- В одном из последних исследований вы заявили, что американские боевые самолеты F-15, F-16 и F/A-18, равно как и перспективный Joint Strike Fighter, не имеют шансов на выживание в борьбе с российскими системами противовоздушной обороны, так как россияне успешно усовершенствовали их, используя опыт военных конфликтов НАТО в Ираке в 1991-м и в Сербии в 1999-м. Какие достижения российских производителей вы считаете самыми значительными?

- После окончания холодной войны технологии, применяемые в российской промышленности для создания зенитных радиолокационных систем, зенитных ракет, самоходных пусковых станций, значительно усовершенствовались. И в советские времена было создано немало замечательных и новаторских образцов оборонной техники, например радиолокаторы подсвета и наведения 5Н63 для ЗРК С-300П, схемы «холодного запуска» для зенитных управляемых ракет 5В55/48Н6/9М82, радиолокаторы раннего обнаружения 5Н64/64Н6. Но тогда Запад имел важное преимущество благодаря ряду новых технологий.

Начиная с 1991 года немало талантливых российских инженеров-конструкторов смогли ознакомиться с технологиями, недоступными для них в период холодной войны. Действовавшие до этого ограничения, введенные западными странами, были сняты. Сейчас российские системы вооружения не столь сильно отличаются от западных аналогов и нередко работают на одних и тех же компьютерных процессорах.

К примеру, многие западные аналитики были потрясены, когда российская компания «Агат» сообщила, что применяет процессоры американской компании Texas Instruments в своих новейших активных радиолокационных головках самонаведения зенитных управляемых ракет и ракет класса воздух-воздух. Аналогичные процессоры использовали и западные производители ракетного вооружения. Важным фактором стало то, что российские конструкторы получили возможность использовать многие современные технологии и комплектующие, к которым не имели доступа их предшественники в советское время.

Разгром иракских сил противовоздушной обороны в 1991 году вызвал большое замешательство в рядах сторонников применения управляемых ракет для защиты от боевых самолетов. Российские специалисты очень внимательно изучили успешные действия американских войск и смогли увидеть сильные и слабые стороны технической стратегии США. Тем не менее сложно сказать, какие именно элементы российских систем ПВО дают им главное преимущество, так как большинство из них работает в комплексе.

Очень опасны зенитные ракеты дальнего радиуса действия 48Н6Е2/Е3 и 40Н6, поскольку они способны поражать наши воздушные системы радиолокации, электронной разведки и целеуказания, а также самолеты постановки радиоэлектронных помех. А это соответственно делает наши войска «слепыми» в бою, не позволяет бороться с РЛС противника.

Новые радиолокаторы с фазированными антенными решетками большой радиочастотной мощности и скачкообразной перестройки частоты также способны противостоять большинству наших радиопомех.

Новые самоходные ЗРК высокой проходимости, такие, как «Фаворит», «Триумф», «Антей-2500», системы защиты радиолокаторов против противорадиолокационных ракет и управляемых авиабомб, в том числе такие, как ракетные и ракетно-пушечные комплексы «Тор-М2Е» и «Панцирь-С1», также создают противнику серьезные помехи для подавления средств противовоздушной обороны.

Кстати, успех США и их союзников в 1991 и 1999 годах во многом был достигнут благодаря уязвимости советских стационарных систем ПВО. Например, системы С-75 и С-125, которые легко было обнаружить и уничтожить с помощью противорадиолокационных ракет и управляемых авиабомб.

Современные российские низкочастотные радары и пассивные системы радиообнаружения также способны сыграть свою роль. Хотя они не очень эффективны против F-22 и бомбардировщиков B-2, но вполне способны обнаружить менее «невидимые» F-35 и самолеты более ранних моделей и навести на них ЗУРы.

Новейшие американские стелс-технологии, реализованные в конструкции F-22 и B-2, способны успешно противостоять российским радарам и ракетам, а вот более старые образцы американских и европейских самолетов являются устаревшими в сравнении с российскими системами типа «Триумф» и «Фаворит», а также новыми радарами и средствами защиты, которыми комплектуются эти ЗРС. И это существенно меняет положение дел в общемировом стратегическом масштабе.

- Новейшая система противовоздушной обороны С-400 «Триумф» согласно информации разработчика значительно превосходит более старый ЗРК С-300. Вместе с тем перевооружение Российской армии на С-400 пока идет медленно и сегодня «Триумфы» дислоцированы лишь в нескольких регионах России, тогда как наиболее распространенными по-прежнему остаются С-300. По вашему мнению, следует ли России ускорить поставки С-400 своей армии или вместо этого логичнее было бы сосредоточиться на более совершенном вооружении, отвечающем требованиям будущих войн? Стоит ли экспортировать сов-
ременные средства ПВО или поставлять их своим союзникам вроде Белоруссии?

-  С точки зрения западного военного аналитика, могу сказать, что чем меньше Россия произведет систем «Триумф», тем лучше, а их экспорт станет для нас проблемой стратегического характера. Такие страны, как Иран и Венесуэла, получив на вооружение системы вроде С-400, способны доставить нам серьезные неприятности.

Продажа С-400 Белоруссии может быть привлекательна с коммерческой точки зрения. Но она не улучшит отношения Москвы с Евросоюзом, поскольку С-400, размещенные вблизи западных границ, будут покрывать половину территории Польши и не позволят польской авиации спокойно использовать воздушное пространство собственной страны. Стратегически такие действия можно назвать провокационными и дестабилизирующими.

Выгоден экспорт С-400 или нет, зависит от конкретных последствий. К примеру, продажа С-300 Кипру создала политическую суматоху в регионе Эгейского моря. Аналогичных последствий можно ожидать в любом другом месте, куда будут экспортироваться С-400. Это мощное и стратегически значимое вооружение, способное нейтрализовать любые ВВС, в арсенале которых нет истребителей F-22.

