Российская газета | За сравнительно небольшой срок это вторая крупная авария. Вчера в Иркутске вы несколько часов беседовали с родственниками погибших. Что для вас было самым трудным в этом разговоре?

Игорь Левитин | Отвечать на вопрос: "Когда у нас появятся хорошие самолеты?". К сожалению, на него нет ответа. Я считаю, что нам нужно срочно найти средства, чтобы развивать свой самолетный парк. А пока мы будем этим заниматься, необходимо отменить все пошлины на новые самолеты, чтобы прекратить ввозить в Россию "машины, много лет бывшие в употреблении".

РГ | Значит, у вас есть претензии к французской компании "Эрбас"?

Левитин | У меня нет претензий к компании. У меня есть претензии к старым самолетам вообще, которые работают уже по 20 лет. Почему мы своих людей должны возить на старых, а иностранные граждане летать на новых? Для меня это самый тяжелый вопрос, который трудно объяснить.

РГ | Но вы будете принимать какие-то меры?

Левитин | Конечно. После того как будет готово заключение Правительственной комиссии, я доложу президенту страны и премьер-министру, что вопрос требует немедленного решения. Потому что новый российский самолет в лучшем случае появится в 2008-2009 годах, и нам еще надо будет три года возить людей на самолетах б/у. Кроме того, когда я был на "Эрбасе", то уточнил: чтобы сегодня сделать заявку на новый самолет - самый ранний срок 2009-2010 годы. Вы понимаете, что это значит? Другие страны покупают только новые самолеты. А все, что отработано, отдают России.

РГ | Иркутский аэродром называют "треугольником смерти". Там действительно есть проблемы? И почему они не решаются?

Левитин | Мне родственники погибших тоже задавали этот вопрос. Мы удлинили полосу на 400 метров, она сегодня - 3100 метров. В прессе прошли комментарии, что полоса меньше 2700 метров. Это не так. Планируем удлинить ее еще на 400 метров, но не потому, что 3100 - это мало. Мы хотим отвести полосу от города, чтобы точка приземления была от него подальше.

РГ | Вчера прошло сообщение, что минтранс принял решение строить в Иркутске новый аэропорт.

Левитин | Не совсем так. Губернатор Иркутской области сказал, что готов выбрать место для строительства новой полосы нового аэропорта. Мы сказали: "Дайте обоснование, где он должен находиться". Они хотят его сделать между Ангарском и Иркутском. Если найдут место, которое будет пригодно для строительства взлетно-посадочной полосы, будем вместе принимать решение. Но мы не пойдем на строительство терминала и всей инфраструктуры. Мы можем вести речь только о полосе. Но так как это будет решаться долго, я уже сказал, что мы планируем удлинять существующую полосу.

РГ | Минтранс начал разработку проекта создания единой государственной компании по управлению аэропортами. Это связано с последними трагедиями?

Левитин | Нет, это связано не с авариями, а с тем, что сейчас одному аэропорту трудно вести хозяйственную деятельность. Он не может даже кредит взять. Мы познакомились с международным опытом, в том числе и Франции. Там госпакеты акций были переданы в одну управляющую компанию, которая увеличила уставный капитал и смогла кредитоваться, выработала повышенную систему безопасности во всех аэропортах. Мы сейчас разрабатываем концепцию развития аэропортовой деятельности и учтем этот опыт. На мой взгляд, создание такой управляющей компании - наиболее эффективный путь.

РГ | Из версий аварии какая сейчас рассматривается как приоритетная? Это человеческий фактор, неисправность самолета или все-таки проблема была в аэродроме?

Левитин | То, что здесь произошло, к полосе никакого отношения не имеет. Что касается самолета, то сейчас сюда приехали французы, "черные ящики" мы отвезли в Москву. После расшифровки сообщим результаты. Пока у нас есть много вопросов: почему это произошло после того, как экипаж доложил, что посадка произведена и все у них нормально?

РГ | Говорят, этот самолет в Домодедове был снят с другого рейса.

