101 авиационный рекорд, 40 типов освоенных самолетов и вертолетов, 5 600 ч (это более восьми месяцев!) в полете. И не просто в полете, а именно за штурвалом летающей машины. При том более половины — 3 тыс. ч — при испытании новой авиационной техники. Все это Марина Лаврентьевна Попович, военный летчик-испытатель первого класса, "мадам МиГ" по прозвищу иностранной прессы. 

"Только на самолете можно прогнать фашистов…"

Марина Васильева родилась 20 июля 1931 года на меленьком хуторе близ городка Велиж, ныне это земли Смоленской области. Простая и обычная крестьянская семья. Впрочем, не совсем обычная — отец страстно увлекался музыкой, сам мастерил балалайки и скрипки.

"Мой папа был скрипачом, — вспоминала позднее Марина, — с детских лет я с ним выступала на концертах (играла на маленьких цимбалах), а дядя Карп на баяне. Такой был у нас семейный инструментальный ансамбль. Поэтому родители и родственники были уверены: мое будущее — музыка..."

Ее младшая сестра, Валентина, действительно в будущем окончила консерваторию и стала дирижером. Зато будущим Марины стала вовсе не музыка. Ее будущим стало небо!

Музыку для нее заслонила война. Страшный 1941 год навсегда остался в памяти десятилетней девочки: "Нас постоянно бомбили, вот тогда я и насмотрелась ужасов войны… Помню, как на моих глазах фашисты на самолетах стреляли и гонялись за девочкой, которая несла воду в ведрах на коромысле, ужас… И я захотела стать летчиком, думая, что только на самолете можно прогнать фашистов. Шло время. Нас эвакуировали в Сибирь. Пока росла, война закончилась, фашистов не стало, а желание научиться летать осталось…"

Родные дяди Марины, мамины братья — Григорий и Константин, — в годы Великой Отечественной войны стали летчиками. Словом, роковые и героические для всей страны 1941–1945 годы навсегда определили ее жизненный выбор.

Вскоре после победы в Новосибирске, куда в ходе войны была эвакуирована семья, Марина попыталась поступить в аэроклуб. Но 15-летней девочке не хватило роста. "Мои ноги не доставали до педалей, — вспоминала она, — тогда я поставила себе цель вытянуть ноги. Нашла альпинистские "цапли" и просила, чтобы меня подвешивали вниз головой. В результате то ли я подросла, то ли помогли мои занятия, но мой рост увеличился до 1,61 м и путь в аэроклуб стал открыт. Сначала я прыгала с парашютом, а потом стала летать…"

В 1948 году она впервые взлетела в небо на тренировочном УТ-2, небольшой крылатой машине с открытой кабиной. Переживания первого полета запомнились ей навсегда:

Не передать словами, что чувствуешь, когда самолет подчиняется твоей воле, — это ни с чем не сравнимо, это магия неба, от нее просто невозможно отказаться

"Я пришла не щи летчикам варить!.."

В том же году окрыленная во всех смыслах, но все еще наивная Марина отправилась поступать в Новосибирский авиационный техникум. Успешно сдала экзамены и услышала для нее непонятное: "Вы зачислены на сварочный факультет!"

— Я пришла не щи летчикам варить, а летать! — возмутилась растерявшаяся девушка. И наверняка не сдержавший улыбки директор техникума терпеливо пояснил ей: "Мы здесь не щи варим. И не летаем. Мы строим самолеты, а летать учат в летных училищах…"

В итоге юная Марина Васильева так и не стала в Новосибирске летчиком. Зато именно там познакомилась с одним пилотом, изменившим ее дальнейшую жизнь и подарившим фамилию, под которой она вскоре войдет в историю мировой авиации. Весной 1951 года на выпускной вечер в техникум Марины пригласили курсантов военного авиаучилища. Среди них оказался и 22-летний Павел Попович. Позднее он так шутил про начало их романа — "три года разлуки и полный чемодан писем".

Марина тоже оставила воспоминания об их первых свиданиях: "Павел часто писал мне, хотел встретиться. Мне же все было некогда. И все-таки в один из июльских вечеров наша встреча состоялась. Уложив косы короной, нарядившись во все самое красивое, что удалось собрать в общежитии, я отправилась на свидание… Боясь опоздать, я побежала. На привокзальной площади увидела Павла, нервно прохаживающегося вдоль трамвайной линии, то и дело поглядывающего на часы. Он был в новой курсантской форме, в начищенных до блеска сапогах, казалось, в них отражается солнце. Подойдя к нему сзади, я громко сказала:  "Здравия желаю, товарищ истребитель!" Он резко повернулся, хмурое лицо его расплылось в улыбке: "Здравия желаю, товарищ пилотесса". Прошли годы, но в минуты хорошего настроения он по-прежнему называл меня пилотессой…"

В скором будущем Павел Попович станет одним из первых космонавтов СССР. И космос тоже приобщится к их любви. Как вспоминала Марина: "На первое свидание Павел не догадался купить цветы. А может, просто не подумал или некогда было. А я накануне летала, у нас на аэродроме росло много ромашек — собрала букет и ему подарила. Он был крайне смущен, взял цветы, покрутил, потом прижал к груди. Прошло много лет, и оказалось, что эти ромашки он засушил и, когда летел в космос, взял их с собой".

