Неделю назад США объявили о новых санкциях, под запрет подпали любые оборонные поставки в Россию, а также некоторые статьи экспорта. Впрочем, для части проектов в космической сфере сделали временное исключение.

Может ли российский авиапром пострадать от новых санкций? Управляющий директор журнала «Авиатранспортное обозрение» Максим Пядушкин полагает, что ограничение поставок может затормозить развитие некоторых проектов на годы: «Действительно, риски есть.

И последние санкции, которые были введены пару недель назад, подразумевают, что военное сотрудничество в принципе прекращено.

А что касается авиационной и космической отраслей, то власти США могут отказать в экспортной лицензии, если будут подозрения, что это используется как продукция двойного назначения. Это касается и компонентов, и софта, всего, чего угодно. Что касается гражданского авиапрома, тут наши проекты Sukhoi SuperJet и МС-21 довольно сильно завязаны на иностранные комплектующие, потому что в принципе они создавались как проект с широким международным участием. Российские власти заявляли давно, что идет работа по импортозамещению как в SuperJet, так и в МС-21, просто она небыстрая. Когда вы ставите задачу поменять иностранные комплектующие, то их нужно разработать, испытать, сертифицировать сами по себе и в составе самолета, — это годы».

В конце прошлого года США уже ввели торговые ограничения против 45 российских организаций. Среди них были, например, дочерние структуры «Росатома», корпорация «Ростех», холдинг «Вертолеты России» и компания «Гражданские самолеты Сухого». Американские чиновники сочли, что они сотрудничают с российскими вооруженными силами.

А еще раньше в Минпромторге сообщали, что часть иностранных партнеров прекратили поставки некоторых комплектующих для российских самолетов.

При этом зависимость отечественного авиапрома от западных технологий не ограничивается только деталями и материалами, отмечает авиаэксперт, бывший конструктор «ОКБ Сухого» Вадим Лукашевич: «Давайте говорить честно, у нас нет самолетов, включая военные, которые были бы на 100% до последнего винтика только из отечественного оборудования. Когда мы говорим, что на МС-21 состоит полностью российский двигатель ПД-14, мы не говорим о том, что эти уникальные образцы производятся на зарубежном оборудовании. Если санкционная война примет полный оборот, это не значит, что мы перестанем делать самолеты, это значит, что наши самолеты будут заведомо хуже зарубежных образцов. Двигатели во всем мире делают пять-шесть производителей. В авионике — два-три производителя, но они делают лучшие в мире. Соответственно, любая страна, которая ориентируется только на собственное внутреннее производство, это северокорейские идеи чучхе. Люди с голода не мрут, но и не шикуют, так и здесь».

В середине января американские чиновники вывели из-под санкций российскую компанию «ВСМПО-Ависма» — это крупнейший на планете производитель титана. Ее продукцию закупают ведущие авиапроизводители.

Могут ли другие предприятия защититься от санкций? Адвокат BGP Litigation Денис Дурашкин рассказал “Ъ FM”, что единственный эффективный путь — обратиться за разрешением в подразделение Минфина США, которое занимается контролем за ограничениями.

«Сейчас в контракты, как правило, включаются условия о форс-мажоре, в частности к форс-мажорным обстоятельствам приравнивается введение санкций. Санкции, по сути, это внесудебная мера, то есть оспаривать ее в суде сложно, да и нет такого суда, который можно было бы оспорить.

Поэтому юридический способ взаимодействия на практике сводится к тому, что в некоторых случаях обращаются за специальной лицензией в OFAC, которая разрешает совершать ту или иную операцию.

Это, по сути, единственный способ, когда можно, например, продолжить исполнение контракта, который формально запрещен. Нужно просить разрешение у американских властей. Как правило, в OFAC имеет смысл обращаться, и обращаются, когда ситуация формально подпадает под санкции, но есть различные оправдывающие обстоятельства, например, что контракт был заключен еще до введения этих санкций. Или этот контракт формально может подпадать под критерии, но он не связан, допустим, с производством продукции двойного назначения, а связан какими-то только мирными связями, например, в области космоса. И на этом основании подается ходатайство в OFAC, оно рассматривается до полугода и больше иногда. Довольно часто OFAC дает разрешение и лицензию на совершение той или иной сделки».

Тем временем вице-премьер Юрий Борисов сообщил журналистам, что на авиакосмическом салоне МАКС в этом году покажут первый российский электросамолет.