Заявления Трампа о якобы "хороших отношениях" с Россией и готовности заключить новый Договор, если Кремль до конца года устранит претензии США по действующему документу, выглядят скорее дипломатической уловкой, чем серьезным намерением. Нечто подобное мы уже слышали, когда Вашингтон, к примеру, захотел выйти из Договора о ракетах средней и меньшей дальности.

Рвать соглашения без каких-то предварительных условий - не в манере Соединенных Штатов. В администрации Трампа прекрасно знают, что даже в американском истеблишменте немало сторонников сохранения Договора по открытому небу. Что же касается союзников Америки в Европе и НАТО, то большинство из них не скрывали ранее и не скрывают теперь, что этот шаг принесет им больше вреда, чем пользы.

Депо в том, что этот Договор специально создавали для визуального контроля за дислокацией и перемещением вооруженных сил. Допуская зарубежных инспекторов в свое воздушное пространство, страна как бы говорит: я не замышляю ничего против соседей и открыта для такой проверки. Наблюдатели на специально оборудованном самолете могут барражировать над сушей и морем, фиксировать по утвержденному принимающей стороной маршруту все происходящее внизу на записывающие устройства. Но приземляться вне заранее оговоренных объектов и тем более вмешиваться в происходящее на военных базах им строго-настрого запрещено. Кроме того, самолет с контролерами должен уйти в сторону за 10 километров до границы суверенного государства, не входящего в Договор.

Такой мониторинг, а проще говоря, санкционированную воздушную разведку на чужой территории многие государства - участники соглашений по открытому небу считают важнейшим элементом системы безопасности. Многие, но не США. Для них выход из Договора не столь ущербен, как для союзников. Шпионить с высоты за той же Россией американцам позволяют многочисленные космические спутники. У европейцев подобных орбитальных разведывательных средств немного. И если вслед за США им тоже придется отказаться от этих соглашений, отсутствие постоянно обновляемых документальных свидетельств того, что передвижения наших войск в приграничных районах не несут угрозы, хорошего настроения государствам Старого Света явно не добавит.

Надо иметь в виду, что голословные обвинения России в неисполнении международных обязательств звучат из-за океана давно. А после кризиса на Украине их количество стало стремительно расти. Запустив антироссийскую кампанию, США еще несколько лет назад начали "бить" и по международным договорам с участием РФ, в том числе - по открытому небу. То американцам казалось, что наши военные не допускают их контролеров в зону российско-украинской границы. Потом в Вашингтоне стали добиваться полетов "над всей Москвой, Чечней, Калининградом" и воздушной съемки пограничной зоны вблизи Абхазии и Южной Осетии. Пару лет назад США даже зафиксировали данное требование в оборонном бюджете.

Его, между прочим, в Москве не оставили без объяснений. Мы открыто признали, что сложность в организации международных контрольных миссий на Кавказе связана с позицией Грузии. Что же касается готовности Москвы к компромиссам, то Россия ее тоже продемонстрировала, разрешив инспекторам открытого неба совершать рейды в районах наших крупных военных учений.

Между тем у Кремля - свои вопросы по исполнению американцами этого Договора. Например, вполне понятное недоумение вызывает своеобразная география воздушных инспекций США. Согласно Договору, Москва и Вашингтон имеют право провести за год по 42 наблюдательных полета. Статистика последних лет показывает, что львиная доля таких проверок инспекторами США приходится на Россию и наших партнеров, прежде всего белорусских. В год американцы выполняют по 35-37 инспекций над РФ и Белоруссией, при этом лишь два - три раза появляются в небе той же Германии или Великобритании. Получается, что Договор по открытому небу используется США только для того, чтобы проводить дополнительную разведывательную деятельность в отношении наших и белорусских вооруженных сил.

