Суть предложения

Производитель самолетов Superjet и МС-21 компания «Яковлев» (входит в ГК «Ростех») предложил легализовать введение внешнего управления на гражданских заводах своих поставщиков, если они срывают поставки. Суть предложения высказал в корпоративном блоге замгендиректора компании по материально-техническому обеспечению (МТО), закупках и логистике Олег Нестеров: «Нужен механизм, позволяющий в случае критичных системных срывов передавать интеллектуальную собственность от собственника альтернативному разработчику или даже вводить внешнее управление на предприятии, не выполняющем взятые на себя обязательства». Дисциплина исполнения государственного гражданского заказа должна быть такая же, как у оборонного, считает он.

В пресс-службе «Яковлева» «Эксперту» подтвердили, что уже направили в органы власти предложение по внешнему управлению из-за срывов гражданских поставок. «„Яковлев“ предлагает закрепить на законодательном уровне механизм, позволяющий в случае критичных системных срывов поставок вводить внешнее управление на предприятии, не выполняющем взятые на себя обязательства. Соответствующее обращение было подготовлено, инициатива находится на рассмотрении в ФОИВ», — отметил представитель производителя.

В пресс-службе Минпромторга «Эксперту» сообщили, что предложения «Яковлева» будут рассмотрены при их поступлении в министерство.

«Яковлев» сегодня занимается импортозамещением по основным типам гражданской линейки самолетов — Superjet-100 и МС-21. Сертифицировать их должны до конца текущего года. С 2026 г. ожидаются поставки серийных самолетов этих типов. Заместитель директора департамента государственной политики в области гражданской авиации Минтранса Андрей Иванов на апрельском круглом столе в Совете Федерации заявил, что сертификация SSJ New переносится с ноября 2025 г. на март 2026 г. из-за задержки сертификации двигателя ПД-8. Но «Ростех» опроверь эту информацию: «Сертификация двигателя ПД-8 запланирована на осень 2025 года. Также до конца этого года Superjet с отечественными силовыми установками должен завершить летную программу сертификации. Мы идем в рамках запланированных сроков».

Как воздействовать на поставщиков

Аналогичные предложенным «Яковлевым» меры воздействия на поставщиков с 2023 г. (постановление правительства № 438 от 21.03.2023) предусмотрены для предприятий, срывающих гособоронзаказ (ГОЗ). Согласно этому постановлению, есть несколько критериев, считающихся нарушением обязательств по госконтракту в ГОЗ: неоднократное (два или более в течение года) или длительное (более 30 дней) нарушение сроков исполнения обязательств; несоответствие качества товаров, работ, услуг; непринятие мер по обеспечению поставок при наличии достаточных оснований полагать, что это приведет к нарушениям; установление прямого или косвенного контроля над обществами со стороны иностранных лиц, которые связаны с недружественными государствами; отказ или уклонение от заключения контракта, если его заключение нужно для реализации гособоронзаказа. Инициатором введения внешнего управления на таких заводах, согласно постановлению, является Минпромторг. Ведомство формирует и направляет свое предложение на рассмотрение рабочей группы при коллегии Военно-промышленной комиссии. Если решение одобряют, то Минпромторг вводит внешнее управление.

Нормы постановления № 438 уже применялись на практике: в сентябре 2024 года стало известно о передаче во внешнее управление компании МЦСТ, разрабатывающей российские процессоры «Эльбрус». А в мае 2024 г. управление было введено в отношении НПО «Ангстрем», специализирующегося на разработке и создании средств радиосвязи, автоматизации, защиты информации и программного обеспечения военного и специального назначения (передано в управление структуре «Ростеха» — Объединенной приборостроительной корпорации). В юридической компании «Каменская & партнёры» привели еще один пример: в мае 2024 г. под управление концерна «Калашников» перешел завод ЛОМО — ведущее предприятие по выпуску оптических, оптико-электронных, оптико-цифровых и оптико-механических приборов и систем. При этом прежние акционеры ЛОМО оспаривают это решение в суде Санкт-Петербурга, ссылаясь на то, что был нарушен порядок внесения изменений в ЕГРЮЛ о смене управляющих в ЛОМО: вносить эти изменения должен был не территориальный орган ФНС (межрайонная инспекция ФНС № 15 по Санкт-Петербургу), а непосредственно ФНС России. Однако по словам руководителя группы юридической фирмы VEGAS LEX Натальи Абцешко, в целом применение норм постановления № 438 пока не получило широкого распространения.

Усиление госрегулирования

Тренд на усиление госрегулирования в промышленности очевиден и только усиливается в последние годы, считает генеральный директор консалтинговой компании O2Consulting Филипп Данько.

«Введение внешнего управления предполагает временную передачу контроля над предприятием государственной управляющей организации без изменения права собственности. Акционеры и собственники лишаются права принимать решения, но юридически собственность остаётся за ними. В то время как национализация — это переход прав собственности к государству. В случае внешнего управления государство лишь вмешивается в операционное управление, чтобы устранить нарушения (например, срыв поставок). Это мера принудительной оптимизации, а не экспроприации», — поясняет консультант.

Есть и еще одно существенное ограничение для владельцев заводов, в которых вводится внешнее управление, — участники такого общества не смогут получить прибыль от его деятельности, добавляет в комментарии «Эксперту» арбитражный управляющий Татьяна Пугачева. Она признает, что национализация часто смешивается с внешним управлением даже в формулировках Минфина России (см. письмо Минфина от 01.11.2024 N 28-01-04/1/107428, в котором эти понятия употребляются как синонимы): «Вводимые при внешнем управлении ограничения столь существенны, что участники общества фактически не получают от своего участия никаких выгод. Поэтому экономически внешнее управление напоминает „временную национализацию“. Но повторюсь, юридически это разные конструкции — в случае внешнего управления участники могут рассчитывать на возвращение организации в их владение в будущем».

Целью введения временного управления служит восстановление нормальной работы предприятия, улучшение его финансового состояния и, возможно, подготовка к его дальнейшей приватизации или возвращению прежним владельцам, добавляет консультант юридической компании «Каменская & партнёры» Наталия Стрелкова.

Последствия ужесточения контроля

По словам Филиппа Данько из O2Consulting, инициатива «Яковлева» в случае ее принятия чревата тем, что частные компании могут столкнуться с угрозой потери контроля над заводами даже из-за задержек, произошедших не по их вине (например, из-за санкционных ограничений). Кроме того, сама по себе она приведет к росту цен на продукцию поставщиков, так как компании непременно заложат эти новые риски в цену контракта. «А по отдельным, особо рискованным контрактам „Яковлев“ может вообще столкнуться с отсутствием желающих принять участие в их конкурсах», — считает юрист.

По мнению Татьяны Пугачевой, строгий режим контроля в отношении производителей по ГОЗ оправдан, так как эти предприятия стратегически важны для обеспечения безопасности государства. «Срыв же поставок со стороны гражданских заводов непосредственной угрозы для такой безопасности не несет, поэтому передача гражданских заводов под внешнее управление кажется необоснованной», — считает она. Однако, как указывает Наталия Стрелкова из «Каменская & партнёры», в президентском указе № 139 (во исполнение которого и было принято постановление № 438) широкими формулировками описаны основания для введения временного управления: это угрозы национальной, экономической, энергетической или иному виду безопасности Российской Федерации и ее обороноспособности. Но в целом вопрос о необходимости введения подобной меры для гражданских заводов относится к государственно-экономическому регулированию, то есть должен решаться государством, заключает она.