Таких берут в космонавты

Утром наш отряд собрался у КПП Звездного городка, на территории которого находится ЦПК. Поскольку это закрытое административно-территориальное образование, попасть сюда сложно. После проверки документов мы выдвинулись в сторону Центра подготовки космонавтов. Забор и лес Звездного городка помогли отключиться от внешнего мира и полностью сконцентрироваться на теоретических и практических занятиях.

Знакомство с профессией космонавта началось с общения с психологами Жанной Шевченко и Натальей Филипповой. Во время отбора кандидатов в отряд они в среднем "срезают" половину претендентов. "Мы отсеиваем 45–50% каждый раз, но это не значит, что люди плохие, просто их структура личности не подходит под профиль космонавта", — отметила специалист.

Для нашей группы был подготовлен специальный мини-тест. За каждое выполненное задание мы получали определенное количество баллов, сумма которых показала нашу первичную "профпригодность". Первым делом все участники опробовали на себе позу Ромберга: с закрытыми глазами нужно было как можно дольше простоять на одной ноге с вытянутыми в стороны руками, не упав при этом. Мне это упражнение далось легко — удалось простоять больше минуты, пока психологи не остановили. Открыв глаза, с удивлением обнаружила, что такой результат показали не все.

Чтобы определить мотивацию, психологи предложили написать за минуту несколько навыков, которым мы можем научить других; затем мы отвечали на вопросы по космонавтике. Одним из интересных заданий был выбор ракеты с разными фигурами на корпусе (от кружочка до зигзага). Потом мы долго разбирали, что каждая из них отображает определенный склад личности (среди нас больше всего оказалось творческих — многие выбрали зигзаг). Каково было наше удивление, когда выяснилось, что каждая из этих типов личности достойна высшего балла — в космосе нужны разные люди.

В завершение мы прошли тест на стрессоустойчивость: нужно было посчитать с закрытыми глазами минуту. Лично я его провалила — моя внутренняя минута слишком сильно растянулась. Несмотря на это, я, как и все остальные участники группы, прошла мини-тест. Все мы оказались "годными в космонавты". 

Не думаю, что в реальной жизни каждый из нас мог бы побороться за место в отряде, — все-таки в реальности сначала нужно пройти общий отбор. Он подразумевает в том числе своеобразную сортировку по профессиям. "Входной билет в будущем отборе — это инженерные специальности, специальности, связанные с естествознанием, медико-биологические специальности, летные <…> Сейчас еще, возможно, появится IT-специальность в пуле отбираемых людей", — рассказала нам Жанна Шевченко.

Что ж, с моим гуманитарным высшим образованием до общения с психологами я бы не дошла.

Показатели хорошие, идем дальше

Одним из самых долгожданных для всей группы был поход в зал малой центрифуги ЦФ-7, радиус которой составляет семь метров. Еще бы — мы смогли не только посмотреть на нее, но и повращаться. Правда, смелых из одиннадцати человек сначала нашлось пятеро. 

Перед тем как попасть в зал, нужно было пройти медкомиссию, чтобы получить справку о допуске. И уже на этом этапе сказалось то ли волнение, то ли недосып: у двух человек давление оказалось повышенным. Забегая вперед, стоит отметить, что один из них так и не был допущен, поскольку давление не пришло в норму, — здоровье важнее проверки на прочность. 

"Перед вами тут как раз Николай Чуб (космонавт отряда Роскосмоса — прим. ТАСС) вращался", — встретила нас медицинский сотрудник Ирина Коновалова. С порога она настроила нас на то, что все будет хорошо, в итоге от волнения не осталось и следа. Нас научили дышать животом и сопротивляться перегрузкам, обклеили датчиками, чтобы в процессе контролировать состояние организма.

Первыми на вращение прошли девушки. Мне достался второй номер, за что инструктора в шутку прозвали Екатериной Второй. Сложилось ощущение, что вращение первой участницы прошло моментально — и уже инструктора заботливо помогли разместиться в центрифуге, подсказали, куда нужно смотреть, что нажимать и как себя вести. Затем двери закрылись, и началось вращение.

"Перегрузка 3g, идем дальше?" — слышится голос Ирины Коноваловой, который ведет во время испытания, как нить Ариадны. И в этот момент я почти совершила ошибку: забыв про дыхание животом, чуть не отказалась увеличить перегрузку. "Пойдем на 3,5. Если правильно будешь дышать, все будет хорошо, показатели хорошие" — в этот момент я осознала ошибку и поняла, что терять концентрацию нельзя ни на секунду. 

Многих людей пугает центрифуга, так как есть устоявшееся мнение, что человека в ней обязательно укачает. На самом деле все не так. Центрифуга — это способ ощутить перегрузки, которые космонавт испытывает во время старта и посадки. Тело становится тяжелее, и человека вдавливает в кресло, поднимать руку с увеличением перегрузок становится все тяжелее. 

Космонавты испытывают перегрузки 3,5g при старте ракеты. Когда осознала это, на лице появилась улыбка, а на душе — ощущение счастья, потому что именно в этот момент отправилась в свой личный космос. Затем перегрузки постепенно снизились. После полной остановки центрифуги я испытала легкое головокружение, после выхода из нее — состояние эйфории. 

