Чем различаются китайский и российский проекты? На этот вопрос “Ъ FM” ответил кандидат технических наук, эксперт в сфере космонавтики Вадим Лукашевич: «Китай сейчас повторяет советский орбитальный многомодульный комплекс “Мир”. Страна идет очень поступательно, у них есть долговременная программа освоения космоса. Первый этап — это запуск человека на орбиту, китайцы это сделали. Второй этап — создание орбитальной станции — они сейчас это делают, а третий — высадка на Луну. Страна идет очень четко, планомерно, в этом движении ей могут позавидовать все.

Они сейчас должны научиться не просто летать в космос, а именно жить там длительное время, отработать системы жизнеобеспечения, изучать влияние невесомости на человека и так далее. Наша станция в том виде, в каком она заявлена, в принципе не нужна, потому что мы все эти технологии длительного пребывания человека в космосе знаем, мы их прошли на “Мире”, для нас даже МКС — это был отчасти откат назад. Сейчас мы говорим о том, что будем строить высокоширотную станцию, которая должна будет наблюдать Северный Полюс, Северный морской путь и которая будет посещаемой. То есть мы фактически деградируем и возвращаемся к середине 1970-х годов.

Все наши надежды на сотрудничество с Китаем и прочее бесполезны, потому что оно всегда должно быть взаимовыгодным. С сегодняшнего дня мы этой стране уже ничего в космосе толком предложить не можем. Все, что от нас можно было взять, они уже взяли, включая ракетные двигатели.

То есть они сейчас создают уже свои ракетные двигатели на базе советских технологий, на которых работаем сейчас мы».

Кроме России и Китая, строительство новой станции планируют Соединенные Штаты. Ее разместят на орбите Луны. Завершить строительство хотят к 2024 году. Сокращение международного сотрудничества в космосе будет шагом назад, считает член-корреспондент Российской академии космонавтики имени Циолковского Андрей Ионин: «Главным достижением проекта МКС является его международный характер. Больше 20 лет страны работают в космосе для решения общих задач. Расхождение после завершения проекта МКС неизбежно, а это значит, что мы потеряем то главное достижение, которое было у пилотируемой орбитальной станции.

Что касается международного сотрудничества, оно не прекращается. Американский проект “Артемида” год назад был объявлен президентом Трампом как международный, но там правила другие, более американские — все должны принять принципы работы, которые устанавливают Соединенные Штаты и, по сути, быть на вторых ролях — это сразу подразумевается и не обсуждается. Россия в том числе и по этой причине обозначила, что она в этот проект не пойдет. На нашей национальной станции заявляется, что у проекта будет международный характер, но, на мой взгляд, такое предложение другим странам нужно делать не на уровне руководителя “Роскосмоса” или курирующего вице-премьера, а на уровне президента, как это сделали в США. Если мы приглашаем другие страны, то мы должны это все начинать обсуждать: параметры орбиты, функционал, кто что делает, кто за что платит.

Россия могла бы найти партнеров из тех стран, которые включились в проект “Артемида”, потому что одно на самом деле не отменяет другого, американский проект располагается возле Луны.

Рядом с Землей понадобится тоже свой проект — у китайцев, на мой взгляд, столько ресурсов, что они могут позволить себе участвовать сразу в нескольких».

Орбитальная станция РОСС должна стать базой для российской лунной программы. В свою очередь проект NASA возле спутника Земли называют фундаментом для освоения Марса.