Но в самом начале их романа были те самые "три года разлуки и полный чемодан писем". Павла отправили служить на Дальний Восток, а Марина по окончании техникума в 1951 году более двух лет проработала технологом сварочного производства на Новосибирском заводе имени Коминтерна, где производили радиостанции и локаторы для военно-воздушных сил (сегодня это одно из крупнейших предприятий радиотехнической отрасли России).

Завод был тесно связан с небом, но Марине самой мечталось и хотелось летать. И вот с этим возникла, казалось бы, непреодолимая проблема.

"Можем в этой жизни не меньше мужчин…"

Если в годы Великой Отечественной войны немало женщин освоили самолеты, в том числе боевые, то с конца 40-х годов, когда авиация стала реактивной, повысились не только скорости, но и требования к физическим кондициям пилотов. В итоге женщин перестали брать в летные училища.

Марине для осуществления мечты пришлось проявить немало упорства и даже, в хорошем смысле, наглости. Девушка, из-за малого роста все еще похожая на девочку, добилась приема у маршала Ворошилова, на тот момент Председателя Президиума Верховного Совета СССР, т.е. официального главы советского государства.

"Еду к Ворошилову. Не принимают, — вспоминала она позднее тот визит в Москву. — Ночую в парке. Одну ночь, вторую. На третий день Ворошилов принял: "Что у вас?" — "Хочу быть профессиональным летчиком". — "Для чего?" — "Хочу отомстить фашистам. Знаете, как они нас бомбили, сжигали!" Климент Ефремович опешил: "Фашисты давно повешены, расстреляны". — "Родятся еще". — "Убедили! А сколько вам лет?" — "22". — "На вид — 16. Ладно, летай!" И написал: "Направить в училище, если есть соответствующие данные…"

Благодаря старому маршалу Марина оказывается в Саранске, столице Мордовии. Там в 1954 году в числе лучших выпускников она заканчивает летно-техническую школу по специальности "инструктор-летчик". Все преподаватели саранской школы были пилотами-фронтовиками, совсем недавно прошедшими великую войну. С их помощью Марина стала отличным пилотом или, как шутил ее муж, — пилотессой.

Брак с Павлом Поповичем они как раз оформили в том же 1954 году. Через два года  у них родилась первая дочь, Наташа, а еще через два года целеустремленная молодая мать начала работать летчиком-инструктором в Центральном аэроклубе СССР имени Чкалова — готовила, как бы сейчас сказали, продвинутых авиаторов-любителей и воздушных спортсменов.

С 1960 года Марина — уже не Васильева, а Попович — летает и на реактивных самолетах, затем пытается подняться даже выше неба — пробует попасть в отряд космонавтов как раз в том году, когда состоялся эпохальный полет Гагарина. Но в космонавты Марину не взяли — вероятно, сказалось, что туда уже был зачислен ее муж Павел, а на любую семейственность в СССР смотрели косо.

Уже в августе 1962 года Павел Попович станет четвертым после Гагарина покорителем околоземного пространства, а Марина Попович, спустя несколько месяцев после встречи мужа из космоса, наконец станет летчиком в рядах вооруженных сил. Правда, как женщину, ее не сразу допустят к боевым самолетам — начинать придется с военно-транспортной авиации. Как-то спустя десятилетия Марина Лаврентьевна ответит на фразу журналиста, что, мол, "женщина и военный самолет — это нонсенс", весьма емкими словами:

Мы, женщины, можем в этой жизни не меньше мужчин. Просто нам все время некогда: дом, семья, дети…

"Мадам МиГ"

Марина Попович действительно стала пилотом ничуть "не меньше" коллег-мужчин. С 1964 года она работает летчиком-испытателем в Центральном научно-испытательном институте военно-воздушных сил. В том году она за штурвалом реактивного боевого самолета МиГ-21 первой из женщин на нашем континенте преодолеет звуковой барьер. Это станет сенсацией, и европейская пресса прозовет ее "мадам Миг".

