— Дальняя авиация является составляющий частью ядерной триады, как изменилась ее роль с развитием средств ПВО?

— Дальняя авиация остается неотъемлемой частью ядерной триады, куда входит ВМФ и РВСН. Когда принято решение, что пуски ядерных ракет проводят РВСН или подводные лодки, значит началась ядерная война, которую невозможно остановить. Дальняя авиация более гибкое средство в руках главнокомандующего. При угрозе ядерной войны или когда превосходящий противник вторгся на нашу территорию, в воздух будут подняты стратегические бомбардировщики, это продемонстрирует, что Россия готова применить ядерное оружие. Сегодня современные средства поражения позволяют российским стратегам нанести удар, не выходя за пределы своего воздушного пространства, где они недосягаемы для средств ПВО противника. Также бомбардировщики могут выдвинуться в арктическую зону, где нет средств поражения противника, и оттуда применить ядерное оружие.

— Каким будет перспективный стратегический бомбардировщик, определились ли окончательно с его концепцией?

— Конструкторское бюро "Туполев" работает в этом направлении, выстроилась четкая концепция и создан эскизно-технический проект ПАК ДА. Это будет дозвуковой самолет с компоновкой "летающее крыло", с применением технологии малой радиолокационной заметности. Первый бомбардировщик поднимется в небо приблизительно через 10-30 лет. Он придет на смену всей линейки самолетов дальней авиации — Ту-22 М3, Ту-160 и Ту-95. Новый российский бомбардировщик будет способен носить все вооружение, которое сейчас, а также перспективное, которое будет создано в ближайшие десятилетия.

— Целесообразно ли создавать аэродромы для стратегической авиации за пределами России, например в Сирии на аэродроме?

— У дальней авиации хватает радиуса действия, чтобы работать по всему миру, с дозаправкой в воздухе стратеги могут беспосадочно действовать практически по всему миру. Вариант создания зарубежных аэродромов пока даже не рассматривался. Что касается Хмеймима, то его нужно продолжать использовать только для оперативно-тактической и армейской авиации, для дальней авиации он не нужен.

— Насколько корректен термин "перехват" в случаях, когда российские стратегические бомбардировщики встречают истребителей НАТО во время выполнения боевых задач?

— В таких случаях лучше употреблять слово "сопровождение". Если быть точным, перехват можно использовать в случае с военным самолетом только когда его атакуют или принуждают к посадке. Такие действия в мирное время возможны, когда, к примеру, самолеты нарушают воздушное пространство другого государства. Экипажи стратегических бомбардировщиков в этих вопросах весьма щепетильны, они летают исключительно над нейтральными водами. Действительно, на некоторых этапах воздушного патрулирования наши бомбардировщики сопровождают истребители НАТО. Те стараются подойти как можно ближе и в первую очередь смотрят, какое у нас вооружение. Но нужно сказать, что это обоюдная разведка. Экипажи стратегических бомбардировщиков также наблюдают, с каких аэродромов взлетают истребители, видят какое у них вооружение, анализируют тактику действий истребителей.