- Сегодня фактически лишь Россия и Китай создают собственные истребители пятого поколения, которые теоретически могли бы конкурировать с американскими F-22 и F-35. Оба проекта до сих пор остаются крайне засекреченными, однако каким, по вашему мнению, может быть результат этой работы?

- Прогнозировать результаты работы, которые пока не представлены, всегда небезопасно. Россия обладает большинством технологий, необходимых для создания истребителя уровня F-22, но у нее нет большого опыта разработки самолетов-невидимок. Когда ПАК ФА (рабочее название перспективного истребителя пятого поколения компании «Сухой». - Ред.) будет представлен, мы сможем оценить, насколько инженерам «Сухого» удалось справиться с этими трудностями.

Китайский J-XX? Китайцы пока не раскрыли о самолете ничего стоящего, так что любые выводы относительно его возможностей будут спекуляцией.

- В то время как Россия и США фактически делят рынок боевых самолетов, ряд других стран также развивает и продвигает свои многоцелевые истребители. Это, к примеру, французский Rafale, панъевропейский Typhoon, шведский Gripen. Смогут ли российские производители, такие, как «МиГ» и «Сухой», сохранить конкурентоспособность на рынке и какой из российских истребителей вы назвали бы лучшим на сегодня и почему?

- Успех в воздушном бою зависит от многих ключевых факторов. Преимущество получают самолеты, которые оснащены бортовыми РЛС большей мощности, несут больше ракет, обладают более высокой скоростью и маневренностью, заправлены большим количеством топлива и к тому же защищены более совершенными стелс-технологиями. Ни один из европейских истребителей по этим показателям не имеет существенного превосходства над новыми Су-35-1 или МиГ-35.

Истребители Eurofighter и Gripen NG будут вооружены ракетами Meteor с прямоточным воздушно-реактивным двигателем. Это позволит им получить определенное преимущество в дальнем бою, но лишь до тех пор, пока аналогичные российские ракеты РВВ-АЕ-ПД повышенной дальности не поступят в серийное производство.

Трудно сказать, какой из европейских истребителей наиболее конкурентоспособен, поскольку ни один из них не смог добиться больших успехов на мировом рынке.

Что касается российских самолетов, то Су-35-1 имеет лучший экспортный потенциал по сравнению с МиГ-35, поскольку большинство возможных клиентов находятся в Азии, а для больших расстояний нужен большой самолет с широким радиусом действия.

ПАК ФА, если его дизайн будет удачным, может добиться большого успеха на мировом рынке, в то время как F-35 - это техническая ошибка. Западные страны, если они не смогут купить F-22, непременно столкнутся с этой стратегической проблемой.

- В чем заключаются преимущества и недостатки российского военпрома? Может ли Россия в этом плане быть независимой от бывших республик СССР, предприятия которых в советское время были тесно связаны с российскими?

- В советское время военная промышленность не имела недостатка в государственном финансировании для производства смертоносных вооружений в массовом масштабе. В то же время она была лишена доступа к последним достижениям компьютерных и высокочастотных технологий мирового рынка. Сейчас ситуация прямо противоположная. Россия недостаточно финансирует свой ВПК, а большинство стран Варшавского договора стали членами НАТО и не покупают российское вооружение. Зато теперь ваш ОПК получил неограниченный доступ к современным компьютерам, программному обеспечению, высокочастотной электронике и оптическим чипам на мировом рынке.

Я изучал советские и российские военные технологии на протяжении тридцати лет. Начиная с 1991 года я наблюдал настоящий творческий и инновационный взрыв. Скорость, с которой российская военная промышленность перенимала у Запада сложные компьютерные технологии и использовала их в своих разработках, была поразительной. Россия до сих пор обладает высокой профессиональной культурой в области инженерных решений и военной науки.

Когда современные российские профессиональные журналы пишут о радиолокационных системах и ракетном вооружении, то делают это лучше большинства аналогичных профессиональных изданий на английском языке. Во время холодной войны все было наоборот. Западная оборонная индустрия сильно страдает от утечки мозгов - зачастую высококвалифицированные инженеры и ученые уезжают разрабатывать компьютеры в Кремниевой долине или заниматься финансами на Уолл-стрит: зарплата там выше, а риск потерять работу меньше.

Кто-то скажет, что российский ВПК сегодня столкнулся с тем же: талантливые инженеры и ученые покидают страну. Однако если молодой талантливый инженер или ученый хочет найти работу по специальности в России, то выбора у него фактически не будет - он попадет в военный НИИ или на оборонный завод. В этом большое преимущество российского ВПК по сравнению с западными конкурентами.

По сравнению с периодом холодной войны число докторов наук в области физики, инженерного и компьютерного дела, математики на Западе сократилось. Нам сложно удержать талантливого выпускника в университетских лабораториях или в оборонной промышленности.

Независимость российской военной промышленности от бывших советских республик также интересный вопрос. Разрыв отношений с Украиной в 2004-2005 годах оказал вашему ВПК плохую услугу, поскольку многие ключевые конструкторские бюро и предприятия остались на Украине. Причем многие украинские компании тоже были ликвидированы или стали конкурировать с российскими, продавая запасные части, осуществляя ремонт и модернизацию вооружения советского производства. Отношения России и Украины были сложными еще с царских времен, и сегодня Россия расплачивается за это в политическом смысле.

Российская промышленность в отличие от западной не боится экспериментировать с новыми идеями и решениями, поскольку на Западе эксперименты ограничены необходимостью финансировать их из прибыли компаний.