Ространснадзор по итогам совещания рекомендовал провести дополнительные демонстрационные полеты на самолете и тренажере «Аэрофлота» совместно с летчиками-испытателями профильного института – ГосНИИ гражданской авиации. Копия протокола совещания есть в распоряжении «Ведомостей», ее подлинность подтвердил один из участников.

Утром 5 мая 2019 г. SSJ100 вылетел из Москвы в Мурманск, но из-за попадания в него молнии вернулся в «Шереметьево», совершил аварийную посадку и загорелся. Жертвами катастрофы стал 41 человек. В апреле 2020 г. Следственный комитет завершил расследование происшествия. Командиру судна Денису Евдокимову предъявили обвинение по ч. 3 ст. 263 УК РФ («Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц»), ему грозит лишение свободы на срок до семи лет. Дело находится на слушании в Химкинском суде Московской области.

Межгосударственный авиационный комитет (МАК) пока опубликовал только предварительный отчет о происшествии. В нем не делается однозначных выводов о причинах катастрофы, но содержатся сведения о ходе полета, переходе самолета в direct mode после удара молнии, посадке с превышением допустимой массы судна, отклонении от глиссады, «козлении» (прыжки самолета по полосе) и др. Комиссия МАК не дала окончательной оценки и действиям экипажа, также запланировав провести для этого тесты на тренажере.

Ранее по теме: Пилот сгоревшего в «Шереметьево» SSJ100 впервые изложил свою версию трагедии
Осенью 2019 г. тестирование тренажера SSJ100, установленного в «Шереметьево», уже проводили эксперты Росавиации, авиарегистра МАК и Европейского агентства авиационной безопасности (EASA). Тренажер признан годным. «В обоих режимах работы (normal mode и direct mode. – «Ведомости») динамика полета самолета хорошо воспроизведена на тренажере», – говорится в протоколе ноябрьского совещания в Ространснадзоре.

Тем не менее заявления «Аэрофлота» о качестве работы тренажеров должны быть проверены комиссией МАК в рамках расследования, говорят эксперты. «Привитие летному составу неправильных навыков пилотирования недопустимо», – говорит исполнительный директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев. Но этот факт, даже если его докажут эксперты комиссии, вряд ли станет решающим в отчете МАК.

Главный редактор отраслевого портала Avia.ru Роман Гусаров напоминает, что комитет, как правило, не указывает на одну причину катастрофы, а говорит о комплексе факторов, приведших к ней. «Может оказаться, что тренажер не соответствовал нормам, но отдельно от других обстоятельств этот факт ни о чем не говорит. Другой сценарий – если при этом вся программа подготовки пилота, включая тренажер, не позволила ему справиться с пилотированием. Еще один – программа не была адекватна, но и пилот вел себя неправильно», – рассуждает эксперт. Эксперты говорят, что МАК, вероятнее всего, даст рекомендации всем участникам происшествия по исправлению недочетов и неисправностей, а суд выберет меру наказания для виновных.

Оба эксперта напоминают, что тренажер SSJ100 получил сертификацию авиавластей России и Европы. Об этом говорит в беседе с «Ведомостями» и представитель «Иркута». «Региональные самолеты» (филиал «Иркута», производитель SSJ100) ранее никогда не получали от авиакомпаний и учебных центров претензий к точности моделирования полета на тренажерах, на них уже прошли подготовку сотни российских и иностранных пилотов, добавляет он. Сегодня используются четыре тренажера SSJ100, три разработаны британской компанией L3 Commercial Training Solutions (ранее – Thales Training & Simulation) и установлены в «Шереметьево», «Жуковском» и в Венеции, четвертый построен ЦНТУ «Динамика» при участии «Гражданских самолетов Сухого» (ГСС, теперь – «Региональные самолеты») и установлен в Ульяновске. Все тренажеры соответствуют высшей категории точности имитации полета самолета, они сертифицированы Росавиацией и EASA, уточняет представитель «Иркута».

«Аэрофлот» давно ведет спор с производителем о причинах трагедии, защищая свои интересы и свою программу подготовки пилотов, говорят три источника «Ведомостей», близких к ОАК и к эксплуатирующим самолет компаниям. Усомнившись в качестве тренажера, перевозчик в очередной раз отводит подозрения от себя, говорят собеседники. Источник в группе «Аэрофлот» сообщил, что компания ранее не указывала производителю на проблему с тренажером, так как случаев полета в direct mode было всего шесть за почти 10 лет эксплуатации лайнера, поэтому «летчики не могли вспомнить свои ощущения в полете и соотнести их с поведением тренажера».

«Ведомости» направили официальный запрос в «Аэрофлот».

Представители других компаний, эксплуатирующих SSJ100, – «Ираэро», «Северстали» и Red Wings – сообщили, что никаких нареканий и жалоб по работе тренажеров у компаний и их экипажей нет. «На тренажере полет в режиме direct mode является обязательным элементом для выполнения программы тренировки», – добавили в «Ираэро». В Red Wings уточнили, что в Федеральных авиационных правилах (ФАП) не прописано требование специально отрабатывать пилотирование в direct mode, тем не менее все пилоты компании отрабатывали ситуации, когда самолет переходит в этот режим. «Переход в direct mode не является аварийной ситуацией, это всего лишь усложнение условий полета», – уточнил представитель Red Wings. Представители «Ямала» и «Якутии» не ответили на запросы «Ведомостей».