Новые поставки, а также техобслуживание и страхование всех бортов запрещены, а уже сданные в лизинг самолеты по старым контрактам должны быть возвращены лизингодателю в течение месяца. По словам экспертов, запрет ремонта и страхования заблокирует даже те самолеты, которыми авиакомпании владеют напрямую. С учетом вероятных аналогичных мер США российский рынок может лишиться более половины всех гражданских самолетов. Возможно, власти РФ запретят авиакомпаниям возвращать самолеты лизингодателям, но такая конфискация поставит крест на любых дальнейших взаимоотношениях.

Власти Евросоюза приняли решение о полном запрете поставок и лизинга самолетов, вертолетов и другой авиатехники в РФ, а также их страхования и техобслуживания. По данным “Ъ”, пакет санкций был утвержден по итогам совещания у премьер-министра Ирландии Михола Мартина (в юрисдикции этой страны зарегистрирована большая часть парка европейских самолетов) при участии крупнейших международных лизингодателей. На встрече был утвержден наиболее жесткий пакет ограничений: полный запрет распространяется не только на новые, но и старые контракты (с переходным периодом до 28 марта), что означает, в частности, уход из России или невозможность полноценной эксплуатации всех самолетов Airbus. Собеседники “Ъ” ожидают, что США примут аналогичные меры в отношении самолетов Boeing.

Совокупно эти санкции могут за месяц сократить парк российских авиакомпаний более чем в два раза.

В Минтрансе, по данным “Ъ”, в субботу запланировано экстренное совещание с представителями крупных авиакомпаний. Ведомство не ответило на вопросы “Ъ”. По данным “Ъ”, решение S7 о временном прекращении полетов в Европу 24 февраля связано с опасениями изъятия бортов. В компании не прокомментировали это.

По последним данным агентства Cirium, в лизинге у международных компаний находится более половины (55%) всего российского авиационного флота. Авиакомпании РФ эксплуатируют 980 пассажирских лайнеров, 777 из них — в лизинге. У иностранных собственников перевозчики арендуют 515 самолетов рыночной стоимостью в $10 млрд. Всего, согласно транспортной стратегии РФ, в 2020 году авиакомпании РФ эксплуатировали 1,29 тыс. самолетов всех типов и 2,26 тыс. вертолетов. Самолетов зарубежного производства на тот момент насчитывалось 824 (64%), вертолетов — 1,459 тыс. (36%).

Запрещено все, кроме предполетного осмотра

О том, что ЕС планирует остановить поставку в РФ самолетов и запчастей к ним накануне заявила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. Она заявила, что 75% коммерческого флота РФ произведено в ЕС, США и Канаде, и мера приведет к деградации ключевого сектора российской экономики.

По словам одного из источников “Ъ”, лизингодатели вплоть до подведения итогов совещания рассчитывали исключить из документа расторжение действующих контрактов и оставить их в силе. Однако принятый пакет мер предусматривает запрет продажи, поставок, передачи или экспорт, «прямо или косвенно», всех типов самолетов, вертолетов, космических технологий, а также комплектующих к ним. «Он также охватывает лизинг самолетов, поскольку это форма "поставки". Поэтому новые лизинговые контракты не могут быть заключены, а существующие должны быть расторгнуты»,— указано в тексте пояснения к санкциям, разосланного лизингодателями в авиакомпании РФ (копия есть у “Ъ”). Единственное, что разрешается делать европейским компаниям — это предполетный осмотр самолетов.

Лизинговые контракты включают положения, которые позволяют лизингодателю вернуть свой самолет в случае санкций или невозможности лизингополучателя поддерживать условия безопасной эксплуатации самолетов.

«Таким образом, эти самолеты вернутся к лизингодателю»,— резюмируется в тексте пояснения.

Санкции не имеют экстерриториального применения, но поставщики самолетов, деталей и компонентов из ЕС должны убедиться, что эта продукция не поставляется российским компаниям — это положение прописано в пункте о том, смогут ли третьи страны обслуживать российскую авиатехнику. «Поэтому мы ожидаем, что операции по ремонту и техническому обслуживанию за пределами ЕС также станут более сложными или невозможными для российских перевозчиков»,— отмечается в тексте.

