Новые задачи

Как рассказали «Известиям» источники в военном ведомстве, задачей вертолетов на Каспии будут в первую очередь поисково-спасательные операции. При необходимости машины смогут перевозить также морскую пехоту и десантников флотилии. В дальнейшем к ним присоединятся самолеты-амфибии Бе-200. Вопрос ввода в штат ударных машин находится на этапе рассмотрения, добавили собеседники издания. Пока в состав морской авиации Каспийской флотилии (КФл) не войдут уникальные вертолеты-амфибии Ми-14.

О планах создания в Каспийске авиационной эскадрильи в мае 2019 года рассказал журналистам командующий Каспийской флотилией контр-адмирал Сергей Пинчук. Но тогда он не уточнил сроки появления данного формирования. По его словам, кроме Бе-200 было запланировано получение и вертолетов Ми-14 — амфибийной версии транспортного Ми-8, которая способна садиться на воду и взлетать с нее. На этой неделе информацию о скором появлении на Каспии морской авиации подтвердил в своем выступлении в рамках итоговой коллегии Минобороны (состоялась 21 декабря) командующий Южным военным округом генерал армии Александр Дворников.

Появление авиации в КФл станет возможным благодаря крупномасштабным работам по созданию новой полноценной базы. На итоговой коллегии глава военного ведомства Сергей Шойгу сообщил, что в Махачкале в этом году введены в строй объекты военной инфраструктуры и причальный фронт для кораблей, завершена отсыпка северного и южного молов общей протяженностью около 3 км.

Ранее Минобороны отчиталось, что к лету 2020-го завершен перевод из Астраханской области к местам базирования в Республике Дагестан командования флотилии, ее штаба, кораблей и береговых частей.

Прежде корабли базировались в Астрахани. Для выхода в море им приходилось идти около 100 км по Волге. Зимой и во время летнего обмеления это было сделать непросто. Новая база позволяет круглогодично оперативно реагировать на любую ситуацию в регионе.

Даже во времена СССР флотилия не имела собственной авиации. Последние её авиачасти расформировали в 1948 году. С 1960-х годов Каспийское море использовалось для отработки технологии десантных и ударных экранопланов — гибридов между самолетами и кораблями. Большую известность среди них получил гигантский «Лунь», прозванный за рубежом «Каспийским монстром». Сегодня при отработке совместных действий с флотилией используется авиатехника Черноморского флота и Южного военного округа.

— В советское время на Каспии держали относительно небольшие силы, поскольку вблизи был только Иран, который серьезной угрозы никогда не представлял, — рассказал «Известиям» экс-замглавы МИД РФ Сергей Орджоникидзе. — Сегодня у России хорошие отношения со всеми государствами региона — и с Ираном, и с Азербайджаном, и с Казахстаном, и с Туркменией. Тем не менее, данное направление нельзя назвать стабильным. Достаточно вспомнить недавний конфликт в Нагорном Карабахе. Поэтому Россия должна усиливать Каспийскую флотилию и регулярно проводить там учения.

Каспийская флотилия продемонстрировала свое стратегическое значение в 2015 году, когда ее корабли нанесли удары по объектам террористов в Сирии, отметил эксперт.

— Это был большой сюрприз для всего мира, а особенно для террористов и их покровителей, — заявил Сергей Орджоникидзе. — Россия показала, что это зона ее влияния и у нее есть для этого возможности. Кроме того, корабли из акватории Каспийского моря могут при необходимости поддержать силы на Черном море, где обстановка более напряженная — туда зачастую заходят корабли НАТО, залетают разведывательные самолеты альянса и так далее.

Ударная флотилия

В 2015 году Каспийская флотилия попала в заголовки ведущих мировых СМИ. 7 октября она нанесла массированный удар по экстремистам в Сирии. «Дагестан», «Град Свияжск», «Углич» и «Великий Устюг» применили 26 крылатых ракет «Калибр» по 11 целям. Это стало боевым дебютом и для оружия, и для кораблей. До того они применялись и участвовали только в учениях.

Впоследствии массированный удар ракетами из акватории Каспия повторился 20 ноября 2015-го. Тогда 18 «Калибрами» обстреляли семь целей ИГ (запрещена в России). В то же время из Черного моря удары по территории Сирии ни разу не наносились. Из-за особенностей географии кораблям ЧФ приходится для этого проходить проливы Босфор и Дарданеллы и подходить близко к САР.

Каспийская флотилия может служить резервом для Черноморского флота. В прошлом году два ее малых ракетных корабля — «Град Свияжск» и «Великий Устюг» — по внутренним морским путям перешли в Черное море, а оттуда в Средиземное, где присоединились к российской группировке у берегов Сирии. Затем они тем же путем вернулись на свою базу.

Сейчас в КФл числятся два сторожевых и три малых ракетных корабля, семь малых артиллерийских кораблей и катеров, а также тральщики. На четырех боевых единицах имеется по восемь крылатых ракет «Калибр». Они могут поражать как наземные, так и надводные цели на расстоянии не менее полутора тысяч километров. Морскую пехоту и ее бронетехнику флот может перебрасывать на восьми десантных катерах.

В 2018 году на новой базе в Каспийске вместо двух отдельных батальонов сформировали полк морской пехоты. Развернули на побережье и дивизион берегового ракетного комплекса «Бал» с противокорабельными ракетами Х-35.

Каспийскую флотилию создал Пётр Первый своим указом от 15 ноября 1722 года. При утверждении российской государственности в регионе это сыграло важную роль. В настоящее время она остается сильнейшей на Каспии, превосходя по количеству и мощи кораблей все остальные прибрежные государства вместе взятые.

Сегодня Каспийское море — внутренний водоём пяти государств. На его морском шельфе разведаны серьезные запасы полезных ископаемых, в первую очередь нефти. Всё постсоветское время это вызывало споры и политические конфликты.

12 августа 2018 года лидеры России, Азербайджана, Ирана, Казахстана и Туркменистана подписали Конвенцию о правовом статусе Каспийского моря. Переговоры о ее условиях продолжались с 1996 года. Основная часть акватории и биоресурсов Каспия остались в общем доступе. Дно и недра разделили на национальные сектора. Политический документ должен был снизить напряжённость между странами региона по вопросу распределения ресурсов.

Тем не менее даже после подписания вопрос о подводных границах остается урегулированным не по всем участкам, особенно в южной части моря. Кроме того, соглашение всё еще не ратифицировано парламентом Ирана.