулироваться национальным законодательством или соглашениями, принятыми таким узким составом участников.

Более того, «соглашение о Луне» 1979 года противоречит положениям «соглашений Артемиды». Исходя из этого понятно стремление США заручиться поддержкой своей точки зрения на освоение внеземных ресурсов со стороны других государств, поэтому они предлагают присоединиться к разработанному ими документу всем другим странам, в том числе России.

Насколько России нужно в это ввязываться? Если мы принимаем парадигму, выработанную США с «зонами безопасности» и присвоением ресурсов, — то да. Если у нас другая точка зрения — наверное, нет. Нужно учесть, что положения «соглашений Артемиды» будут обязательны для нас, только если мы их примем».

Проблема в том, что у современной России нет мощной международной поддержки, да и возможных проектов по использованию небесных тел тоже пока нет. Вот и получается, что либо придется признать «право сильного» и присоединиться к тренду коммерциализации космоса, либо создавать какое-то предложение в противовес, способное составить конкуренцию американскому. Но есть ли в настоящее время на это силы и средства, а главное, какой стратегии будет придерживаться современная российская космонавтика?