Отдельно в документе прописано, что эксплуатанты и авиарегуляторы должны обеспечивать соблюдение международных стандартов безопасности «в любое время, в том числе и в условиях действующих санкций». «Меры, которые они предпримут для обеспечения постоянной безопасности своей деятельности в ответ на санкции, будут иметь решающее значение для показателей безопасности полетов. В связи с этим будет продолжен строгий мониторинг показателей безопасности полетов всех российских авиаперевозчиков»,— написано там. В связи с этим в рамках программы инспекции рампы ЕС (SAFA) инспекторы EASA продолжат строгий мониторинг показателей безопасности полетов всех российских авиаперевозчиков. «Если показатели безопасности авиаперевозчика не улучшатся, ЕС может быть вынужден запретить ему полеты в ЕС»,— этот пункт затрагивает тех российских эксплуатантов, кто уже является владельцем европейской авиатехники.

«Решение не имеет прецедентов по масштабам»

Решение не имеет прецедентов по своим масштабам в истории международного авиализингового бизнеса, отмечает гендиректор Friendly Avia Support Александр Ланецкий. Оно будет иметь тяжелые последствия и для европейских компаний, говорит он, поскольку они смогут оперативно найти клиентов только на грузовые самолеты. Пристроить остальные борта будет затруднительно с учетом сохраняющихся в Европе антиковидных ограничений и невосстановленного авиасообщения. Эксперт также сомневается, что данные санкции могут быть смягчены или вскоре отменены.

Санкции в транспортной сфере выглядят сверхжесткими, согласен эксперт Института экономики транспорта и транспортной политики НИУ ВШЭ Федор Борисов. По его словам, запрет исключительно поставок и лизинга новых самолетов ближайшие несколько лет не стал бы критичным: в России достаточно большой и современный парк, который может эксплуатироваться продолжительное время без модернизации.

Но в принятом виде глобальную угрозу представляет пункт о запрете техобслуживания и поставки запчастей и комплектующих для авиапроизводства.

Ни одна страна в мире не производит всего комплекса деталей и механизмов, требующихся для производства самолета, отмечает господин Борисов. «Везде в мире налажена производственная кооперация, всем нужно что-то докупать. И для SSJ-100, и для МС-21 закупалось большое количество комплектующих»,— добавляет он. Предыдущие санкционные ограничения, продолжает он, серьезно стимулировали российских производителей, которые продвинулись в авионике или производстве композитов. Но как быстро на этот раз авиапрому удастся компенсировать полный запрет поставок, особенно микроэлектроники,— большой вопрос, подчеркивает эксперт.

Вероятность, что США вслед за ЕС не примут аналогичные меры, невысока, предполагает Федор Борисов. В таком случае решение ЕС дало бы слишком большие преференции Boeing. «Полагаю, к сожалению, что США займут солидарные позиции»,— заключает он.

Для европейских лизингодателей и производителей ситуация также представляется весьма затруднительной: российский рынок сбыта для них довольно крупный. «Однако мы живем в мире, где экономические расчеты стали вторичными по отношению к политическим. И в такой ситуации риски становятся непредсказуемыми для всех сторон»,— комментирует Федор Борисов.

При этом он отметил, что даже если лессорам удастся пролоббировать сохранение уже действующих контрактов, оно не будет выходом из ситуации без разрешения техобслуживания. «В этой ситуации возникают риски для собственника: без согласованного с ним и контролируемого техобслуживания самолет резко теряет в стоимости (после окончания срока лизинга), в таком случае лессоры могут предпочесть изъять свои борта»,— заключает он.

При этом господин Борисов также не исключил сценария, при котором российские власти решат удержать парк внутри РФ: «Без самолетов оставлять страну никто не будет, и такая вероятность сохраняется». Вопросом остается также, коснется ли запрет на поставки деталей поставщиков вторичных запчастей, говорит он. «Иран находил выход за счет стран, которые либо игнорировали запреты, либо поставляли через третьи страны и юрлица, как РФ поставляла туда старые советские самолеты. Кто нам будет поставлять парк, и пойдет ли на такие риски, например, Китай — сложно сказать».

