- Ваша жена говорит, что на работу вы уезжаете еще до восьми часов утра, а возвращаетесь домой уже после восьми вечера. Это что - такое множество дел? Или это свидетельство трудного положения авиакомпании?

- Я просто привык к такому режиму работы.

- В течение последних 2-3 лет буквально на наших глазах рухнули одно за другим несколько авиапредприятии Магаданского региона. Как вам представляется, это было логичным?

- Я думаю, что люди, которые там работали, заведомо вели дело к банкротству. Из этого правила было, может быть, только одно исключение.

- Сколько самолетов у "Мавиала" сейчас?

- Действующих - восемь машин Ту-154. Но для нашего региона такой парк даже избыточен.

- Есть ли в этих условиях у вас возможности не просто выживать, а развиваться?

- Есть, и мы это делаем. Мы увеличиваем объемы работ, нашли возможность повысить своим работникам и зарплату - не намного, но все-таки сделали это. Ведь раньше нас учили работать ради работы, но это в корне неверно. Это лишает человека стимула. Надо работать для того, чтобы лучше жить. И если человек воспримет такую зависимость, это неизбежно отразится и на деле.

- В прошлые годы одной из самых тяжелых проблем "Мавиала" была избыточная численность его коллектива, и решилась она в основном так называемой естественной убылью работников. Сейчас коллектив достиг оптимального числа?

- Это по-прежнему тяжелый социальный вопрос. Вы ведь представляете, что значит уволить человека в нынешних условиях. Поэтому мы не форсируем здесь событий. Но в рабочих взаимоотношениях всплывают порой любопытные нюансы. Вот, скажем, сотрудничают в одном и том же отделе Иванов и Петров, у первого есть работа, а у второго ее почти нет. Мучится он без дела, мучится, а потом и говорит своему начальству: "Давайте я хотя бы подтачивать карандаши Иванову буду". Так и порешили. А когда вопрос о сокращении Петрова все же встал, возмутился уже не он, а Иванов: "А кто же мне, - говорит, - теперь карандаши точить будет?". Так что тут мало, чтобы человек сам осознал свою ненужность, тут требуется более глубокая перестройка психологии.

- А вы верите в то, что человек способен искренне понять свою ненужность?

- Может быть, я скажу крамольную вещь, но считаю, что в таких случаях понимание сродни жертве. Надо жертвовать кем-то ради того, чтобы лучше жилось остальным. Жертвовать, разумеется, не физически. И при наличии поддержки государства.

- К сожалению, государство наше отстранилось сейчас от этой проблемы.

- А отсюда вытекает и другая "крамола": почему, спрашиваю я, руководитель предприятия должен биться с проблемами, которые создает государство? Сегодня налицо дисбаланс интересов государства, предприятия и человека.

- А балансиром что должно быть?

- Законы. Только законы. И обязательность их выполнения.

- Давайте продолжим эту тему. "Мавиал" - предприятие государственное, однако в последнее время само государство, то есть сам хозяин, подчас не очень-то церемонится с собственной собственностью, разрушая и даже уничтожая предприятия через процедуру их банкротства. Каково ваше мнение: нужно ли что-то менять в отношениях государства с принадлежащими ему предприятиями?

- Что касается "Мавиала", то отношения его с государством - а в данном случае государство олицетворяет областная администрация - я бы назвал нормальными. Их не сравнить с теми, которые были при предыдущей власти. Видимо, тут сказывается понимание той роли, которую играет наша авиакомпания в жизни региона. Но ведь у нашего региона есть специфика: пока зима - конкурентов у "Мавиала" почти нет, но вот наступает лето, и они налетят отовсюду, снимут пенки и снова уйдут. И если появятся какие-то проблемы в "мертвый сезон", то их опять будет решать тот же "Мавиал". Вот тут, мне кажется, требуется государственное регулирование. Пассажиру-то безразлично, какая компания его везет, но если мы с помощью администрации решим эту проблему в пользу региональной компании, то решим и проблему стоимости билета, и проблему выживания компании.

- А если говорить о таких взаимоотношениях в принципе, без привязки к какой-то конкретной администрации?

- В принципе сейчас всем "тяжело живется. И не только государственным предприятиям, но и всем остальным.

- Но, скажем, акционерному обществу-то никто, кроме него самого, не поможет...

- И государственному предприятию по большому счету тоже. Вот сейчас мы живем относительно нормально, но нас мучают долги прошлых лет. Они настолько велики, что расплатиться с ними невозможно. Да, в каких-то случаях нам помогают, идут навстречу. Например, со старыми долгами по пенсионному фонду мы расплачиваемся перевозкой наших пенсионеров.

- Но такая операция лишает вас "живых" денег, а ведь именно ими вы расплачиваетесь и за топливо, и за аэродромные услуги.

