«Роскосмос» готовится к сокращению штата. Ожидается, что численность сотрудников государственной корпорации уменьшится с 600 человек до примерно 400 сотрудников. В основном это затронет административный персонал. Причем большинство специалистов просто переведут в дочерние компании. При этом они лишатся ряда премий и льгот, но на отечественных космических программах изменения не отразятся. Давайте разбираться почему.

Госкорпорация создавалась из Федерального космического агентства с прицелом на выход на коммерческие рынки. В ту пору Россия доминировала на рынке пусковых услуг, занимая до 50% (но даже тогда это был только 1% от всего объема мирового рынка космических услуг). Сейчас и нас, и европейскую Arianespace полностью вытеснил с рынка Илон Маск. Кроме того, российские пуски дополнительно прихлопнули американские санкции. В частности, этому способствовал вступивший в силу в 2023 году запрет на использование российских космических ракет. К слову, подобные ограничительные меры были анонсированы за много лет до февраля 2022 года. Например, закон Джона Маккейна о полномочиях национальной обороны США на 2019 финансовый год.

Также в момент становления госкорпорации существовали планы выхода на международные рынки. В том числе в сфере предоставления данных дистанционного зондирования Земли, услуг космической связи, прогноза погоды и спутниковой навигации. Тогда, в 2015 году, российские специалисты планировали, что общая доля нашей страны на мировом рынке космических сервисов составит порядка 10%.

Тем не менее «Роскосмос» постоянно обвиняли в нерентабельности. С задачей коммерциализации в госкорпорацию приходили Игорь Комаров, Дмитрий Рогозин и Юрий Борисов. Последнему принадлежит фраза «Космос сильно задолжал российской экономике».

При этом нужно отметить, что, например, перед Национальным управлением США по аэронавтике и исследованию космического пространства (NASA) такая задача не ставится. В США считают, что эта организация должна обеспечить лидерство страны в гражданском космосе. Индия тоже вряд ли заработала на высадке своего зонда на Луне. Тем не менее для нее был важен вопрос престижа и развития соответствующих компетенций.

Даже сейчас одна из приоритетных задач «Роскосмоса» — монополизировать рынок космической съемки. В частности, на днях в Госдуме прошел первое чтение законопроект о покупке данных дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) у госкорпорации как у единственного поставщика.

Задача выйти на самоокупаемость в принципе — правильная. Но здесь важно понимать, что российского рынка не хватит для содержания целой отрасли, а выход на зарубежные для нас сначала был существенно ограничен, а теперь и полностью закрыт.

В итоге из-за отказа от использования «Союзов» для доставки американских астронавтов на МКС и, в целом, в связи с вытеснением российских ракет с рынка пусковых услуг «Роскосмос» оказался без притока иностранного финансирования. Госкорпорация и так была «планово убыточной», а оказалась в еще более плачевном состоянии. Ситуация потребовала исправления.

Учитывая, что сам «Роскосмос» ничего не производит, соответственно, все основные траты идут по линии Фонда оплаты труда. Наилучшее решение — это сокращение штата.

Однако грядущие кадровые изменения на самом деле таковыми не являются. Скорее всего, 80–90 % сотрудников, которые попадут под сокращение, будут юридически трудоустроены в дочерние предприятия «Роскосмоса», а физически –– останутся на своих рабочих местах и будут выполнять свои должностные обязанности. При этом они, вероятно, лишатся ряда премиальных выплат и льгот типа дополнительного медицинского страхования, бесплатных «пионерских» лагерей для детей работников и почти бесплатных санаториев для них самих. Вместе с тем такие реформы дадут госкорпорации возможность заявить о резком сокращении трат и повышении финансовой эффективности.

Однако важно, что кадровая чехарда затронет и топ-менеджеров компании. Предположительно, первыми «под нож» пойдут исполнительные директора. Грубо говоря, это «прослойка» или дополнительное звено между профильными заместителями гендиректора и тематическими департаментами. То есть это что-то вроде «замзама». Кстати, один из них — это Герой Советского Союза, Герой России Сергей Крикалев. Ему, по слухам, предложат должность советника, что, конечно, не соответствует его статусу и заслугам.

Другое вероятное кадровое изменение — это замена заместителя генерального директора по космическим системам и комплексам Михаила Хайлова. Он — плоть от плоти космической отрасли, начинал свою карьеру со слесаря в НПО имени Лавочкина. Вместе с ним, вероятно «оптимизируют» и многих его подчиненных.

Стали ли эти метамарфозы расплатой за неудачу миссии «Луна-25» или не самое лучшее состояние российской орбитальной группировки, пока не известно. Но обращает внимание, что уж очень вовремя пришлась реформа оргштатной структуры.

Вместе с тем проблема российской космонавтики сохраняется многие годы. Причем это происходит вне зависимости от личности руководителя. За последние 10 лет отрасль возглавляли столь разные руководители, а воз и ныне там.

В таком случае, может быть, стоит поставить вопрос, чтобы «Роскосмос» перестал заниматься бизнесом. Не исключено, что будет лучше, если госкорпорация плотнее займется ядерными реакторами, обеспечением жизнедеятельности человека в экстремальных условиях невесомости и радиации, наращиванием компетенций в производстве микроэлектроники класса Military/Space и другими прорывными проектами.

_{Позиция редакции может не совпадать с мнением автора}