Но рекорд достался ей нелегко. "Однажды на взлете, — вспоминала Марина, — у меня отказал форсаж двигателя МиГ-21. У этого самолета маленькое крыло, тяга уменьшилась, а створки сопла остались открытыми, и... самолет упал на взлете, заклинило фонарь. Спасло чудо: фонарь удалось разбить, меня вытащили из горящего самолета, только пропахала носом. Все думали, что мы погибли. Я сначала не испугалась совершенно. Но вот ночью, снова переживая этот полет во сне, я закричала. Утром обратилась в санчасть, а через три дня оклемалась и снова приступила к испытательным полетам…"

Затем Марина испытывает Ан-12, на тот момент один из первых тяжелых транспортных самолетов. Параллельно в 1966 году заканчивает Высшее авиационное училище гражданской авиации. Осенью 1967-го она побила мировой рекорд, ранее принадлежавший американской летчице, — на высотном разведчике Як-25РВ без посадки пролетела более 2,5 тыс. км по кольцевому маршруту Волгоград — Москва — Астрахань — Волгоград со скоростью более 737 км/ч. При этом неутомимая пилотесса оставалась женщиной и матерью — в следующем после рекорда 1968 году у нее рождается вторая дочь, Оксана.

Марина Лаврентьевна проработала летчиком-испытателем до 1984 года. Не будем утомлять читателя техническими деталями, но заметим, что работа испытателя воздушных машин — это и в мирное время всегда немалый риск, работа на грани возможностей человека и техники.

В общей сложности Марина Попович установила 101 авиационный рекорд — последним стал небывалый прежде полет на Ан-22. Она командовала экипажем этого самого большого в мире турбовинтового самолета, под ее руководством гигантский Ан-22 "Антей" преодолел 1 тыс. км со скоростью свыше 600 км/ч и грузом 50 т!

К тому времени Марина уже не один год испытывала "Антеи", установила на этих гигантах 10 мировых рекордов. Но любые испытания — это всегда риск, даже просто транспортный полет с рекордно тяжелым грузом. Она позднее так вспоминала те часы: "Погода не приведи господи. Сырая тяжелая облачность. Полет в такой метеорологической обстановке мог привести к обледенению самолета. Экипаж работал слаженно, но вдруг при подлете к поворотному пункту отказала радиосвязь. На наше везение неисправность удалось устранить, и рекорд был установлен…"

"Второй любовью после неба…"

Но жизнь "мадам Миг" наполняли не только самолеты и семья. Она была женщиной романтичной, увлекающейся и разносторонне талантливой. Помимо ста и одного авиарекорда у нее вышел ряд книг — и не только о летчиках, но и сборники стихов. Марина стала и автором сценариев к двум кинофильмам об авиаторах Великой Отечественной войны — "Небо со мной" и "Букет фиалок". Первый фильм вышел на экраны в 1974 году, второй — в 1983-м.

После четверти века совместной жизни они расстались с Павлом Поповичем. Так в жизни бывает. Однако бывшие супруги до конца сохраняли приятельские, добрые отношения. Вторым мужем Марины в 80-е годы стал Борис Жихарев, заметно младше нее, но тоже военный летчик, генерал-майор авиации.

Перестав с возрастом летать, Марина Лаврентьевна осталась очень деятельной женщиной. Вела активную общественную работу, выступала с лекциями, увлекалась различными тайнами науки и даже за граню наук — занималась изучением "торсионных полей" и НЛО, неопознанных летающих объектов.

"Малоизученные аномальные явления стали моей второй любовью после неба", — отвечала она на недоуменные вопросы журналистов и поясняла, что еще Циолковский предсказал не только космические полеты, но и возможное присутствие в космосе иного разума и развитых цивилизаций. "Циолковского современники считали фантастом. Но люди поднялись в космос… Если пророчество Циолковского о космических полетах сбылось, почему не поверить в зрелых существ Вселенной?.." — поясняла Марина Попович.

До конца жизни с нею оставалась семья, дочери и внуки. Уже в нашем XXI веке она так отвечала журналистам на вопросы о семье и воспитании детей:

Я отношусь к тем родителям, которые уверены, что лучшее воспитание — собственный пример… Я счастливая бабушка, с радостью наблюдаю, что и у третьего нашего поколения нет беспомощных инфантов

Марина Лаврентьевна Попович ушла из жизни в конце 2017 года. С нами навсегда остались воспоминания о полетах "мадам Миг" и строки ее стихов. Ими, простыми, но трогательными, хотелось бы закончить этот рассказ:

Ромашки на краю аэродрома,

Простые и нарядные.

Я снова на Земле, я снова дома,

Мои вы ненаглядные.

Нет, не сомну, не наступлю ногой,

А к вам склонюсь, счастливая,

И проведу по лепесткам рукой —

Какие вы красивые!

Сорву три солнечных цветка,

Поставлю в тихой комнате.

И, засыпая, трону вас слегка,

Вы детство мне напоминаете.

А утром, снова уходя в полет,

Возьму вас в небо ясное.

Взгляд на ромашки упадет,

И станет мир прекраснее…