В подходах Америки к контролю чужой территории за последние годы мало что изменилось, а количество претензий к Москве только выросло. По идее, со всеми спорными вопросами должна разбираться специальная Консультативная комиссия Договора по открытому небу. Россия - "за". Но американцы, похоже, для себя уже все решили и не с какими "посторонними" органами и организациями дело иметь не желают. Более того, в законе об оборонном бюджете США-2019 появились строки об ограничениях в использовании денежных средств "в целях голосования или одобрения определенных имплементационных решений Консультативной комиссии по открытому небу". Иными словами, еще более года назад за океаном недвусмысленно предупредили коллег по Договору: проголосуете не так, как нужно США, - останетесь без финансирования. Несложно предположить, что Вашингтон снова попытается оказать давление на европейских союзников и заставит их в ущерб собственному мнению поддержать решение Трампа о выходе из Договора по открытому небу.

Между тем нелишне напомнить, что концепцию взаимного воздушного наблюдения еще в 1955 году сформулировал президент США Эйзенхауэр. А подписание Договора "Открытое небо" произошло по инициативе Джорджа Буша в 1989-м. Сегодня в этой программе участвуют более трех десятков государств.

Для работы в российском небе инспекторы США использовали специально оборудованные самолеты ОС-135В - это военная версия Boeing-707. Но в совместных с европейцами рейдах они предпочитали их машины, в том числе экспортный вариант нашего Ан-30, который есть в авиапарках бывших союзников СССР.

Обычно местом временного базирования инспекторов становится подмосковный военный аэродром Кубинка. Между прочим, именно там дислоцировался наш первый летный отряд, работающий по этой программе. Там же до сих пор базируются сертифицированные по международным стандартам самолеты Ан-30Б. Но для заокеанских командировок российские инспекторы чаще всего использовали специальный лайнер Ту-154МЛК1, и к тем же американцам они, как правило, летали с подмосковной авиабазы Чкаловская.

В 2018 году прошел обязательную сертификацию и был допущен к выполнению международных инспекций новый российский Ту-214ОН. Такая сертификация позволяет России расширить возможности по эффективному выполнению наблюдательных полетов, в том числе и над территориями Великобритании, США и Канады. Может поэтому самолет сразу вызвал подозрения у американцев. Поначалу они без каких-либо объяснений даже не хотели подписывать протокол о его освидетельствовании, хотя документ завизировали представители 22 стран.

Надо сказать, что Ту-214 ОН специально сделали для полетов в рамках Договора по открытому небу. По уровню оснащенности он уникален в своем классе: подобной техникой для визуального контроля и фиксации не располагает ни одна из стран-участниц, включая США. К примеру, на других наблюдательных бортах стоят простые пленочные фотоаппараты, а на российском - цифровая камера отечественного производства OSDCAM4060. Кроме того, в этом "Туполеве" интегрированы в единый комплекс средства управления, получения и обработки данных, бортовая аппаратура и ряд наземных комплексов. Только за один наблюдательный полет на Ту-214ОН можно получить сразу четыре вида информации - с цифровых аэрофотоаппаратов, инфракрасной и обычной видеокамер, а также с радиолокатора бокового обзора.

Эксперты говорят, что этот самолет очень подходит для контрольных миссий на Американском континенте. Взять, скажем, Аляску или Алеутские острова, где расположены военные объекты США. Там более 300 дней в году небо закрыто облаками. Вести в таких условиях космическую разведку проблематично. Зато система наблюдения, установленная на "Туполеве", позволяет самолету пролететь под облаками и добыть необходимую информацию. Звездочек на погонах американских военных с Ту-214ОН международные инспекторы, конечно, не разглядят, но морской причал, ракетную шахту или радиолокатор увидят гарантированно.

Вообще, по Договору об открытом небе на борту самолета-инспектора разрешено иметь видео-, оптические, панорамные и кадровые камеры, инфракрасные аппараты строчной разверстки и радары с синтезированной аппаратурой для съемки днем и ночью при любой погоде. Главное требование к снимкам и видеоматериалам - на них должны четко распознаваться основные виды военной техники. Копию любой съемки может затребовать не только инспектируемая страна, но и каждое государство - участник Договора.