Паралич гражданской авиации

Вопрос страхования крайне важен для авиабизнеса, так как российские страховые компании перестраховывают риски эксплуатантов за рубежом: у страхового рынка РФ нет ресурса для принятия всех рисков страхования авиакомпаний и авиа-КАСКО. А в авиабизнесе страхование ответственности перед третьими лицами требует весьма крупного лимита покрытия. «Поэтому можно с уверенностью можно утверждать, что введение этих санкций означает паралич гражданской авиации России, по крайней мере в краткосрочной перспективе»,— говорит исполнительный директор агентства «АвиаПорт» Олег Пантелеев.— Для такой страны, как Россия, прекращение авиасообщения — это драматический удар по территориальной связанности и экономике».

Понимая, что система международных договоренностей разрушается на глазах, единственным возможным вариантом удержать отрасль от катастрофических последствий может быть противодействие российских властей таким мерам, говорит Олег Пантелеев.

Это может выражаться в издании документов, которые позволят компаниям не вывозить суда из РФ. Источники “Ъ” в авиакомпаниях отмечают, что подобная конфискация бортов означала бы «самоубийство»: в будущем при нормализации отношений ни один лизингодатель не даст такой компании свои самолеты. В свою очередь эксперт допускает, что даже в случае смягчения санкций правительство РФ может запретить поставки новых иностранных самолетов. «Сейчас выбор в сторону разрыва отношений с Западом очевиден»,— говорит он.

В транспортной стратегии было указано, что к 2030 году России потребуется около 700 новых самолетов и более 430 вертолетов. Однако теперь рынок авиаперевозок из РФ в страны Запада «трагически сузится», констатирует Олег Пантелеев: «Туда некому и незачем будет летать за редким исключением, когда пассажиры смогут долететь с пересадками».

Государство даст группе «Аэрофлот» привлечь парк из альтернативных источников — у российских или китайских лизингодателей. Начнется поиск комплектующих через ОАЭ, способы ремонта и техобслуживания в Китае, продолжает он.

Российские самолеты

Два проекта российских гражданских самолетов, МС-21 и SSJ, стартовали в период, когда сложившаяся ситуация казалась невозможной, говорит Олег Пантелеев. Поэтому доля иностранных комплектующих в них высока. Иностранные детали выбирали из-за необходимости быстрой сертификации самолета в соответствии с международными нормами, сроки их разработки были ускорены, так как иностранные производители зачастую адаптировали готовые решения для SSJ.

Сейчас европейский рынок «в моменте» не интересен РФ, поэтому программа по импортозамещению может быть весьма актуальна. SSJ-new в версии с французским двигателем SaM-146 должен быть сертифицирован к 2023 году. Но ОДК рассчитывает закончить российский двигатель ПД-8 к концу 2023 года. «Это значит, что к середине десятилетия мы имеем шанс получить полностью импортозамещенные среднемагистральные широкофюзеляжные самолеты»,— считает эксперт.

Сейчас важно уложиться в срок с поставками МС-21 и затем сделать на его базе самолет с дальностью 9–10 тыс. км на 240 кресел, который сможет беспосадочно долететь от Калининграда до Дальнего Востока. Наличие такого варианта самолета позволит обеспечить потребностей внутреннего рынка, полагает он. Проблемой может стать дефицит электронной компонентной базы, но она может быть решена через поставки микросхем третьими юрлицами из других стран.

На ближайшее время при сохранении санкций потребность в самолетах сократится. И даже если часть воздушных судов вернут в ЕС, остатков на какое-то время хватит, уверен Олег Пантелеев.

К 2025 году в РФ можно будет ожидать «сколько-нибудь существенных» поставок МС-21 и SSJ-100: «Это будет несколько десятков самолетов в год, но этого будет достаточно».

Авиакомпании до недавнего времени не думали, как жить в случае превращения страны во «второй Иран» с точки зрения авиационных санкций, резюмирует Олег Пантелеев: «Но Иран сумел, сможем и мы».