В общей группе было очень просто найти людей, которые вращались на центрифуге. Весь остаток дня их глаза горели — каждый мысленно возвращался к ощущению перегрузок, чувствуя себя космонавтом.

0,4 атмосферы

После того как мы прошли этап отбора, пришло время приступить к занятиям и тренировкам. В первую очередь мы посетили перчаточный бокс и попробовали совершить простые действия в наддутом скафандре, чтобы оценить тяжесть работы космонавтов в открытом космосе. 

Инструктор ЦПК Юрий Байков рассказал нашему отряду, что во время внекорабельной деятельности давление в скафандре составляет 0,4 атмосферы (примерно 300 мм ртутного столба). Такой показатель позволяет кислороду поступать в организм человека, но при этом скафандр не раздувается слишком сильно, мешая движениям. 

Задание в перчаточном боксе было простым — покрутить болты. И это оказалось непростой задачей в наддутых рукавах скафандра. Во-первых, из-за этого приходилось прикладывать намного больше усилий. Во-вторых, пальцы в перчатках скафандра становятся намного толще, чем в жизни, от этого страдает мелкая моторика.

Ознакомившись с работой в открытом космосе, мы отправились на тренировку по стыковке транспортного корабля "Союз" с МКС. Для отработки этих действий в ЦПК был разработан тренажер, который при помощи программного обеспечения и специальных ручек помогает освоить ручное управление кораблем. Тренировка показала, что нас к полету в космос допускать рано: если на простых режимах некоторым участникам исследовательского отряда удалось причалить к МКС, то в случае стыковки в сложном режиме на виртуальной станции просто не осталось живого места.

У вас есть 30 секунд

Второй день в Звездном городке был не менее насыщенным — предстояло познакомиться с экспериментами, которые проводятся на борту МКС. 

"Предыдущая группа назвала меня волшебником", — радостно встретил нас сотрудник ЦПК Дмитрий Бондарев. Он продемонстрировал нам классы, где космонавты тренируются визуально-инструментальному наблюдению (ВИН). Как оказалось, у покорителей космоса есть меньше минуты, чтобы сориентироваться, над каким районом Земли пролетает МКС, найти необходимый объект и сфотографировать его. На первый взгляд кажется, что ничего сложного в этой задаче нет. Но как только нас допускают к тренажеру, мы понимаем, что это не так.

Конечно, над городами, реками и морями нет надписей, как, например, в "Яндекс.Картах". Поэтому опознавать объекты приходится по географическим ориентирам. Искать их зачастую мешают облака. Более того, угол обзора ограничен небольшим иллюминатором и временем пролета (объект "перемещается", поэтому его нужно сопровождать). Тренажер помогает моделировать любые условия. Именно за возможность "управлять" облаками и точкой планеты, над которой пролетает виртуальная МКС, Дмитрия Бондарева и прозвали волшебником.

Следующим "уроком" для нашего отряда стала астрономия. Для этого в ЦПК есть собственный планетарий. Как сообщил сотрудник ЦПК Евгений Черняк, он был создан по спецзаказу в ГДР. "Нам надо отражать звезды на высоте 400 км (высота орбиты МКС — около 420 км над Землей — прим. ТАСС), где нам не мешает атмосфера, то есть это должно быть максимальное количество звезд. На тот момент самая подробная карта для планетариев составляла около 12 тыс. звезд", — пояснил Евгений Черняк.

Главным условием проведения занятия по астрономии был отказ от телефонов, чтобы исключить лишнюю засветку и в полной мере разглядеть звезды. Необычным показалось большее количество звезд и отсутствие мерцания у небесных светил, которое на Земле добавляет атмосфера.

К концу занятия мы понимали, почему созвездие Большая Медведица в России сравнивают с ковшом, а в Германии — с тележкой, научились находить ряд созвездий. А для любителей Гарри Поттера сотрудник ЦПК рассказал историю персонажа Сириуса Блэка. Как ему пояснили в лондонском планетарии, его прототипом стало созвездие Большого Пса, в которое входит звезда Сириус.

Творог и борщ

Самая вкусная часть посещения ЦПК — дегустация космического питания. На станции в основном едят консервы и сублимированные продукты. В таком виде еда может храниться годами. На борту их нагревают или разбавляют водой соответственно.

Во время дегустации в первую очередь закончился творог. Этим мы почти не отличились от космонавтов — уж очень он вкусный. Еще удалось попробовать борщ, суп харчо, курицу с овощами и два вида омлета. В моем рейтинге творог оказался на первом месте.

У нашего отряда ПОИСК были не только практические занятия, но и теоретические. В ЦПК нам рассказали о научных экспериментах, которые проходят на МКС или планируются к проведению на орбите, мы посмотрели на самую большую в Европе центрифугу ЦФ-18 радиусом 18 м, тренажер российского сегмента МКС, корабля "Союз МС" и сурдокамеру. 

Два дня пролетели незаметно, но каждый из нас, уходя, сказал "До свидания", рассчитывая вернуться в Центр подготовки космонавтов вновь.