Республика Корея на прошлой неделе запустила первую ракету-носитель полностью отечественной разработки и производства. Тем самым страна сделала шаг к вступлению в элитный клуб передовых космических держав, способных выводить на орбиту грузы массой более тонны. Такими возможностями пока располагают только шесть государств, включая Россию, США и Китай.

Made in South Korea

Трехступенчатая жидкотопливная ракета "Нури", или KSLV-II (Korea Satellite Launch Vehicle II — корейский аппарат космического запуска спутников второй модели), массой 200 т стартовала вечером 21 октября с космодрома Наро провинции Чолла-Намдо на южном побережье страны. 

Основная часть полета прошла по плану, в частности разделились первая и вторая ступени, был удален обтекатель, запустился двигатель третьей ступени, а на высоте 700 км полуторатонный макет спутника отделился от головной части ракеты. Однако полезная нагрузка все же не была выведена на заданную орбиту.

Выяснилось, что семитонный двигатель третьей ступени должен был работать на протяжении 521 с, однако фактически проработал лишь 475 с. Это не позволило макету набрать необходимую скорость 7,5 км/с. Причины неполадки предстоит установить специальной экспертной группе.

Стоит отметить, что это все-таки уже не первый запуск ракеты-носителя с территории Южной Кореи. Первый старт состоялся еще 30 января 2013 года, и тогда ракета "Наро-1" (KSLV-I) вывела спутник на орбиту. Однако в той системе первая ступень была целиком произведена в России и доставлена в Корею в готовом виде, а запуск обеспечивался с участием более сотни российских инженеров и техников. Расположенный на самом юге Корейского полуострова космодром был также спроектирован и возведен под руководством россиян.

С 2010 года в создание KSLV-II было вложено порядка $1,6 млрд. Теперь Южная Корея наконец получила ключевые технологии для разработки и запуска космических ракет и вскоре сможет обзавестись собственными спутниками, в том числе военными.

Министерство науки и информационно-коммуникационных технологий уже сообщило, что республика осуществит по меньшей мере еще пять пусков ракеты-носителя собственной разработки. Следующий запуск должен состояться 19 мая 2022 года. Его цель будет заключаться в том, чтобы вывести макет полезной нагрузки весом 1,3 т и 200-килограммового спутника для проверки рабочих характеристик ракеты на низкую орбиту высотой от 600 до 800 км над Землей.

Затем должны последовать запуски в декабре того же года, в 2024, 2026 и 2027 годах. С третьей отправкой планируется выводить на орбиту миниатюрные спутники следующего поколения в рамках участия в глобальных проектах по исследованию космоса.

Тем временем США уже приветствовали прогресс, достигнутый Южной Кореей в деле освоения космоса. В мае этого года Сеул присоединился к проекту НАСА "Артемида", который предусматривает высадку людей на Луне. Кроме того, руководство страны объявило о намерении реанимировать уже в следующем году так называемый проект 425, который предполагает развертывание на орбите Земли группировки спутников наблюдения с высоким разрешением. Как сообщается, они будут выполнять как гражданские, так и военные задачи над Корейским полуостровом и его окрестностями.

Военные перспективы

В настоящее время страна в основном полагается на данные американской космической разведки, например, что касается сбора информации о Северной Корее. Однако благодаря собственной ракете-носителю Сеул, вероятно, вскоре будет способен отказаться от услуг США в этой сфере.

Правда, не все эксперты разделяют такой оптимизм — они полагают, что ракета "Нури", скорее всего, не будет модифицирована для использования в военных целях. Так, профессор Ким Ён Хён из Университета Тонгук считает, что Сеулу в принципе не нужны межконтинентальные баллистические ракеты, поскольку у него попросту нет врагов на других континентах. "Все государства, с которыми у Южной Кореи есть какие-либо трения или которых она просто опасается, расположены очень близко: и Северная Корея, и Китай, и Япония. К тому же "Нури" — жидкотопливная ракета, а для использования в военных целях куда лучше подходят твердотопливные, не требующие длительного и опасного процесса заправки", — говорит он. 

При этом ряд других специалистов указывает, что запуск "Нури" все же следует рассматривать как часть военной южнокорейской программы, в последние годы набирающей обороты. Ведь баллистические и космические ракеты используют схожие технологии. Так, в сентябре 2021 года Южная Корея испытала ракету, запускаемую с подводных лодок, а в октябре провела самую масштабную в истории страны оборонную выставку ADEX, где представила новый истребитель и управляемые ракеты.

В этой связи не стоит упускать из виду, что и КНДР, в свою очередь, тоже развивает собственные ракетные возможности. За последние несколько недель Пхеньян испытал, по его собственным заявлениям, гиперзвуковое оружие, баллистические ракеты большой дальности, а также баллистическую ракету для подводных лодок. Север недавно также провел собственную оборонную выставку, где продемонстрировал военную технику, включая танки и разного рода ракеты.

Примечательно, что пуск "Нури" состоялся всего через несколько месяцев после того, как США отменили конструктивные ограничения на дальность полета и вес боеголовки южнокорейских ракет, принятые еще в годы холодной войны. Именно это позволило Сеулу за очень короткое время сделать качественный рывок как в гражданском, так и в военном ракетостроении и начать стремительно сокращать разрыв со своими соседями. 

Несмотря на то что у Южной Кореи нет военной ядерной программы, существует немалая общественная поддержка ее теоретического появления. Один из основных претендентов от оппозиции на пост президента страны на выборах 2022 года Хон Чжун Пхё не раз открыто заявлял, что Сеулу пора обзавестись собственной атомной бомбой и средствами ее доставки. Поэтому возможно, что в случае его победы программа "Нури" может иметь весьма неожиданное развитие.

"Если заменить спутник на боеголовку, ракета-носитель легко превращается в межконтинентальную баллистическую ракету", — отмечает в этой связи Чон Сон Ун, бывший секретарь по вопросам безопасности администрации президента Южной Кореи.