- Да, такая проблема существует. Но что поделаешь, выживать же как-то надо...

- Мне непонятно, почему государство не может списать предприятиям старые долги, ликвидировать которые для них все равно нереально. С чистого листа вы смогли бы начать нормальную жизнь.

- О, это мечта каждого руководителя! Но для меня это тоже загадка. И не только это. Спрашивается, например, почему государство издает закон о льготных перевозках ветеранов, инвалидов, участников войны и других категорий граждан, а с предприятиями за эти перевозки не расплачивается? Именно за них государство нам задолжало в последние годы десятки миллионов рублей. Отдайте их нам, и мы оживем. И не надо нам ничего списывать. Но... Эта тема уже стала избитой, а сдвига - никакого. Государство за выполнение этой работы не дало нам за все эти годыни копейки. Ни копейки!

- Тогда не совсем понятно, почему "Мавиал" до сих пор не вылетел в экономическую трубу?

- Благодаря целой системе мер выживания, которую заставляет нас вырабатывать время, как и всех остальных впрочем. Большую помощь оказывает нам областная администрация. Что такое, например, компания "Внуковские авиалинии"? Это монстр. Но сейчас он - банкрот. Что такое "Трансаэро"? Такой же гигант, но тоже уже банкрот. Почему так случилось? Какие механизмы привели их к этому состоянию? Ответа до сих пор ни у кого нет. Возможно, это результат политической игры - кому-то эти образования мешали, и их попросту убрали с пути. Я не исключаю, что такое же можно было бы сделать и с "Мавиалом". К счастью, мы сейчас имеем поддержку губернатора, и это является гарантией нашей жизнеспособности.

- Под поддержкой вы имеете в виду кредиты, которые вам выделяют?

- Кредиты, конечно, важны, но еще важнее простое ощущение, что тебя поддерживают. Чисто по-человечески.

- Налоги сильно на вас давят?

- Ощутимо. Но ставить вопрос о них, я считаю, нужно не столько в смысле их снижения, сколько в смысле дифференциации. И опять же это забота государственная. Как, например, был оживлен заштатный когда-то аэропорт Анкоридж на Аляске? Правительство издало распоряжение о том, что все авиакомпании, желающие летать в Юго-Восточную Азию, должны проходить через эту воздушную гавань. И все. И дело было сделано. Кто-то у нас может по этому поводу сказать, что это, мол, недемократично. Но демократия как раз и заключается в поддержке интересов общества. Помните, как приехал в Магадан когда-то Гайдар - поулыбался загадочно, а потом и спрашивает: "А что вы тут вообще-то делаете?". И был поставлен вопрос о ненужности Колымы. Сейчас то же самое государство по этому же вопросу имеет уже иное мнение. Или другой пример: Владивосток, будучи закрытым городом, считался бесперспективным транспортным узлом и потому не имел солидного собственного самолётного парка, теперь же дефицит техники является тормозом его развития, и он вынужден арендовать самолеты там, где население сокращается, - в том же Магадане.

- А вам не кажется, что мы в какой-то момент упустили возможности для развития нашего региона?

- Эта ошибка была совершена в начале 90-х годов, когда к нам буквально хлынул поток иностранных туристов, а мы не смогли его удержать, не смогли организовать туристический бизнес. А у нас ведь, слава Богу, есть что посмотреть.

- Бывают у вас трудные ситуации?

- Конечно. Вот сейчас для восстановления двигателей требуется найти 400 тысяч долларов.

- Но это чудовищная сумма! Где же вы ее возьмете?

- Пока понятия не имею. Но найдем все равно. И купим двигатели. И опять все будет хорошо.

- И долго такое "хорошо" у вас обычно длится?

- К сожалению, нет, так как поддержание летной готовности воздушных судов - это сверхдорогостоящая задача, требующая постоянного вливания средств.

- Авиационные тарифы стремительно растут...

- Цена билета в основном вытекает из стоимости керосина, и тут изменить что-либо мы бессильны. Это диктат продавца. Но после вмешательства губернатора у нас наведен определенный порядок - теперь исключены посредники, и работа ведется напрямую.

- Нынешним летом основная тяжесть отпускной кампании для работников бюджетной сферы опять ляжет на "Мавиал". Каковы в этом особенности 2000 года?

- Мы уже открыли предварительную продажу авиабилетов на период до 20 октября, и около 40 процентов мест магаданцами уже выкуплено. Причем тарифы за лето, надеюсь, не изменятся. Сейчас администрация предпринимает попытки обеспечить малоимущим колымчанам возможность уехать в отпуск в центральные районы страны по льготным тарифам за счет средств внебюджетного фонда Особой экономической зоны. Механизм реализации этого предложения отрабатывается советом территории и областной Думой. Будем надеяться, что это получится.