Левитин | Директор авиакомпании "Сибирь" подтвердил, что была замена самолета. Говорят, что она связана с рейсом в Германию: один самолет не успевал, другой на подмену не шел, и поэтому они дали его на Иркутск. Мы сейчас проводим свое расследование.

РГ | Вчера в Симферополе совершил аварийную посадку самолет той же компании "Сибирь". И в Сочи авария произошла с ее участием. Может, проблема в компании?

Левитин | К Сочи "Сибирь" никакого отношения не имеет. Она просто пользовалась этим самолетом раньше. Здесь одно с другим не связано.

РГ | В прессе много пишут, что ангары рядом со взлетной полосой были проданы частникам, якобы там даже незаконно организовали автомастерскую. Это действительно так?

Левитин | Сейчас собственники этих гаражей по нашему запросу приносят документы, удостоверяющие, на каком основании они там строились. Люди говорят, что у них на это были все разрешения. Мы сейчас проверяем. Если расположение построек не вписывается в положенное расстояние от взлетно-посадочной полосы, будем просить прокуратуру и губернатора помочь нам решить вопрос изъятия этой земли и предоставления участков для гаражей в других местах. Если все документы у людей в порядке и закон не нарушен, то собственники должны получить компенсацию. О ее размере и о том, кто ее предоставит, я пока говорить не буду. Это обсуждается.

РГ | Какие вопросы вам сейчас приходится решать в Иркутске в срочном порядке?

Левитин | Самый главный и сложный из них - опознание погибших. Очень сложно будет идентифицировать тела. И мы понимаем, что это растянется на длительный период. На встрече с родственниками мы старались все это объяснить. После того как люди сдадут кровь, нам придется сравнивать ее с теми анализами, которые получим с места аварии. Данные надо еще объединить, а потом уже проводить захоронения.

РГ | И сколько на это уйдет времени?

Левитин | Эксперты говорят, что не меньше месяца.

РГ | Прояснилась ли судьба 12 пассажиров, о которых ничего не было известно?

Левитин | Пока мы не нашли шесть тел. Но еще не разбирали самолет, думаю, мы там найдем их.

РГ | Игорь Евгеньевич, уже решено, какую материальную помощь получат родственники погибших?

Левитин | 100 тысяч рублей из федерального бюджета, 50 тысяч - от авиакомпании, 12 тысяч - страховая компания выплатит, и за счет бюджетов регионов проведут захоронения и перевозку людей. Думаю, что будут еще выплаты и от субъектов Федерации. В самолете летели жители 15 регионов России.

РГ | Некоторые эксперты говорят, что самое безопасное место в самолете - в хвосте, то есть все VIP-кресла - в "тревожной зоне". Не приведет ли это к тому, что пассажиры начнут отказываться от таких билетов?

Левитин | Каждый сам выбирает себе место, поэтому я не могу прокомментировать эти заявления. Хочу только сказать, что я встречался в больнице с бортпроводницами, которые очень мужественно и оперативно сработали. Ольга Дмитриенко и Виктория Зильберштейн рассказали мне все в деталях. Благодаря этим девочкам и еще одному пассажиру, который тоже не растерялся, были вовремя открыты все двери. И людей удалось спасти, иначе жертв было бы больше. Я считаю, что стюардессы совершили героический поступок. Думаю, их обязательно надо поощрить за мужество. Сейчас они лечатся. Виктория уже ходит. Ольга не встает пока. Я звонил ее маме, просил не волноваться за дочь.

РГ | Игорь Евгеньевич, говорят, вы дружите с Валентином Распутиным и в свое время даже помогали ему издавать книги. Так что эта трагедия коснулась и вас лично?

Левитин | Мне бы не хотелось об этом говорить. Я знал Машу, очень уважаю Валентина Распутина и как человека, и как большого писателя. Я ездил к нему, выразил соболезнование. Но в такие минуты слова не лечат. Все это очень тяжело.