-БОЛОТ ЧЫНЫБАЕВИЧ, означает ли недавнее открытие российской военно-воздушной базы в Канте коренное изменение внешнеполитических приоритетов Бишкека, переориентацию Киргизии на более тесное сотрудничество с Россией?

- Ни о какой переориентации говорить не приходится. Народы России и Киргизии вот уже более 200 лет связывает общая историческая судьба, и Россия по-прежнему близка и дорога киргизам. "Россия дана нам Богом и историей" - это слова президента Аскара Акаева. Таким образом, ясно, что и в XXI столетии Киргизия была и останется верным другом и надежным союзником России. А открытие авиабазы в Канте - это продолжение многовековых межнациональных традиций и связей, выражающихся в воле наших государств обеспечить безопасность народов и жить в мире.

- Однако в странах Центральной Азии по-разному воспринимают факт военного пришествия России в регион.

- А о роли России в центральноазиатской истории вообще существуют полярные представления. Но полагаю, что подавляющее большинство здравомыслящих, не отягощенных националистическими предрассудками людей в этом регионе прекрасно видят факты взаимного сближения центральноазиатских стран и России. Свидетельство тому - деятельность Организации Договора о коллективной безопасности, Шанхайской организации сотрудничества, а также целая система межгосударственных договоров и соглашений. Уверен, что тенденция сближения с Россией в регионе будет только нарастать.

- В Киргизии, как известно, действует и база Сил антитеррористической коалиции. Координируют ли как-то киргизские власти взаимодействие между российскими военными в Канте и натовскими в аэропорту "Манас"?

- Естественно, такая координация предусмотрена, но ее формы пока прорабатываются. Каждая авиабаза решает свои задачи, но главная константа, определяющая существование обеих - обеспечение безопасности в Центрально-Азиатском регионе. Авиабаза в Канте, напомню, - это не просто российская военная база, а авиационный компонент Коллективных сил быстрого развертывания стран - членов Организации Договора о коллективной безопасности. Все это - сдерживающий фактор для террористических группировок. Поэтому мы считаем, что существование авиабаз отвечает интересам не только нашей республики и стран региона, но и мирового сообщества в целом, поскольку они являются гарантом стабильности и оплотом борьбы с угрозами и вызовами.

В профессионализме же киргизских служб, призванных управлять воздушным движением, я совершенно уверен.

- США, открыв базу в "Манасе", параллельно открыли для Киргизии программы экономической помощи. Россия в связи с открытием базы в Канте пока не предложила ничего аналогичного...

- США, как развитая страна, оказывали и оказывают Киргизии экономическую помощь, это факт. Но вот питать в связи с открытием российской авиабазы в Канте надежды на какие-то дивиденды и от России было бы некорректно. Наша выгода в данном случае - это мир и покой в регионе, стабильность развития страны, это ощущение безопасности у народа республики. То есть морально-психологические дивиденды, которые мы уже получили.

Но и чисто материальная сторона тоже присутствует. Киргизия выигрывает от размещения в Канте летного состава. Местное население получит новые рабочие места, будут построены подъездные пути к аэродрому и в самом городе Канте, благоустроится военный городок, который за последние десять лет изрядно обветшал, улучшится вся местная инфраструктура.

- В последние годы на геополитической арене в Центральной Азии все более звучную скрипку играет Китай. Как учитывает киргизская внешнеполитическая доктрина это обстоятельство?

- Мы расцениваем Китай как супердержаву, которая вместе с Россией и США заинтересована в безопасности и бесконфликтности во всех регионах мира. Поэтому у нас общие цели и намерения, в рамках которых противостояние исключается.

Кроме того, Китай - наш великий сосед. Сегодня это одна из наиболее динамично развивающихся стран, и она реально оказывает заметное влияние на развитие глобальных процессов. Отношения же наши, к слову сказать, начали складываться очень давно. Еще историк Сыма Цянь, "китайский Геродот", как его называют, в одном из своих трудов приводил доказательство существования киргизской государственности еще в 201 году до нашей эры! Уместно напомнить и слова великого путешественника Марко Поло: "Киргизия - это прекрасный оазис на Великом шелковом пути и самые удобные ворота в Китай". Поэтому мы активно сотрудничаем в политической, экономической, культурной и многих других сферах. И очень рады, что исторические традиции возрождаются в новом качестве.

Замечу, что Киргизия, Россия и Китай входят в Шанхайскую организацию сотрудничества, и это накладывает свой позитивный отпечаток на развитие наших взаимоотношений. Впрочем, внешняя политика нашей республики строится по принципу "и-и", а не "или-или", и в этом смысле сотрудничество Бишкека и Пекина - яркое тому подтверждение.

- Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в регионе после завершения основного этапа антитеррористической операции в Афганистане?

- Действительно, антитеррористическая операция в Афганистане в определенной степени разрядила обстановку как в этой стране, так и в регионе в целом, снизила прямую угрозу агрессии со стороны вооруженных формирований. Но она, на мой взгляд, продолжает оставаться напряженной, угроза вылазок террористов мирового масштаба с повестки дня не снимается. Мы в Киргизии хорошо помним уроки событий 1999 и 2000 годов в Беткенской области. Поэтому надо быть готовым к возможным осложнениям обстановки.

Конечно, сегодня, сейчас нет прямых оснований ожидать вторжения бандитских формирований из Афганистана на территорию Киргизии. Но там социально-экономическая обстановка способствует производству и распространению наркотиков, а это - ни для кого не секрет - основа финансирования преступности и терроризма во всем мире. И в этом смысле присутствие дружественных военных сил на территории Киргизии, каковыми являются и российские в Канте, и американские в аэропорту "Манас", есть прямое предостережение терроризму. А значит - гарантия безопасности киргизской государственности.